Вот что бывает, когда жизнь подкидывает тебе сюрприз в лютую метель. Знакомая история рассказала, я даже не сразу поверила. Но потом подумала — а чего тут не верить? Жизнь и не такое выкидывает.
Артём возвращался домой и матерился на дорожников. Снегу навалило — мама не горюй, а техники нигде не видно. Хорошо хоть машина проходимая, а то сидел бы в сугробе до утра. Сорок лет мужику, банк свой, деньги есть, а злится на погоду, как пацан.
У него дома мать лежит больная — Вера Константиновна. Года три назад на сцене блистала, актриса театральная, красавица. А теперь еле ходит, только сыну доверяет себя покормить-помыть. Гордая очень, чужих в дом не пускает.
— Опять летишь куда-то? — встретила его мать с упрёком.
— Переговоры важные, мам. Потерпи пару часов.
— Ага, потерплю. А если помру пока тебя нет?
Артём только вздохнул. Мать всегда была мастерица на драматические эффекты, болезнь этого не изменила.
Выскочил он из дома и думает — хорошо живу, не жалуюсь, а чего-то не хватает. Сорок стукнуло, а семьи нет. После той истории с Леной... Лучше не вспоминать.
Лена была огонь-девчонка. Красивая, умная, казалось — навсегда. Он уже кольцо присматривал, когда узнал правду. Спит она с его лучшим другом Павлом. Тем самым Павлом, с которым с детства дружили, хоть и из разных семей были — он из богатых, Павел из простых.
Павел тогда весь бледный приехал, говорит:
— Не могу больше врать. Лена... она такая, что от неё башню сносит напрочь. Прости, брат.
А Артём что? Не простил. Павла в другой город отправил, в филиал. А с Леной даже разговаривать не стал. Потом Павел дело завалил там, за три года компанию в труху превратил. Вот тогда Артём с ним окончательно порвал.
Теперь бабы у него есть, но так — на пару месяцев максимум. Серьёзно с кем-то связываться боится.
Едет значит на эти переговоры — банк его должен был главным в области стать. К этому он пять лет шёл. И тут — резкий тормоз, занос, в сугроб влетел.
А посреди дороги стоит какая-то кроха. Девчонка маленькая, вся в снегу, дрожит.
— Ты чего тут? Я же чуть тебя не придавил!
Она заплакала. Лет пять ей, не больше. Замёрзла совсем.
— Где живёшь? — спрашивает он.
А она только всхлипывает, говорить не может от холода.
Что делать? До переговоров час, мать дома одна, а тут ребёнок замерзающий.
— Ладно, поехали домой согреешься.
Привёз он её домой, торопится:
— Мам, тут такая ситуация... Чуть девочку не сбил, замерзла она. Посидит пока у нас, а я с переговоров вернусь — разберёмся.
Вера Константиновна глянула на малышку и что-то в лице у неё изменилось.
— Здравствуйте, — тихо сказала девочка.
— Мам, я побежал!
Переговоры затянулись. Когда домой ехал, уже ночь была. Думает — что там дома творится? Может, это всё подстава какая? Хотя какая подстава — пенсионерка больная и ребёнок.
Приехал — свет горит, тихо. Заходит:
— Мам, я дома!
Выходит к нему Вера Константиновна. Идёт! Сама! Он чуть не упал от удивления. Мать уже год толком ходить не могла, а тут прошла через всю квартиру.
— Тише, Катюшу разбудишь, — шепчет.
— Кого?
— Катю. Девочку эту.
Сели на кухне. Мать серьёзно так смотрит:
— Антоша, она пришла к нам не случайно. Искала наш дом, в метели заблудилась. На дороге стояла — думала, кто-нибудь дорогу покажет.
— Зачем ей наш дом?
Мать протянула ему помятое письмо:
— Мать её утром в больницу забрали. Тяжело больна. Девочка не понимает, но мама, наверное, чувствовала — не вернётся. Отправила дочку к тебе. Вот письмо дала.
Артём взял письмо, прочитал. Руки затряслись.
Мать девочки — Лена. Та самая Лена.
А в письме коротко: «Артём, прости, что пишу. Но Катя — твоя дочь. Павел не признал её, а я не решилась тебе тогда сказать правду. Если со мной что-то случится — позаботься о ней. Она хорошая девочка».
— Серёга, что делать будем? — спросила мать.
— Ошибки исправлять, мам. Знаешь, в какой больнице Лена?
Больница оказалась на окраине, старая, для бедных. Дежурная сначала бурчала про часы посещений, но когда поняла, кто перед ней — сразу в услужение пошла.
Лена лежала в коридоре на каталке. Худая, бледная. Увидела Артёма — улыбнулась слабо:
— Привет. Не бросай Катьку, она хорошая.
— Дурочка ты, — он взял её за руку. — Лучших врачей найдём, всё будет нормально.
Операцию сделали через два дня. Сложную, но успешную.
Через неделю приехали втроём — он, Катя и Вера Константиновна. Мать еле на ногах держалась, но пришла. Говорит:
— Раз внучка появилась, помирать рано.
Катя к Артёму подошла, тихо спрашивает:
— А вы правда мой папа?
Он присел, обнял её:
— Правда, малыш.
Лена на них смотрела и плакала. От счастья уже, не от боли.
Конечно, не всё сразу наладилось. Артёму с Леной ещё много чего выяснить предстояло. Обид было полно с обеих сторон. Но Катя... Катя изменила всё. Такая смешная, серьёзная, умная девчонка.
Вера Константиновна будто заново родилась. Теперь ей было ради чего жить. Лена поправлялась медленно, но верно.
А Артём понял простую вещь — счастье не приходит по расписанию. Оно может въехать в твою жизнь посреди метели, когда ты совсем этого не ждёшь. Главное — не проехать мимо, думая только о своих делах.
Иногда второй шанс приходит в самой неожиданной форме. У Артёма он пришёл в образе замёрзшей девочки, которая искала дорогу домой. А нашла семью.
Теперь Катя ходит в садик, Лена работает удалённо — здоровье пока не позволяет много нагрузок. Вера Константиновна внучку воспитывает, театральные байки рассказывает. А Артём... Артём понял, что банк и деньги — это хорошо, но не главное.
Главное — когда вечером домой приходишь, а тебя ждут. Когда Катя кричит «папа пришёл!» и бежит обниматься. Когда Лена ужин готовит и рассказывает, как дела. Когда мать с внучкой сказки читает.
Вот так метель одна всё и изменила. Хорошо, что Артём тогда не поехал объездной дорогой.
***
А у вас бывали такие ситуации, когда случайность кардинально меняла жизнь?
Поделитесь в комментариях своими историями — всегда интересно почитать, как судьба людей поворачивает.