— Светлана Петровна, а почему вы решили продать квартиру? — спросила я у пожилой женщины, когда мы с мужем осматривали двухкомнатную квартиру на пятом этаже.
Женщина замялась, отвела взгляд в сторону и пробормотала что-то невразумительное о том, что хочет переехать к дочери в другой город. Но что-то в её поведении меня смутило. Слишком торопливо она хотела продать жильё, слишком низкую цену запросила за хорошую квартиру в приличном районе.
— Мам, ты что-то недоговариваваешь, — сказал мой муж Игорь, заметив моё беспокойство. — Такие квартиры за такие деньги не продают.
— Да что вы, молодые люди! — всплеснула руками Светлана Петровна. — Мне деньги особо не нужны. Главное, чтобы хорошие люди жили.
Квартира действительно была хорошая. Чистая, светлая, с качественным ремонтом. Мебель добротная, техника исправная. Даже шторы красивые висели на окнах. Мы с Игорем переглянулись — такую возможность упускать нельзя. На съёмную квартиру уходила половина зарплаты, а тут наконец-то появился шанс обзавестись собственным жильём.
— Хорошо, мы согласны, — сказал Игорь. — Когда можем оформить документы?
— Да хоть завтра! — обрадовалась Светлана Петровна. — Я уже всё подготовила. Только... — она помялась, — можно я некоторые вещи оставлю? Совсем немного. Дочь говорит, что у неё мало места, а выбрасывать жалко.
Мы согласились. В конце концов, за такую цену можно было и не на такое пойти. Через три дня мы уже держали в руках ключи от собственной квартиры. Игорь взял отпуск, чтобы помочь мне с переездом, и мы принялись за обустройство нового жилья.
Первые дни всё шло прекрасно. Мы перевезли свои вещи, расставили мебель, повесили на стены фотографии. Квартира потихоньку становилась нашим домом. И тут я заметила странные детали.
В шкафу в прихожей висел женский халат. Тёмно-синий, махровый, явно поношенный. Рядом стояли домашние тапочки — такие, какие носят пожилые женщины. Красные, с мехом внутри.
— Игорь, а это что? — показала я на находку.
— Наверное, хозяйка забыла, — пожал плечами муж. — Позвоним, скажем, чтобы забрала.
Но когда я набрала номер Светланы Петровны, трубку никто не брал. Звонила несколько раз в течение дня — результат тот же. Решили, что не так уж это важно. Убрали халат и тапки в дальний угол шкафа и забыли о них.
Через неделю я поняла, что что-то не так. Каждое утро, просыпаясь, я находила эти тапки в коридоре. Ровно посередине, носками к двери. Сначала подумала, что это Игорь их переставляет, может, случайно зацепил, когда шёл в туалет ночью.
— Игорь, ты тапки не трогал? — спросила я за завтраком.
— Какие тапки? — удивился он. — Те, что в шкафу? Зачем бы я их трогал?
— Они каждое утро стоят в коридоре.
— Наташа, может, ты их сама достаёшь? — предположил муж. — Во сне или когда встаёшь ночью?
Я задумалась. Может, и правда? Бывает же лунатизм у взрослых людей. Хотя раньше за собой такого не замечала. Решила проследить внимательнее.
На следующий день специально перед сном заглянула в шкаф — тапки стояли на своём месте. Утром снова обнаружила их в коридоре. Игорь клялся, что к ним не притрагивался.
— Может, у нас мыши завелись? — предположила я. — Или кот соседский как-то пробирается?
— Наташ, ты себя слышишь? — засмеялся Игорь. — Какие мыши? Какой кот? Мы же на пятом этаже!
Но смеяться перестал, когда через несколько дней халат тоже начал появляться в неположенных местах. То на кухне на стуле, то в ванной на крючке. Я точно помнила, что убирала его в шкаф, а утром находила где-то ещё.
— Игорь, мне кажется, в этой квартире что-то не так, — сказала я мужу, когда нашла халат на нашей кровати.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился он.
— Ну не знаю... может, здесь кто-то умер? Поэтому хозяйка так спешила продать и за такую цену?
— Наташа, ты начинаешь меня пугать. Может, к врачу сходишь? Проверишься?
— Я не сумасшедшая! — возмутилась я. — Ты же сам видишь, что вещи перемещаются!
— Вижу, — кивнул Игорь. — Но объяснение этому должно быть логичное.
Он пошёл к соседям расспросить о прежних жильцах. Вернулся мрачный.
— Ну что? — бросилась я к нему.
— Тётя Галя из соседней квартиры рассказала... — начал он и замолчал.
— Что рассказала? Говори же!
— В этой квартире жила пожилая женщина. Одна. Дочь изредка приезжала. А несколько месяцев назад соседи заметили, что она не выходит из дома. Вызвали управляющую, вскрыли квартиру... Женщина умерла. Видимо, сердце.
Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
— И что дальше?
— Дочь приехала, оформила документы и сразу выставила квартиру на продажу. Сказала, что не может здесь жить, слишком тяжело. Вот и продала нам.
— Значит, Светлана Петровна — это дочь, а не хозяйка квартиры?
— Получается, так. И халат с тапками принадлежали её матери.
Мы стояли посреди комнаты и молчали. Игорь первым пришёл в себя.
— Ладно, допустим, здесь кто-то умер. Ну и что? Люди везде умирают. Это же не повод съезжать.
— Но вещи-то двигаются! — воскликнула я.
— Найдём объяснение. Может, действительно сквозняк какой-то, или фундамент проседает, или ещё что-то.
Но объяснения не находилось. Каждый день халат и тапки появлялись в разных местах. Иногда я просыпалась ночью от звука шагов в коридоре. Тихих, шаркающих, как будто кто-то идёт в домашних тапочках.
— Игорь, ты слышишь? — толкала я мужа.
— Что слышу? — бормотал он спросонья.
— Шаги в коридоре.
— Соседи, наверное. Или трубы шумят.
Но я точно знала — это не соседи и не трубы. Это были шаги пожилой женщины, которая всю жизнь прожила в этой квартире и не может поверить, что её здесь больше нет.
Утром я решила действовать. Взяла халат и тапки, сложила их в пакет и отнесла в подвал. Пусть там лежат, подальше от нас.
Вечером вернулась домой и обомлела. Халат висел на вешалке в прихожей, а тапки стояли у самой двери. Аккуратно, ровно, как будто хозяйка только что их сняла.
— Игорь! — закричала я. — Иди сюда!
Муж прибежал, увидел вещи и побледнел.
— Ты же их в подвал отнесла?
— Отнесла! И заперла дверь на ключ!
Мы спустились в подвал. Дверь была заперта, пакет лежал там, где я его оставила. Но он был пустой.
— Кто-то нас разыгрывает, — пробормотал Игорь, но голос его дрожал.
— Кто? — спросила я. — Кто мог взять ключ от подвала? Кто знает, что мы туда спрятали эти вещи?
На следующий день я не выдержала и поехала искать Светлану Петровну. Адрес дочери у нас не был, но я помнила, где она работает — в школе учительницей. Нашла школу, дождалась окончания уроков.
Светлана Петровна вышла из здания, и я подошла к ней.
— Извините, вы помните меня? Мы покупали у вас квартиру.
— Конечно, помню! — обрадовалась она. — Как дела? Как квартира?
— Хорошо, спасибо. Но у меня к вам вопрос. Вы забыли там халат и тапки.
Лицо женщины изменилось. Она вдруг постарела лет на десять.
— Какие тапки? — тихо спросила она.
— Синие махровые халат и красные тапки с мехом. Они... они постоянно перемещаются по квартире.
Светлана Петровна закрыла лицо руками.
— Я так и знала, — прошептала она. — Я думала, что если продам квартиру, то всё прекратится. Но мама не хочет уходить.
— Это ваша мама там жила?
— Да. Она очень любила эту квартиру. Сорок лет прожила. Когда умерла... я несколько раз приезжала забрать вещи, но каждый раз находила её халат и тапки не там, где оставила. Думала, что схожу с ума.
— И что теперь делать?
— Не знаю, — всхлипнула Светлана Петровна. — Может, нужно с ней поговорить? Объяснить, что в квартире теперь живут другие люди?
— Как поговорить с умершим человеком?
— Просто поговорить. Вслух. Мама всегда была разумной женщиной. Может, поймёт.
Вечером я рассказала всё Игорю. Сначала он скептически отнёсся к идее разговаривать с привидением, но потом согласился.
— Хуже уже не будет, — сказал он. — Попробуем.
Мы встали посреди комнаты. Халат и тапки лежали на диване — туда их опять кто-то перенёс.
— Здравствуйте, — начала я неуверенно. — Меня зовут Наташа, а это мой муж Игорь. Мы живём теперь в вашей квартире.
Игорь покосился на меня, но промолчал.
— Мы не хотим вас обидеть или прогнать. Просто... нам тоже нужно где-то жить. Может, мы сможем как-то ужиться?
Тишина. Потом где-то в кухне что-то упало.
— Мы знаем, что вы здесь, — продолжала я. — И мы не против. Но, пожалуйста, не пугайте нас. Мы хорошие люди, мы будем беречь вашу квартиру.
На кухне снова что-то стукнуло. Мы пошли посмотреть. На столе стояла чашка, которую я точно убирала в шкаф. Рядом лежала ложка.
— Вы хотите чай? — спросила я.
Чашка слегка сдвинулась по столу.
— Хорошо, — сказал Игорь. — Будем каждый день ставить вам чай.
С того дня всё изменилось. Мы действительно стали каждый вечер ставить на стол чашку чая. Утром она всегда была пустой. Халат и тапки больше не появлялись в неожиданных местах — они так и лежали в шкафу.
Иногда по ночам я слышала тихие шаги в коридоре, но они меня больше не пугали. Просто пожилая женщина ходила по своему дому, проверяла, всё ли в порядке.
Однажды утром я обнаружила, что цветы на подоконнике политы, хотя я забыла это сделать. В другой раз заметила, что кто-то аккуратно сложил разбросанные по столу документы.
— Она заботится о нас, — сказала я Игорю.
— Похоже на то, — согласился он. — Может, не так уж плохо иметь такую соседку.
Мы привыкли. Квартира стала по-настоящему нашим домом, но мы знали, что делим его с кем-то ещё. С доброй пожилой женщиной, которая просто не смогла расстаться с местом, где прожила всю жизнь.
Иногда друзья спрашивали, не страшно ли нам жить в квартире, где кто-то умер. Мы с Игорем переглядывались и говорили, что вовсе не страшно. Потому что некоторые люди остаются добрыми и заботливыми даже после смерти.
А каждый вечер мы ставили на стол чашку чая и говорили: "Спокойной ночи". И чувствовали, что нам отвечают тем же.