После смерти императора Оттона III в 1002 году Италия осталась без сильного центрального правительства. На севере влиятельные феодалы вели бесконечные интриги за власть, а в Риме папство снова стало пешкой в руках противоборствующих римских семей. На юге лангобардские герцоги оспаривали власть у ослабленных сарацин и еще более уязвимых византийцев. В этом хаосе открывались новые возможности для амбициозных политических лидеров.
В конце концов, на вершине власти оказался Роберт Гвискар. Он и его братья прибыли в Италию из Нормандии, где проявили себя как талантливые вожди нормандских рыцарей и искусные дипломаты, не уступавшие византийцам. Как и его соотечественник Вильгельм Завоеватель, Гвискар умел находить и использовать шансы на успех. Незадолго до своей смерти в 1085 году он стал единоличным правителем Южной Италии и получил от папы титул герцога. Тем временем его брат Роджер отвоевал у сарацин Сицилию в тяжелой тридцатилетней борьбе (1061–1091 годы).
Современники были поражены сочетанием самых разных качеств в норманах, что вызывало к ним неоднозначное отношение. В 1125 году монастырский историк Вильгельм Мальмсберийский писал о них:
«Нормандцы богато одеваются, разборчивы в еде, но избегают излишеств. Этот народ приучен к войне и почти не умеет жить без нее. Они живут в больших домах, но скромно. К равным питают зависть, а над высшими стремятся возвыситься. Своих подданных они грабят, но защищают от других. Верны своим господам, но малейшая обида делает их вероломными: предательство оценивают только с точки зрения выгоды»
В Италии, как и в Англии, норманы проявили талант к адаптации существующих структур под свои нужды. В многонациональном и мультирелигиозном обществе Южной Италии и Сицилии они создали централизованные и эффективные государства, которые вскоре начали играть важную роль в средиземноморской политике.
Записки о Средневековье