1.
Был обычное летнее утро, каких на этой святой, благословенной земле, овеянной героизмом её защитников и тружеников города, было немало. Летние каникулы! Какое упоительное слово для любого мальчишки Советского Союза. Тебе всегда есть чем заняться. Но, если ты родился и живёшь у моря, то, конечно, с утра с друзьями ты идёшь на море купаться, загорать и ловить крабов, мидий, и как сопутствующий элемент мероприятия, рапаны. На море лучше идти утром, по холодку, пока солнце не разгуляется и начнёт прессовать тебя жаром своих лучей. Поэтому, мы четыре пацана, живущие рядом на любимой горе Матюшенко (просторечье Матюха), а поконкретней, нижней Матюхе на улицах Ивана Голубца и Матюшенко, недалеко от Ленинградской, собираемся всегда на конечной тралика №2 ровно в 6:00. Оттуда, строевым шагом идём по Ленинградской, выходим к старому кладбищу.
Дальше, через кладбище на Пожарова. Далее, всё просто. Перешёл на улицу Пионерскую или Карантинную. По Карантинной на Катерную и ты в Мартыновой бухте (она же просто Мартынка). Пролезаешь через проволоку и вдоль обрыва доходишь до нашего места. Развалины Александровский форт (севастопольцы свои старые форты называют равелины) и дворики батареи №9. Дальше идёт яхт-клуб Черноморского Флота. Но нам туда пока не надо. Спроси любого Севастопольского мальчишку в наше «тяжёлое», (как мычат некоторые сопляки, рождённые после развала Великой Страны), Советское время, сколько равелинов в нашем родном Севастополе? Он без запинки ответит. 5 равелинов, фортов или батарей. 2 на Северной стороне и 3 на Южной. На Северной Константиновский и Михайловский равелины - по 94 и 77 орудий. Александровский равелин - 54 орудия.
Павловская батарея - 34 орудия. И самая мощная из них Николаевская батарея - 105 орудий. Все батареи построены в период 1846-1850 годы. Основная цель этих батарей- закрыть проход вражеских кораблей в главную базу нашего Черноморского Флота. Батареи Южной стороны нашим воинам пришлось взорвать, когда они покидали Южную сторону 29 августа (10 сентября) 1855 года и по наплавному мосту переходили на Северную сторону. Поэтому Константиновский и Михайловский равелины радуют глаз жителей и гостей города Русской и Советской Военно-Морской Славы до сих пор. Именно, грозная мощь обоих равелинов, заставило командование англичан, французов и турок не штурмовать Северную Сторону. Поэтому, мы должны помнить всегда, особенно в наше время, в Крымскую войну войска Европейской коалиции так и не смогли полностью захватить наш родной Севастополь. НЕ смогли! Пупки надорвали. Да, и с крепостью духа у них оказалось не всё ладно. Как потом выяснилось из архивов Великобритании, сами англичане выдохлись под Севастополем. И готовы были просто бросить и уйти обратно, к себе на остров. А без британцев, все эти французы, итальянцы, турки - просто пшик. Но история не знает слово «если»…
С бетонных брустверов батареи № 9 открывается великолепный пейзаж нашу Севастопольскую бухту и, конечно, на наше родное, любимое Чёрное Море. По-другому и быть не должно. Высота батареи над морем возвышается аж на 22 метра, дальше обрыв. Наше место - это просто условность. Меж двух орудийных двориков из бетона, чуть позади, маленькая ложбинка 5 на 6 метров, больше напоминающую воронку от бомбы или снаряда большого калибра. Это наше место, переданное нам по наследству от наших пап и дядюшек. Они тоже, как и мы, с детства были влюблены в море и любили купаться здесь, на этом месте. Извини мой друг-читатель. Увлёкся. Ушёл в сторону от темы рассказа. Пойми и ты меня. Когда, любишь родной город, его историю, всегда можешь отойти от темы разговора. Прошу пардона!
2.
Итак, лето 1975. Берег мыса у Александровского равелина. Время 6:30 утра. Нас четыре друга: Олег, он же Сава, Аркаша, он же Аркан, Юра, он же Юрик и я - Сергей, он же Водолаз, он же, Воробей. У Великого Сталина, говорят было более 70 партийных кличек. Мы просто Севастопольские мальчишки, имеем по одной, иногда по две клички. Со мной всё просто. Воробей - прозвали из-за искривлённого звучания моей фамилии. А Водолазом прозвали, потому что ныряю в ластах и маске до 15 метров и задерживаю дыхание до 2 минут. У каждого из нас свои обязанности. Мы с Аркадием сразу идём в заход. Ловить крабов и, если повезёт, подбить горбыля или калкана.
У меня ласты «Турист», у Аркаши – «Акванавт». Маски у обоих «Акванавт». Ухоженные. Трубки тоже одинаковые. У меня острога и нож, у Аркаши ружьё для подводной охоты и нож. На поясе - обычная авоська для крабов, мидий и рапанов. Горбыля или калкана удаётся подбить редко. Пару-тройку раз за сезон. Калкана ещё реже. Но бывает. Ах, да! Забыл. Наверное, не каждый из моих читателей знает, что такое горбыль или калкан. Докладываю – Горбыль - вид лучепёрых рыб, в районе Севастополя водится 3 вида, а может уже только водился. Теперь он занесён в Красную книгу. Очень достойная рыба. Очень вкусная. Уха из горбыля по-Севастопольски это нечто! Нас интересует только тёмный горбыль. Он утром приходит с глубины подкормится меж подводных скал. Вот его то мы и пытаемся поймать, если получится. Калкан -это вид камбалы, крупная с шипами. Мясо - класс! Кто делал из калкана заливную рыбу или просто жарил в специях, тот меня поймёт.
Главное, наловить крабов. Потом, надёргать мидий. Юра и Олег остаются на берегу. Их задача – охранять наш нехитрый скарб и натаскать дров.
Где-то через час мы с Аркашей выходим из воды. С первого захода вышло очень неплохо. 26 крабов на двоих, в смысле, поймали вдвоём. Делить будем, как всегда по-братски, на четверых. В конце захода мы надёргали мидий штук по 30-40. Крупных. Поэтому наши авоськи имеют неплохой вес. На берегу, на нашем месте уже дымит костёр. Камни вокруг сложены давно. Олег уже положил лист железа на камни вокруг костра. На железо вываливаем мидий. 5 минут. Они приоткрываются, морская водичка в нижних створках кипит. Лакомство готово. Эх, где мои 15 лет!
3.
И в этот ответственный момент приёма пищи нашим тесным коллективом находятся персонажи, желающие нам подпортить трапезу.
- Аллё! Это наше место. Брысь отсюда! Мелюзга!
Над нами со стороны бруствера стояли 7 ребят, постарше нас на год-два. Нам по 15 лет, Юра самый младший ему 12. А этим хлопчикам лет по 16-17. Разница в один год для молодых ребят - это большая разница.
- Ребята! Мы пришли первыми. Поэтому, никуда не уйдём. Рядом полно мест. Занимайте и купайтесь, - дипломатично произнёс Аркадий. Но ребятам было до лампочки. По их физиономиям было ясно видно их желание отобрать у нас крабов, заодно, нам накостылять.
- Слышь! Вы, что борзые? Отдавайте крабов и идите куда хотите. Не отдадите по-хорошему, заберём по-плохому, - произнёс самый длинный из этой семёрки.
- А ты, фраер, случаем не ТУЗ? - вдруг спросил Сава.
- Не понял, - ответил Длинный.
- ТУЗ - это туалетный уборщик зоны, - невозмутимо сказал Сава и встал.
- Давай сразу по-плохому, - сказал Сава.
- Рискни здоровьем. Там, посмотрим, - поддержал Саву Аркаша.
- Водолаз! Ты что молчишь? В рот воды набрал от страха. Я же тебя знаю, -обратился ко мне Длинный.
- А чего ещё говорить? Тебе уже всё внятно сказали. Если тебе нужно повторять по десять раз одно и тоже, съезди в дурку на хутор Пятницкого. Тебя подлечат. Я тебя тоже помню. Это тебя, козлика, я притопил на мосту на Мартынке дней 5 назад? Тебя! По морде вижу, - ответил я.
- Серый! Это же придурки со Стрелки (район Стрелецкой бухты). Ну точно! Мы ж им понаотвешивали на Мартынке, —вспомнил Сава.
- Да! Олег! Они самые. Но, тогда нас было 10, а их 12. Теперь расклад ещё хуже. Нас четверо, считай трое. Юрка драться не будет. Этих семеро. Жаждут реванша. Придётся, драться, - ответил я.
- Ребята! Драться, так драться! Мы с Матюхи. Драпать не умеем, - задвинул Юрку за спину Аркаша.
- Если побежим, потом перестанем себя уважать. Будь, что будет, - сказал я.
Мы все втроём стали плечо к плечу. Юрку поставили сзади нас. Прикрыть корму. Кулаки сжаты. Я в центре. Аркан - справа. Сава - слева.
- Ну держитесь, мелкота, - рявкнул Длинный и понёсся на нас. Следом за ним рванула вся их кодла.
Драка вышла - пальчики оближешь. Длинного я взял на себя. Он думал, что я невысокого роста, пара ударов и со мной всё, разделался. Поквитается по полной. Зря он так подумал. Первый удар с правой я пропустил, зато второй, перехватил, дернул его правую кисть руки на себя и ушёл в сторону, когда он пролетал мимо, сделал подсечку. Длинный торжественно, со всего маху, въехал лбом в железный лист на костре. Аккурат, в готовившиеся мидии.
- Серый! Сава! У Худого кастет. Мне засадил в бровь, - крикнул Аркаша.
-Зря ребята вы это начали. Извините, не нойте, если что. - сказал громко Сава и схватил валёк с частью веретена от сломанного весла для шести- вёсельного яла. Сава замахнулся вальком от весла, Худой пытался увернутся и получил по горбу. Охнув от боли, он взвыл и ушёл в сторону. Двоим Олег врезал по ногам так, что они, сразу стали одухотворённо кататься по земле, «счастливо» охая и подвывая друг другу. Остальные герои-любители нахаляву приобрести крабов, отошли в сторону. Наступил переломный момент, когда драка должна закончится. (Что сказать. Хороший дрын в правильных руках – это не только эффективно, но и красиво.)
- Кого ещё интересует желание забрать у нас крабов и набить нам морды? -спросил Сава.
Невнятные слова наших оппонентов подтвердили их что моральное желание закончить силовой диалог с нами, не совпадает с их физическими возможностями.
- Ребята! Идите на… Дорогу найдёт сами. – посоветовал им Аркаша.
Вся семёрка отважных любителей крабов на дармовщину убрались. Настал момент, подсчитать итоги противостояния и понесённые убытки.
- Гады! Серый! Аркан! Юра! Эти придурки подавили наших крабов, - чуть не крича, громко с горечью произнёс Сава.
- Всё подавили? - спросили мы с Аркадием почти хором.
- Щас! Дай посчитаю. Шесть штук подавили. Два очень крупных. Остальные нормальные, - ответил нам Сава.
- Нормально. Олег! Сходим в заход, доловим крабов. А этих шестерых в котелок, на костёр и сварим. Хоть и давленные, но крабы свежие. Слопаем. Как раз, по два на брата, - выдвинул я предложение.
- Правильно. Серёга! Нормалёк! - поддержал меня Аркадий.
- Я тоже согласен, - присоединился к нам Сава.
Осмотр нашего внешнего вида показал следующее. У Аркадия от кастета рассечена бровь, сантиметра на три, но, кровь уже остановилась, плюс две ссадины на скуле. У нас с Савой по «фонарю» у каждого из нас под глазом. У меня справа. У Олега слева. Симметрия! Юра был в норме.
- В принципе для такого расклада итог драки нормальный, - подвёл итог Олег.
- Так! Теперь Юрка! Почему, ты не дрался? - спросил Олег Юру.
- Олег! Подожди! Послушай. Юра, драться не может, - сказал я.
- Серый! Почему?
- Олег! Он - караим. Им драться не позволяет их вера и традиции.
- Не понял. Какой из Юрки караим? У него морда нормальная, наша, русская, - офигел с таких новостей Олег.
- Олеже! Юра - караим. У него и фамилия, вспомни, Апак. У них в роду никто не дерётся. Мне, ещё бабушка и прабабушка говорили, - сказал я.
- Точно! Серёга прав. Мне моя прабабуля говорила тоже самое. Караимы и Крымчаки – самые древние из народов, что проживают в Крыму. Очень мирные народы. - сказал Аркадий.
- И что? У нас в Севастополе тоже живут? - с недоверием спросил Олег.
- Как видишь. У них своя вера, что-то типа иудейской. Храмы у них называются кенасса. Где сейчас у кинотеатра «Победа» слева вниз, в сторону площади Революции (ныне, площадь Лазарева), здание, где теперь тренируются боксёры, это была их кенасса. - сказал я.
- Ну и на придумывают такой веры и такие народы, не то, что мы – славяне, - попытался поцарапать носом тучу гордый Олег.
- Почему? Среди славян есть тоже подобные люди. Про молокан слышал? Они тоже православные, наши русские люди. У них тоже Вера не позволяет драться и убивать. Их подвергали гонениям и они были вынуждены уйти из России. Очень большая их группа живёт в Армении и Турции среди гор хребта Зангезур, - сказал я.
- Серый! Ты откуда это знаешь? - спросил Олег.
- Мой папа рассказал. Когда жили в Балтийске, недалеко от папиного корабля стояло судно с названием «Зангезур». Я спросил. Папа мне рассказал.
- Ладно. Не знал. Юра! Извини, что наехал. Что будем делать дальше? -произнёс Олег.
- Дальше. По плану. Мы с Аркадием в заход, минут на 30. Ты и Юра варите крабов и остатки мидий. Через полчаса собираемся и посидим. Замётано? -сказал я.
- Нормально. Сойдёт, - сказал Олег.
4.
Через полчаса мы опять собрались. Добавили в общий котёл 12 крабов, кучу мидий, и десятка два рапанов. В общем, продолжили сидеть у костра и трапезничать мидиями. Время было около 10:00 утра, когда нас приподняли звуки с моря. Мы встали и вышли на бетонный бруствер батареи. В голубом небе над морем летал самолёт. А в море ходил красавец корабль. На его борту в носу можно было прочитать название. Золотом сверкало на солнце его название «Киев».
- Братцы! Это же авианосец. Наш! Настоящий Советский, - громко и радостно воскликнул Аркадий
- Слушай! Точно! Авианосец! Намного крупнее «Москвы» и «Ленинграда», -сказал я.
- Вот теперь амеры попрыгают от нашего авианосца. – любуясь кораблем, сказал Олег.
Тогда мы ещё не знали, что «Киев» - наш первый тяжёлый авианесущий крейсер из серии проекта 11-43. Он проходил испытания после ввода в строй. Не одни мы в тот день любовались «Киевом». Нас переполняла гордость за наш Советский Военно-Морской Флот! За нашу Советскую Родину! За наш Советский народ! Наши мальчишечьи сердца пели от счастья и радости, что мы живём в Великой Стране. Нас есть кому защитить. И, мы знали, когда вырастим, будем служить нашей Советской Родине на море. Только на море!!!
Через часа два, принеся колониальные товары в виде крабов и рапанов каждый себе домой, мы собрались в штабе. Штаб - это звучит громко, но ведь звучит. Бабуля и прабабушка звали наш штаб более прозаично - кибитка. В году 1970 мой папа и дядя Коля (родной брат моей мамы) сколотили из досок, для меня, что-то типа летней резиденции. Две стены из камня. Из них, одна - от летней кухни, вторая - от соседского забора. Остальное - всё дерево. Длина метра 3. Ширина около 2.5 метров. Для нашего времени - апартаменты класса «люкс». Стол, куча полок, большой диван, три стула, в самом углу радиола с антенной на улицу. Здесь я готовил уроки, читал книги, держал подшивки журналов «Наука и жизнь», «Техника молодёжи», «Шахматы в СССР», «Рига. Шахс», ну и конечно «Морской сборник», «Зарубежное военное обозрение» и «Военно-Исторический журнал».
Я сидел за столом перерисовывал с последней обложки «Морского сборника» линкор «Севастополь». Аркаша перелистывал последний номер «Зарубежное военное обозрение». Олег (Сава) читал роман «И один в поле воин» Юрия Дольд-Михалика. Сейчас мало кто помнит роман этого автора. А в моё время, его читали и перечитывали, как потом романы Юлиана Семёнова о Штирлице. Юра читал М. Шолохова «Судьба человека». Обычная картина из жизни нашей компании. Да, мой друг, дорогой читатель. Мы из поколения, которое запоем читало книги, ходили в походы, купались в море и верили в светлое будущее Коммунизма! Из кибитки бабуля могла меня загнать домой только в декабре и то, до февраля.
Всё равно, даже зимой, днём после уроков в школе, домашние задания я делал только в своей кибитки. Особенно, алгебру, геометрию и физику. Не зря, кто-то из великих сказал: «Прохладный воздух способствует обострённой работе ума». Потом мы что-то обсуждали. Горячо и громко. Нашу кают-компанию разгоняла моя бабуля Надя или прабабушка Катя, командой: «Молодёжь! А ну марш пить чай с вареньем и по домам.»
Через два дня мы опять решили пойти за крабами на Александровский равелин. Там мы опять встретились с нашими старыми знакомыми.
- Ребята! Мы с Миром, - сказал Длинный.
- Вы же пришли посмотреть на «Киев»? - продолжил он.
- Конечно! Это же авианосец! Наш Советский! - ответили мы.
-Во! Мы тоже пришли посмотреть. Давай мирится. Мы были не правы. Думали, вы - мелкота. Хотели вас взять на бздо! А вы-ничего. Нормальные пацаны. Не обхезались! - сказал Длинный.
- Да, не вопрос. Раз Мир - значит Мир! Пошли смотреть на наш авианосец. -сказали мы почти хором…
Потом, мы стояли больше часа на бетоне батареи и любовались «Киевом». Солнце светило жарко. Тихо охлаждал нас лёгкий норд-ост. От бетона тянуло горячо, обжигая ступни ног. Мы с гордостью смотрели на море, на любимую бухту и не могли оторвать глаз от «Киева»!
P.S. Жизнь разбросает нас. Те, с кем мы дрались в детстве и юности, станут друзьями и сослуживцами. Мы знали, что на каждого из нас можно положится. Потому что мы из одного Мира, из одной системы воспитания и системы нравственных ценностей. МЫ - из ВЕЛИКОГО СОВЕТСКОГО СОЮЗА!
Дед Боровик и Боровичок
12.09.2023