— Разве начальникам отказывают? — Нервничая, слегка «кусаю» Тимура.
Он с улыбкой подходит ко мне совсем близко.
— Отказывать начальнику — это один из лучших твоих навыков. Уж поверь, — усмехается. — Пойдём, — подаёт мне руку. — Я бы очень хотел, чтобы сегодня ты отдохнула и расслабилась.
Подушки, ковры, богатая мягкая мебель, необычное красно-синее освещение заставляют меня озираться по сторонам и немного тормозить.
— Прошу… — Тимур помогает мне сесть на диван и опускается рядом. — Я заказал нам вино и мясо с овощами. Меню справа от тебя, если захочешь чего-то другого. Кальян? Пока готовят… — протягивает он мне трубку.
— Я никогда не пробовала, — мотаю головой. — Даже не курила никогда.
— Врач, который не курит? — Иронично выгибает Тимур бровь. — Самое время начать. Это вкусно. Просто вдохни дым.
Почему-то слушаюсь и тяну на себя дым. Закашливаюсь до слез из глаз.
— Нет, нет, спасибо! — Отмахиваюсь руками.
— Как скажешь, — сдаётся Тимур.
Мы встречаемся с ним взглядами.
— Ты очень красивая, — разглядывает меня Киров. — Трогать хочется.
Смущенно опускаю глаза, начиная мять ремешок сумки.
— Зачем вы меня позвали?
— Ты… Катя, давай перейдём и закрипим, что общаемся только на ты. Думаю, что наличие общего ребёнка даёт нам такое право.
— Общего? — Переспрашиваю.
— Обо всем по порядку, — кивает Тимур. — Слушание по твоему разводу перенесли из-за того, что твоя бывшая свекровь сломала ногу. По показаниям Ирины Львовны, с лестницы ее столкнула невестка.
— Что? — Распахиваю я в шоке глаза. — Это как вообще могло произойти?
— Понятия не имею, — равнодушно пожимает плечами Киров, — я бы ещё раньше ей чего-то организовал. Ну просто старая, нудная карга. У меня завуч в школе такая была.
Я хрюкаю от неожиданно вырывшегося смеха. Описание прямо в точку.
— А откуда вы… ты, — поправляюсь, — знаешь?
— Познакомился, — морщится Киров. — Можешь считать, что выкупил тебя. Вместе с тачкой и свидетельством о расторжении брака.
Он словно фокусник достаёт чёрную папку и протягивает ее мне.
— Теперь ты свободная девушка, Катя.
Я, не веря своим глазам, рассматриваю свежий бланк свидетельства.
— А как же месяц ожидания? — Спрашиваю, все ещё не осознавая случившееся.
— Я тебя умаляю… — пожимает плечами Тимур. — Даже никого особенно сильно уговаривать не пришлось. Детей нет, претензий по имуществу тоже.
— Как это нет?
— А так… — наклоняется ближе к столу Киров. Наливает два бокала вина и один из них подаёт мне. — Твой бывший муж оказался в незавидном положении, Катя. Женщины решили устроить войну, а он вынужден метаться между матерью и беременной любовницей. Отец которой уже подал на твою свекровь в суд за причинение тяжких телесных.
— Ирина Львовна подралась? — Совершенно искренне удивляюсь я.
— А кто их разберёт, — усмехается Тимур. — Валят друг на друга. Короче, не до тебя им. А половина суммы за машину оказалась очень кстати. За свободу? — Подмигивая, поднимает бокал и делает глоток вина.
***Катя
Меня неприятно дёргает от формулировки. Этот мужчина снова решил поиграть в Бога и распорядиться моей жизнью? Как понимать происходящее? Возвращаю бокал на стол.
— А я свободна? — Не мигая, смотрю Тимуру в глаза. — По-настоящему?
— В каком смысле? — Чуть давится он глотком вина. — Свидетельство о разводе перед тобой.
Официант заносит и ставит на стол еду. Мы с Кировым замолкаем, ожидая, когда парень выйдет.
— Что-нибудь ещё выбрали? — Интересуется он.
Я отрицательно качаю головой. Официант уделяется, закрывая за собой портьеру плотнее.
— Давай ужинать, Катя, — напряжённо говорит Киров.
Я беру в руки вилку и тут же возвращаю ее на место. Просто хочу ясности.
— Свободна — это значит, что я в любой момент могу выйти в том числе и из твоего дома? — Спрашиваю, внутренне замирая. — И ты не будешь мне угрожать?
— Ты хочешь уйти? — Киров ставит свой бокал на стол. Ослабляет воротник рубашки, расстегивая пару пуговиц. — Катя… ты хочешь уйти из моего дома? — Угрожающе повышает он голос. — От Демьяна уйти?
Я вжимаюсь спиной в подушки, не ожидая такой резкой реакции.
— Нет, я не хочу… Точнее, я бы хотела, чтобы…
— Пошла вон, — тихо выдыхает Тимур и в несколько глотков опрокидывает в себя остатки вина.
— Что? — Шокировано мотаю я головой.
— Я сказал, что если ты хочешь уйти, то сейчас самое время свалить на хрен! — Разгоняется тон Тимура. Деньги за пол года можешь не возвращать!
Меня захлестывает обидой. Несколько раз открываю и закрываю рот.
— Да как вы, Тимур Сабитович вообще смеете так со мной говорить? — Шиплю, едва сдерживая слезы, и подлетаю на ноги. — Я отношусь к вашему сыну как к родному! Он пришёл в этот мир в мои руки! Я кормлю его грудью, засыпаю, чувствуя, как он дышит! Терплю безропотно ваши обстоятельства, которые постоянно угрожают моей безопасности! Ещё ни разу вас не подводила… И что плохого в том, что я хочу находиться на вашей территории добровольно?! Или вы на столько считаете себя мерзким человеком, что не верите, что рядом с вами можно хотеть жить без денег и шантажа? Унижаете себя, меня и сына… — срывается мой голос от тирады. — Тогда зачем все это?
Подхватываю сумочку и, понимая, что говорить больше не могу, ускоряюсь к выходу из комнаты. Зачем я вообще сюда пришла? Что не так сказала?
Дергаю гардину и вдруг чувствую, как меня перехватывают за предплечье. Разворачивают и втрамбовывают в широкую мужскую грудь. Я бьюсь о неё носом.
— Ты никуда не пойдёшь… — слышу горячий шёпот Тимура в шею и ощущаю, как ручищи сжимают меня ещё крепче.
— Пустите меня… — отбиваюсь, упираясь ладонями в его плечи. — Я сейчас закричу! Теперь я действительно хочу уйти! Идите к черту! — Всхлипываю.
— Не могу, — качает головой Киров. — Не могу… Катя.
Наматывает на кулак мои волосы, заставляет запрокинуть голову и… впивается в губы поцелуем. Напористым, обжигающим, лишающим воздуха и воли. У меня моментально обмякают колени, а внизу живота начинает разливаться приятная тяжесть возбуждения. Гашу на губах стон. Со мной не церемонятся, как со шлюхой, а мне вкусно! Мне нравится! Господи, как оказывается просто мужчине унизить неравнодушную к нему женщину! Я ведь почти поверила, что у нас есть шанс!
Захлебнувшись обидой, вскидываю руку, чтобы залепить Тимуру пощечину, но он ловит мою ладонь.
— Не надо так делать…
Перехватывает меня за шею, несколько мгновений смотрит в глаза, а потом снова целует в губы и толкает к стене, задирая платье.
— Будешь кричать?
Тежело дышит мне в ухо.
— Пусти… — рычу, раздирая руками его наглые, сминающие мое тело руки. — Ты слышишь?
— Будешь, громко, — довольно усмехается он и вжимает меня меня щекой в стену, заставляя встать в откровенную позу.
— Можешь даже драться. Я разрешаю… Моя девочка.
Его руки до сладкой боли стискивают полную молоком грудь, а хриплый шепот заставляет меня покрыться крупными мурашками. Разум последние секунды спорит с телом. Почему я должна сейчас защищаться, если безумно хочу Тимура? Снова вопреки логике и здравому рассудку, но к черту! Пусть между нами будет секс! Я не прощу себе, если он не случится.
Не сопротивляюсь, даже когда слышу недвусмысленный звон пряжки ремня и звук расстегивающейся ширинки.
Млея от поцелуев по шее и плечам, прогибаюсь и ощущаю у себя между ягодиц твёрдый, внушительный член Тимура.
— Да, вот так, — довольно рычит Киров. — Ещё ниже, хорошая девочка.
Дрожу, позволяя Тимуру прикусить кожу на шее по линии роста волос, и откидываю голову ему на плечо.
— Нас могут увидеть…
— Плевать, — затыкает он мне рот поцелуем.
Проходится пальцами по бедру, сдвигает трусики в сторону и врывается в меня одним жёстким, глубоким толчком. Мы синхронно стонем, сплетаясь языками. Меня окатывает горячей волной чувственности и стыда.Занимаюсь сексом в ресторане. Без защиты. В одежде! С человеком, который, без сожаления уничтожил мою привычную жизнь! И кайфую! На каждый толчок члена взрываюсь от ощущений и кусаю губы, чтобы не стонать.
Тимур дёргает платье с груди вниз.
— Какие они охрененные, — сжимает он полусферы. — Я обязательно их трахну. И ротик твой трахну… Катя, — хрипя, несчадно и ритмично он врывается в мое тело. — Я не выпущу тебя из кровати. Привяжу….
Не выдерживаю. Горло само начинает издавать звуки! Потому что мне много! Всегда думала, что люблю нежный размеренный секс, но вот сейчас царапаю ногтями стену и сознаюсь, что обожаю, когда меня имеют. Сминают. Безжалостно и не стесняясь натягивают на член. Короче, какой-то фигней я раньше в жизни занималась!
Слышу где-то сбоку шокированное «ой» и совершенно неожиданно от мысли, что меня трахают прилюдно, «взлетаю». Голова становится пустой и ватной, тело окатывает волнами удовольствия. Меня трясёт от голодного, сильного оргазма, который рождается в точке, куда бьет член Кирова, и взрывается фейерверком в затылке.
— Ооо, — стонет Тимур, — не сжимай меня так, девочка, ты слишком тесная. А я не… черт, ммм…
Не понимаю намеренно или нет он это делает, но в следующее мгновение я чувствую внутри себя горячий толчок спермы. Ее очень много… По-привычке считаю в голове день цикла. Нет, даже если бы я могла забеременеть, то не сегодня. Мне жаль? К моему ужасу — да!
— Никого так сильно в жизни не хотел трахнуть, как тебя, — довольно хрипит Киров. — Катя…
Разворачивает меня к себе лицом и коротко целует. В бровь, в нос, в губы.
— И капец как сильно хочу снова.
— Ты за этим меня сюда пригласил? — Прокашливаясь, задаю вопрос. Не могу сказать, что его признание мне не льстит, но это немного не то, что желает слышать женщина после близости с мужчиной.
Тимур отстраняется. Застегивает штаны, молча подаёт мне со стола салфетки и сам помогает вытереть от спермы бедра.
— Примерно за этим, — наконец, отвечает мне. — Только порядок действий сбился.
Я краснея, поправляю белье и одёргиваю платье.
Сердце трепещет, заставляя по-девичьи фантазировать о том, что там, обычно, до секса бывает? Признания в любви? Мне с трудом представляется, как Киров кому-то признаётся в любви. Вот наорать, поиметь, практически изнасиловать женщину возле стены — это его стиль.
— Иди сюда, — манит меня Тимур обратно на диван.
Сажусь, не понимая, как теперь правильно себя вести и вдруг чувствую, что в сумочке вибрирует телефон. Настойчиво так. Даже тревожно.
Достаю его и сжимаю в руках, уставившись на неизвестный номер.
— Ответь… — Хмурится Киров. — На громкую поставь.
— Алло… — нажимаю клавишу «принять вызов».
— Екатерина Максимовна? — Доносится из динамика молодой незнакомый мужской голос.
— Да, — отвечаю с опаской, — это я.
— Участковый беспокоит. На вашей даче произошло возгорание. Соседи уже вызвали пожарных. Приезжайте.
***
Тимур
— Что думаете? — Тихо отвожу в сторону командира пожарной бригады.
Он морщится, поправляя каску.
— Поджог. Без вариантов. Ну нечему там возле сарая самовозгораться. Думаю, что дом вообще трогать не хотели. Огонь случайно сначала на дрова перекинулся, а потом на веранду.
— Есть кому это все убрать, — киваю на дымящиеся развалины.
— Я спрошу, — пожимает плечами. — Может быть, мужики пошабашить захотят.
— Ты спроси, я не обижу, — обещаю многозначительно. — И дело это ментам правильно передай…
Катя одиноко сидит на обугленных порожках веранды прямо в вечернем платье и разговаривает по телефону.
— Да, Ляля, — говорит расстроено, — нужно на ночь проверить не вздут ли животик. Иначе сам не уснёт и тебе спать не даст. Не знаю, во сколько приедем, ждём участкового. И ванночку он любит погорячее. Градусов сорок. Там в ванне на стиральной машине лежит уточка. Термометр…
Забираю у неё из рук телефон и сбрасываю звонок.
— Я же объясняла…
— Катя, у неё таких семеро по лавкам, — перебиваю. — Она знает, как обращаться с детьми.
Катя судорожно выдыхает и закрывает лицо руками.
— Нужно как-то маме объяснить про дом. Я не знаю как. Она три раза звонила. Соседи уже сообщили. А ещё она про развод не знает. И вообще… — всплескивает руками. — Куда я теперь? Может быть, квартиру первое время сниму. Не понятно, что с работой…
— Не понял… — опускаюсь перед ней на корточки. — Какую ты собралась снимать квартиру?
— Ну я же не могу с вами… — начинает расстроено.
— Что не можешь? — Повышаю голос и тут же одёргиваю себя. Ну совсем не время орать на девчонку. Да и наорался сегодня уже…
Нащупываю в кармане заготовленную бархатную коробочку и достаю.
— Место и ситуация, конечно, так себе, — прокашливаюсь, — я хотел в ресторане. Катя, Катюш… — горло перехватывает, а сердце разгоняется от волны паники. Как мужики это делают? — Выходи за меня.
Распахиваю коробочку с кольцом..
— Что? — Немеет Катя, открывая одновременно рот и глаза.
— Соглашайся, — сжимаю ее колени. — Демьяну нужна мама. Ты — отлично справляешься. Думать ни о чем не придётся до конца жизни. Работу эту в задницу. Все вам оставлю.
— Я не знаю, что говорить, — качает головой Катя.
Переводит взгляд с меня на кольцо и обратно.
— Просто скажи «да», — прошу ее.
Как в этом ещё ответе можно надавить? Действительно дома запереть…
— А мы ? — Заглядывает в глаза. — Что будет между нами ?
— А что будет? — Начинаю я нервничать, потому что к признаниям в чувствах не готов. — Жизнь, еда, постель, дом ребёнок? Этого мало?
— Каждому своё, — пожимает плечами. — Просто ты снова предлагаешь мне тюрьму.
— Ну какая тюрьма? — Вспыхиваю и начинаю мерять шагами дорожку.
Хотя, выглядит предложение, действительно, так себе на правый взгляд.
* * *
У Кати в руках начинает снова звонить телефон.
— Мама… — шепчет, показывая мне экран.
— Отвечай, — говорю, решительно нажимная кнопку принять звонок.
— Алло… — зажмуривается Катя.
— Доченька, с тобой все хорошо? — Слышу из динамика.
— Да, мам, меня же не было…
— Да и черт с ним с домом, Господи, — причитает мать Кати. — Галина не умеет говорить по-человечески. Как начала: «Наташ, ты только не волнуйся…», я думала, что с тобой что-то случилось. В общем, я собираюсь, завтра к вам на пару дней приеду. Потерпит меня мой зять…
— Мам, мам, — перебивает ее Катя. — Мам, постой. Я сейчас не с мужем живу. И вообще… — делает глубокий вдох и выдаёт на выдохе — мы в разводе.
— В разводе? Что это значит? — Осаживается женщина.
— Мам, я живу у работодателя. Няней работаю, не нужно приезжать. Я сама постараюсь… — Чуть не плачет Катя.
Отбираю у неё телефон, закрывая ладонью динамик.
— Как зовут маму?
— Наталья Ивановна… Что вы делаете? Отдайте! — Подлетает со ступенек Катя.
Я отхожу от неё на пару шагов.
— Здравствуйте, Наталья Ивановна, — говорю в трубку. Меня зовут Тимур. Я — ваш будущий зять, постараюсь быть сильно лучше предыдущего. У Кати все хорошо. И вы, конечно, можете приехать в наш дом.
— Что вы несёте! — Пытается отобрать у меня Катя телефон. Ловлю ее руку и заламываю в локте, прижимая девчонку к себе спиной, чтобы не дергалась.
— Здравствуйте… — отвечает мне шокировано ее мать. — Я что-то ничего не понимаю…
— Вам и не нужно, — перебиваю. — Просто скажите, где и во сколько вас встретить. Лучше один раз увидеть, познакомиться. Согласны?
— Согласна…
— С домом тоже решим вопрос. Не переживайте. Ждём вас. До свидания…
— До свидания…
Сбрасываю звонок и отдаю Кате телефон.
— Вот и все. А ты боялась…
— Зачем вы это сделали? — Расстроено шепчет девчонка. — Зачем? Я не соглашалась выходить за вас! Ой…
Опускает глаза.
На платье, как и прошлый раз по футболке, расползается мокрое пятно.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Серж Олли