Ранее Конституционный суд признал соответствующими Конституции ч. 3 ст. 245 и ст. 262 УК, а также п. 11 и 13 НП Верховного суда, сообщает prosud.kz.
Конституционное производство начали по обращению гражданина, в котором ставился вопрос о правомерности приравнивания предпринимателей, совершивших экономические преступления к участникам организованных преступных групп на основании формальных признаков, свойственных коммерческим структурам.
В ходе рассмотрения обращения Конституционный суд обратил внимание на проблему, допускающую признание предпринимателей преступной группой лишь на основании формальных признаков.
Поэтому для устранения правовой неопределенности и снижения рисков уголовной репрессии к субъектам бизнеса, Конституционный суд в своем итоговом решении рекомендовал Правительству рассмотреть вопрос о совершенствовании уголовного законодательства, а Верховному суду обобщить судебную практику для четкого разграничения между законной предпринимательской деятельностью и преступными действиями организованных групп.
Генеральная прокуратура в своем заключении также отметила, что для разграничения организованной группы от обычного сговора предпринимателей необходима разработка конкретных критериев при квалификации таких деяний. Указанные подходы уже находят свое отражение в обновленном уголовном законодательстве, – пресс-служба Генеральной прокуратуры
26 июня депутаты Сената одобрили поправки, согласно которым исполнение должностных обязанностей сотрудниками официальных предприятий не может рассматриваться как признак участия в организованной преступной группе, за исключением, когда они заведомо созданы для совершения преступлений.
В целом эти изменения согласуются с проводимой политикой государства по защите предпринимательства и предотвращению необоснованного давления на бизнес.