- А что же с ребенком? – спросил он.
Меня вывернуло наизнанку. Долго мылась, полоскала рот. Он стоял в дверях и ждал ответа.
- Что будет с ребенком? – истерично засмеялась я, - а не будет никакого ребенка! Аборт сделаю!
- Что ж, твоё право! – он ушёл в спальню, и я осталась одна. Было больно, безумно, нестерпимо больно. Отчаянно больно. Я страдала. Именно из-за этого своего состояния я намеренно сделала больно (поделилась, так сказать) близкому человеку, в эгоизме своем не подумав, что эту боль я добавляю ему к уже причиненной ранее.
…Через несколько дней я сделала аборт. Сроки были, превышающие норму, поэтому пришлось делать полукриминально, то есть у хорошего врача, но нелегально. Лежала потом несколько дней в темной комнате, не прикасаясь к еде и питью.
Прожили мы с Сережкой еще три года. Первый год я зализывала раны, и что творится с Сергеем, меня не волновало. То есть, выползали из этой ситуации мы кто как мог, по отдельности. Если он находился в гостиной, я демонстративно уходила в кухню, либо спальню. Если он садился кушать, вставала и уходила, не доев. Разговаривала с ним в уничижительно-ироничной манере, или отвечала односложно: да, нет.… Спали в разных комнатах. Тогда-то, наверное, и наступила точка невозврата. А когда я поняла, что лучше Сережки в моей жизни ничего и не было – поезд уже ушёл. Нет, он нормально ко мне относился, давал деньги, помогал по дому,… но искры в глазах уже не наблюдалось.
…Я все-таки устроилась на работу. Работала без энтузиазма, как повинность отбывала. После длительной депрессии наступила зияющая пустота. Всё безразлично и безынтересно. Потом как-то начала себя «вытягивать». Однажды, увидев из магазина бабульку, продающую комнатные цветы, купила из жалости горшок. Принесла его. Полила. А утром он расцвел. Именно с сим фактом я ощутила давно забытые положительные эмоции: удивление, восторг и даже кратковременную радость. Вечером того же дня зашла в цветочный магазин и купила ещё два цветка. Потом ещё. Вскоре вся квартира наполнилась зеленью. Это было приятно. Это радовало. Потом стала покупать какие-то вещи: диванные подушки, опять же цвета зелени, вазу, кастрюльку…. Так… мелочи, но появился какой-то интерес. Ожила.
Прошло больше года, когда мысли мои стали поворачиваться к мужу. Мы так же спали отдельно. Но я уже была не против, чтобы он пришёл. Он не приходил. И вот только тогда я обратила внимание на него и многое поняла. В своей зацикленности на своих горестях и ничем неоправданных переносе их на мужа, я совершенно не думала о нём. О том, что он чувствует, каково ему?
Он приходил домой, ел (если еда была не приготовлена, сам готовил – и на меня тоже), смотрел телевизор, читал, сидел за компом. Вёл себя соседом.
- Что я наделала, дура! Такого человека потеряла! Кто ещё меня так полюбит.… А может, не поздно? Если постараться?
Накрыла стол, купила коньяк. Пригласила поговорить за трапезой. Что-то говорила, он молча ел. Потом поднял на меня глаза и сказал:
- Алён! Я очень любил тебя… очень! Не хочу говорить о том, что я пережил за это время, скажу только, что ты переехала мою жизнь бульдозером. Сейчас я могу сказать лишь то, что НАС уже нет. Есть я. Есть ты. И нам надо идти разными дорогами.
- Ты прав, - сказала я и ушла в спальню. Реветь…
Уж не знаю, почему, но наш «тандем» продержался ещё почти два года. Ах, как хотелось мне всё повернуть вспять! Моё сердце безответно тянулось к нему. Но мосты были сожжены…. Такая расплата…
А потом он сказал мне:
- Врать не умею. Полюбил. Ждем ребенка. Поцеловал в висок, собрал вещи и ушёл.
****************
…В зале ожидания я сразу же увидела папку. Румяный, пузатенький, лысоватый, с остатками былых кудряшек. Седых. Всё такие же яркие голубые глаза. Подбежала. Обнялись. Стало так хорошо и покойно на душе. Какое счастье, когда есть родители! Рядом с ними ощущаешь себя той самой девочкой и далекого детства…
Дома был накрыт стол. Холодец. Манты. Салаты. Торт. Всё мамино фирменное, вкуснющее. Пришёл брат с семьей. Долго сидели, общались, радовались встрече. Когда гости ушли, уединились с мамой в моей (по-прежнему!) комнате.
- Дочка! Сережка у тебя был золотой…. Но, что поделаешь.… Это не конец, - сказала мама в завершении разговора, - всё у тебя ещё будет. Помнишь, как мы Юльку (невестку) сначала недолюбливали? А вот она испытание на прочность прошла. Она мне теперь как вторая дочка… Ты испытание не прошла. Ничего. На ошибках учатся.… Обнялись. Поплакали. Стало легче.
…Тремя днями позже мама засуетилась: у брата с невесткой приближался юбилей - десятилетие свадьбы.
- Что Юле подарить? Ума не приложу! – горевала она, - надо что-то такое, её достойное, дорогое…
- Знаешь, у меня, кажется, есть подарок. Я порылась в еще неразобранном чемодане, и вытащила оттуда коробочку, которую открывала лишь раз…, тогда, в кафе…
- Дорогие. Ей понравятся. Водой святой только окропи…
Автор Ирина Сычева.
Прочитайте: