Валентина Николаевна услышала, как дочь возится с ключами в прихожей, и поняла — не одна. Голоса два, смех, шепот. Она вздохнула и выключила телевизор. Значит, опять кто-то новый.
— Мам, мы пришли! — крикнула Марина из коридора.
— Иду.
Валентина Николаевна медленно поднялась с дивана, поправила халат. В прихожей стояла дочь и незнакомый мужчина лет сорока пяти — высокий, в хорошем пальто, с букетом цветов.
— Мама, знакомься, это Алексей, — Марина светилась счастьем. — Алёша, это моя мама.
— Очень приятно, Валентина Николаевна, — мужчина протянул цветы. — Марина так много о вас рассказывала.
— Здравствуйте, — сухо ответила она, принимая букет.
Алексей улыбался, Марина ждала одобрения, а Валентина Николаевна чувствовала только усталость. Опять новое знакомство, опять попытки понравиться, опять детские вопросы "а это новый папа?"
— Проходите, — сказала она без энтузиазма.
За чаем Алексей старался быть обаятельным — рассказывал о работе, расспрашивал о внуках, хвалил пирог. Марина поглядывала на мать с надеждой, а та отвечала односложно.
— А дети где? — спросил Алексей.
— У подруги ночуют, — ответила Марина. — Я хотела, чтобы мы сначала спокойно познакомились.
— Разумно, — кивнул он. — Дети — это ответственность.
Валентина Николаевна мысленно усмехнулась. Точно такие же слова говорил предыдущий — Виктор. И тот, что был до него — Игорь. Все они понимали ответственность. Все обещали стать хорошими отчимами. А потом исчезали, оставляя детей в недоумении.
— Мама, ты что-то молчишь, — заметила Марина.
— А что говорить? — пожала плечами Валентина Николаевна.
После ухода Алексея дочь устроила разбор полётов:
— Мам, ну что за встреча? Ты даже не старалась!
— А зачем стараться?
— Как зачем? Это же... он мне нравится.
— И тот нравился. И позапрошлый тоже.
Марина покраснела:
— Это другое!
— Чем другое?
— Он серьёзный. Настоящий. Мы уже полгода встречаемся.
— Полгода, — повторила мать. — С Виктором ты два года встречалась. И что?
— Виктор был ошибкой.
— А Игорь?
— И Игорь тоже. Но Алёша...
— Алёша замечательный, — перебила Валентина Николаевна. — Как и все остальные. В начале они все замечательные.
Марина села на диван рядом с матерью:
— Мам, ну дай ему шанс. Познакомься нормально.
— Зачем? Через полгода будет следующий.
— Не будет!
— Откуда знаешь?
— Знаю! Чувствую!
Валентина Николаевна посмотрела на дочь — сорок лет, а светится как девчонка. Опять влюбилась, опять строит планы. А дети что? Дети привыкнут к очередному "дяде", а потом снова будут спрашивать, почему он больше не приходит.
— Марин, мне не двадцать лет. Я устала знакомиться с твоими мужчинами.
— Но...
— Ничего но. Хочешь с ним встречаться — встречайся. Только детей пока не вмешивай.
Но удержать детей в стороне не получилось. Через неделю Алексей пришёл снова, как раз когда внуки делали уроки. Девятилетний Артём выглянул из комнаты, увидел незнакомого дяденьку и спросил:
— А вы кто?
— Я Алексей. Друг твоей мамы.
— Понятно, — кивнул мальчик и скрылся в комнате.
Шестилетняя Даша была любопытнее. Она долго рассматривала Алексея, потом спросила:
— А дядя Витя больше не будет приходить?
Повисла неловкая пауза. Марина смутилась, Алексей не знал, что ответить.
— Нет, дорогая, — сказала мать. — Дядя Витя больше не приходит.
— А почему?
— Потому что... у него другие дела.
— А этот дядя надолго?
Валентина Николаевна видела, как напряглись лица дочери и Алексея. Вопрос ребёнка попал в самую суть.
— Не знаю, — честно ответила она.
Вечером, когда дети легли спать, Марина снова подошла к разговору:
— Мам, что ты делаешь?
— Что делаю?
— Настраиваешь детей против Алёши.
— Я ничего не делаю. Даша сама спросила.
— Ты могла ответить по-другому.
— Как? Соврать?
— Не соврать, а... тактичнее.
Валентина Николаевна отложила вязание:
— Марин, а ты сама знаешь ответ на Дашин вопрос?
— Какой?
— Надолго ли этот дядя.
Дочь замялась:
— Конечно знаю. Мы серьёзно встречаемся.
— Вот и скажи детям. Если уверена.
— Скажу. Обязательно скажу.
Но не сказала. Потому что сама не была уверена. А дети чувствовали эту неуверенность.
Алексей приходил регулярно — раз в неделю, по воскресеньям. Приносил подарки детям, помогал Артёму с математикой, играл с Дашей в куклы. Старался изо всех сил.
— Алексей хороший, — признала как-то Валентина Николаевна.
— Вот видишь! — обрадовалась дочь.
— Хороший. Как и предыдущие.
— Мама!
— Что мама? Игорь тоже хороший был. Виктор хороший. Все хорошие, пока не уйдут.
— Алёша не уйдёт.
— Откуда знаешь?
— Он говорит, что любит меня.
— И остальные говорили.
Марина вспыхнула:
— Ты специально всё портишь!
— Я ничего не порчу. Я просто не играю в игру "счастливая семья".
— Какую игру?
— Марин, мне пятьдесят восемь лет. Я видела твоих мужчин. Сначала все влюблённые, потом начинаются проблемы, потом расставание. И дети каждый раз переживают.
— Но может, Алёша...
— Может. А может, и нет.
Валентина Николаевна не хотела быть злой. Просто устала. Устала от надежд, которые не оправдываются. От детских слёз, когда очередной "дядя" исчезает. От необходимости объяснять, почему взрослые люди не могут определиться в своих чувствах.
Алексей чувствовал холодность и пытался её растопить. Чинил кран на кухне, принёс новую лампу в коридор, помог с покупками. Валентина Николаевна благодарила, но дистанцию держала.
— Валентина Николаевна, — сказал он как-то, оставшись с ней наедине, — я понимаю ваше настороженное отношение.
— Понимаете?
— Марина рассказала... про предыдущие отношения. Я понимаю, что вы защищаете внуков.
— И что?
— Я хочу заверить вас — мои намерения серьёзные.
— Это говорили все.
— Но я не все. Я готов взять ответственность за семью.
Валентина Николаевна посмотрела на него внимательно. Искренний взгляд, правильные слова. Точно такие же, как у предыдущих.
— Алексей, вы хороший человек. Но понимаете... я уже не верю в серьёзность намерений.
— А что нужно сделать, чтобы вы поверили?
— Время. Только время покажет.
— Сколько времени?
— Не знаю. Года два, наверное.
Он усмехнулся:
— Долго.
— А вы торопитесь?
— Нет, просто... хочется, чтобы семья меня приняла.
— Семья примет. Если вы останетесь.
Дети реагировали по-разному. Артём держал дистанцию — был вежлив, но холоден. На вопросы Алексея отвечал односложно, помощь принимал без энтузиазма.
— Почему ты так с Алексеем? — спросила мать.
— Нормально.
— Он же старается.
— И дядя Витя старался. И дядя Игорь.
— Но может, Алексей останется?
Артём пожал плечами:
— Может. А может, и нет.
Даша была проще. Она играла с Алексеем, показывала рисунки, рассказывала про садик. Но иногда спрашивала:
— А ты не уйдёшь, как дядя Витя?
— Не уйду, — отвечал Алексей.
— А почему дядя Витя ушёл?
— Не знаю, малышка.
— А дядя Игорь почему ушёл?
— И его не знаю.
— Тогда откуда ты знаешь, что не уйдёшь?
Детская логика была безжалостна. Алексей не знал, что отвечать.
Прошло три месяца. Алексей по-прежнему приходил по воскресеньям, иногда заглядывал в будни. Отношения с Мариной развивались, но семья оставалась настороженной.
— Мам, ну сколько можно? — жаловалась дочь. — Он же видит, что его не принимают.
— А что я должна делать? Изображать радость?
— Хотя бы дружелюбие.
— Марин, я не просто осторожная.
— Слишком осторожная.
— Лучше слишком осторожная, чем снова разочарованная.
Как-то в воскресенье Алексей не пришёл. Позвонил, извинился — заболел. Марина переживала, дети даже не спросили.
— Видишь? — сказала Валентина Николаевна. — Они уже не рассчитывают.
— Он же заболел!
— Я не про болезнь. Я про то, что дети не привязались.
— Это плохо?
— Не знаю. Может, и хорошо.
На следующей неделе Алексей пришёл с подарками — конструктор Артёму, куклу Даше. Извинялся, объяснял про болезнь.
— А мы и не ждали, — сказал Артём, принимая конструктор.
— Как не ждали?
— Ну мы привыкли, что дяди не всегда приходят.
Алексей растерялся. Марина покраснела. Валентина Николаевна почувствовала укол вины — может, она действительно слишком настроила детей?
Вечером Алексей задержался поговорить с ней:
— Валентина Николаевна, дети меня боятся полюбить.
— Не боятся. Просто защищаются.
— От чего?
— От разочарования.
— Но я же не собираюсь их разочаровывать.
— И предыдущие не собирались.
— Я не предыдущие!
— Для детей пока что собираетесь. Они не знают разницы.
Алексей помолчал, потом спросил:
— А что нужно сделать?
— Просто быть. Долго быть. Год, два, три. Пока они не поверят, что вы не исчезнете.
— А если я не исчезну?
— Тогда они полюбят вас как отца.
— А если исчезну?
— Тогда они ещё больше замкнутся.
— Понятно, — вздохнул он. — Высокие ставки.
— Очень высокие.
Через полгода отношения немного потеплели. Алексей перестал стараться изо всех сил, стал вести себя естественнее. Дети привыкли к его присутствию, хотя близости особой не было.
— Прогресс есть, — заметила Валентина Николаевна.
— Какой прогресс? — не поняла Марина.
— Артём больше не напрягается, когда Алексей приходит. Даша играет с ним спокойно.
— И это прогресс?
— Большой. Значит, они его не отторгают.
— Но и не принимают особо.
— Рано ещё. Принятие — это долгий процесс.
Валентина Николаевна и сама стала относиться к Алексею теплее. Не потому что полюбила, а потому что он не исчез. Полгода — это уже что-то. Предыдущие столько не выдерживали.
— Может, он действительно серьёзный, — сказала она дочери.
— Наконец-то! — обрадовалась Марина.
— Рано радоваться. Полгода — не срок.
— А сколько нужно?
— Года два минимум.
— Мама!
— Что мама? Дети должны быть уверены, что их не бросят снова.
К Новому году Алексей стал почти членом семьи. Помогал наряжать ёлку, покупал подарки, сидел за общим столом. Дети привыкли к нему, хотя "папой" не называли.
— А почему ты не женишься на маме? — спросила как-то Даша.
— А ты хочешь, чтобы я женился? — осторожно поинтересовался Алексей.
— Не знаю. А ты хочешь?
— Хочу.
— А мама хочет?
— Наверное.
— А бабушка хочет?
— Не знаю.
Даша задумалась:
— А если вы поженитесь, ты не уйдёшь?
— Не уйду.
— А дядя Витя тоже говорил, что не уйдёт.
— Я не дядя Витя.
— А кто ты?
— Я Алексей. И я останусь.
— Правда?
— Правда.
Валентина Николаевна слушала этот разговор из кухни и думала — а ведь он может действительно остаться. Восемь месяцев уже прошло. Ссор серьёзных не было, проблем тоже. Может быть, Марина наконец нашла подходящего человека?
Весной Алексей сделал предложение. Марина согласилась. Дети восприняли новость спокойно.
— Значит, будешь нашим папой? — спросил Артём.
— Если вы не против.
— А настоящий папа где?
— Не знаю. Далеко.
— Понятно. Тогда ладно.
Свадьбу играли скромно — в кафе, только близкие. Валентина Николаевна смотрела на молодожёнов и думала — дай бог, чтобы на этот раз получилось.
После свадьбы Алексей переехал к ним. Теперь он был не гостем, а хозяином. Дети постепенно привыкали к новому укладу жизни.
— Папа Алёша, помоги с задачкой, — попросила как-то Даша.
Валентина Николаевна услышала и улыбнулась. "Папа Алёша" — значит, приняли.
Артём был сдержаннее, но тоже стал обращаться за помощью. Не "папой" называл, просто по имени, но это тоже было хорошо.
— Ну что, принял семья мужика? — спросила подруга.
— Пока что да, — осторожно ответила Валентина Николаевна.
— Пока что?
— Ну посмотрим, как дальше будет.
— Мать ты недоверчивая.
— Опытная.
Прошёл год. Алексей не исчез, не начал скандалить, не предъявлял претензий к детям. Работал, помогал по дому, возил семью на дачу. Обычная спокойная жизнь.
— Мам, ну ты уже поверила? — спросила Марина.
— В что?
— Что он останется.
Валентина Николаевна посмотрела в окно, где Алексей играл с детьми в футбол:
— Начинаю верить.
— Наконец-то!
— Год — это хороший срок. Но ещё не достаточный.
— Сколько же нужно?
— Пока дети не перестанут его проверять.
— Они проверяют?
— Конечно. Даша иногда спрашивает, не уйдёт ли он. Артём наблюдает, как он реагирует на трудности.
— И как реагирует?
— Пока хорошо.
Действительно, Алексей держался стойко. Когда Артём получил двойку и устроил скандал, не кричал. Когда Даша заболела и капризничала — терпеливо ухаживал. Когда у Валентины Николаевны проблемы с давлением начались — возил к врачам.
— Может, он действительно хороший? — сказала она как-то Марине.
— Говорила же!
— Ты и про предыдущих говорила.
— Но он же доказал!
— Доказывает. Пока что доказывает.
Через полтора года после знакомства случился первый серьёзный кризис. Алексей потерял работу. Марина нервничала, дети чувствовали напряжение.
— Папа Алёша больше не будет с нами жить? — спросила Даша.
— Почему? — удивилась мать.
— Ну он же не работает. Дядя Витя ушёл, когда у него проблемы начались.
Валентина Николаевна поняла — дети помнят. Помнят и сравнивают.
— Не знаю, — честно ответила она. — Посмотрим.
Но Алексей не ушёл. Искал работу, нервничал, но семью не бросил. Через три месяца устроился на новое место.
— Вот видишь, — сказала Марина. — Он настоящий.
— Видимо, да, — согласилась мать.
— Ты поверила?
— Почти.
Полностью поверила она через два года. Когда Артём сломал руку, и Алексей три ночи не спал в больнице. Когда Даша заплакала на утреннике, потому что "у всех папы есть, а у меня нет", а вечером Алексей официально удочерил обоих детей.
— Теперь у вас есть папа, — сказал он им. — Навсегда.
— А если мы будем плохо себя вести? — спросил Артём.
— Всё равно навсегда.
— А если ты устанешь от нас?
— Не устану.
— Откуда знаешь?
— Потому что я вас люблю.
Валентина Николаевна слушала и чувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Похоже, у неё наконец появился настоящий зять.
— Прости, что не сразу тебя приняла, — сказала она Алексею.
— Я понимаю. Вы защищали детей.
— И дочь тоже. От разочарований.
— А теперь?
— Теперь я вижу — разочаровывать вы не собираетесь.
— Не собираюсь.
— И дети видят. Они перестали вас проверять.
— Слава богу.
— Добро пожаловать в семью, — сказала Валентина Николаевна. — Официально.
Алексей улыбнулся:
— Спасибо. Я так долго этого ждал.
— Ждать было нужно. Доверие не покупается, оно зарабатывается.
— Я понял это сразу.
— И не ушли.
— А зачем уходить? Я же нашёл свою семью.
Валентина Николаевна посмотрела на зятя и подумала — вот это правильные слова. Не "я завоевал семью", а "я нашёл". Разница огромная.
Теперь, когда прошло уже три года, она больше не боялась привязываться. Алексей стал родным — помогал по дому, заботился о детях, поддерживал в трудные моменты.
— Мам, спасибо, что дала ему шанс, — сказала Марина.
— Шанс дала ты. А я просто не мешала.
— Ты могла помешать.
— Могла. Но он оказался стоящим человеком.
— Теперь веришь в серьёзность намерений?
Валентина Николаевна посмотрела в окно, где Алексей учил Артёма кататься на велосипеде, а Даша бегала рядом и смеялась:
— Верю. Наконец-то верю.
Автор: Алексей Королёв