Дождь стучал по окнам больничной палаты, словно кто-то отчаянно просился внутрь. Анна Васильевна поправила подушку под спиной мужа и взглянула на его осунувшееся лицо. Михаил Петрович спал беспокойно, временами что-то бормоча и вздрагивая.
— Мам, как он? — тихо спросила Катя, входя в палату с пакетом из аптеки.
— Температура спала немного, — ответила Анна Васильевна, не отрывая взгляда от мужа. — Врач говорит, что операция прошла успешно, но восстановление будет долгим.
Катя присела на край кровати и посмотрела на отца. В свои пятьдесят восемь лет Михаил Петрович всегда казался ей неуязвимым — широкоплечий, с крепкими руками слесаря и добрыми глазами. А теперь лежал здесь, бледный и беспомощный, после того как спас тонущего мальчишку в холодной октябрьской воде.
— Мама, а почему никто не пришёл? — Катя нервно теребила край шарфа. — Ни соседи, ни коллеги папы. Даже родители того мальчика...
Анна Васильевна горько усмехнулась:
— А что им до нас? Твой отец всегда всем помогал, а когда самому помощь нужна — никого рядом нет.
Три дня назад Михаил Петрович шёл с работы домой через парк, когда услышал крики о помощи. У пруда металась женщина, показывая на воду, где барахтался семилетний мальчик. Октябрь выдался холодным, лёд только-только начал схватываться по краям пруда, и ребёнок провалился.
Михаил Петрович не раздумывал ни секунды. Скинул куртку и сапоги, бросился в ледяную воду. Течение было сильнее, чем казалось, дно илистое и скользкое. Когда он добрался до мальчика, тот уже начал идти ко дну. Михаил Петрович подхватил его, оттолкнулся от дна и поплыл к берегу.
Сил хватило донести ребёнка до края пруда, где уже собралась толпа. Мальчика быстро завернули в чьё-то пальто, вызвали скорую. А Михаил Петрович остался стоять на берегу, весь дрожащий от холода, в мокрой одежде.
— Спасибо вам огромное! — плакала мать мальчика. — Вы герой! Настоящий герой!
Но когда через час у Михаила Петровича поднялась температура и он потерял сознание, той женщины уже не было рядом. Соседка тётя Валя, которая случайно оказалась поблизости, вызвала скорую и поехала с ним в больницу.
***
— Воспаление лёгких, — сказал врач Анне Васильевне. — Тяжёлая форма. В его возрасте это серьёзно. Нужна операция.
— Доктор, а сколько это будет стоить? — Анна Васильевна сжала в руках старую сумочку.
— По полису медицинскому основное покроют, но потребуются дорогие лекарства, процедуры... Тысяч пятьдесят точно понадобится.
У Анны Васильевны перехватило дыхание. Пенсии Михаила Петровича хватало только на самое необходимое, а у неё самой — копейки с подработки няней.
— Мам, я продам свою машину, — решительно сказала Катя. — Она старая, но что-то за неё дадут.
— Катенька, милая, не надо. Как же ты на работу ездить будешь?
— Как-нибудь, мам. Папа важнее.
***
На следующий день Катя обзвонила всех знакомых родителей. Номер телефона матери того мальчика ей дала тётя Валя.
— Алло, это Екатерина, дочь мужчины, который спас вашего сына...
— А, да-да, — голос в трубке звучал рассеянно. — А что случилось?
— Мой отец в больнице, воспаление лёгких от переохлаждения. Нужны деньги на лечение. Я не прошу многого, но может быть, вы...
— Слушайте, — голос стал холоднее, — мы, конечно, благодарны, но мы не просили вашего отца лезть в воду. Он сам так решил. Мы тут ни при чём.
Катя молча положила трубку. Руки дрожали от возмущения и боли.
— Что они сказали? — спросила мать.
— Ничего особенного, — соврала Катя. — Сказали, что подумают.
***
Михаил Петрович пришёл в сознание на третий день. Глаза его были мутными, дыхание тяжёлым.
— Анечка... — прохрипел он. — Как мальчик? Жив?
— Жив, жив, Мишенька. Не волнуйся. Поправляйся.
— А его мама... она не приходила?
Анна Васильевна отвернулась к окну:
— Приходила, конечно. Спрашивала о тебе, благодарила.
Михаил Петрович слабо улыбнулся и снова закрыл глаза. Анна Васильевна знала — он понял, что она соврала. Но промолчал, как всегда.
В коридоре Катя встретила врача:
— Доктор, как мой отец?
— Стабильно тяжело. Но он сильный, борется. Главное — не прерывать лечение. Лекарства нужны каждый день, иначе...
— Я понимаю. Деньги будут.
Катя не знала, откуда возьмёт эти деньги, но твёрдо решила — не даст отцу умереть. Уже договорилась о продаже машины, взяла кредит под залог квартиры, попросила в долг у соседей. Кто-то дал, кто-то отказал. Но постепенно нужная сумма собиралась.
***
Через неделю состояние Михаила Петровича улучшилось. Он уже мог сидеть, пить чай, разговаривать. Катя принесла ему газету, где на третьей странице была маленькая заметка: «Неизвестный герой спас тонущего ребёнка».
— Неизвестный, — горько усмехнулся Михаил Петрович. — Значит, так и остался неизвестным.
— Пап, а ты жалеешь, что полез в воду? — спросила Катя.
Михаил Петрович долго молчал, глядя в окно:
— Знаешь, Катенька, когда я увидел, как тот мальчишка барахтается в воде, у меня и мысли не было не прыгать. Представил, что это мог быть мой внук, твой будущий сын... Нет, не жалею. Даже если весь мир забудет, я буду знать — сделал правильно.
— А что мама скажет, когда узнает, сколько денег мы потратили на твоё лечение?
— Мама у нас умная женщина. Поймёт.
***
В день выписки к ним в палату неожиданно пришла тётя Валя. С ней была незнакомая молодая женщина с мальчиком лет семи.
— Михаил Петрович, — сказала тётя Валя, — это Ирина Сергеевна, мама мальчика, которого вы спасли. И сам Егорка.
Мальчик подошёл к кровати и протянул Михаилу Петровичу рисунок:
— Дядя, это я вас нарисовал. Мама сказала, что вы герой.
На рисунке было озеро, в котором плавали два человечка — большой и маленький. Над ними светило солнце.
Ирина Сергеевна стояла, опустив глаза:
— Михаил Петрович, я... я хочу извиниться. Когда случилось несчастье, я была в шоке. А потом... стыдно признаться, но мой муж сказал, что не стоит связываться, что вдруг вы потом начнёте требовать деньги... Я послушалась его тогда. А вчера узнала от соседки, что вы в больнице, что вам плохо, и поняла — какая же я дрянь.
Она достала из сумки конверт:
— Это всё, что смогла собрать. Немного, но от души. И ещё... — она достала второй конверт, — это адреса и телефоны людей, которые были свидетелями того дня. Я попросила их написать, как всё было. Может быть, это поможет получить какую-то награду или признание.
Михаил Петрович взял рисунок мальчика:
— Спасибо, Егорка. Это самая лучшая награда.
***
Дома Анна Васильевна долго разглядывала детский рисунок, приклеенный на холодильник.
— Мишенька, а ты знаешь, что я о тебе думаю? — сказала она, подавая мужу чай.
— Что же?
— Что мне повезло. Выходила замуж за хорошего человека, а прожила всю жизнь с героем. Просто не всегда это замечала.
Михаил Петрович обнял жену:
— Анечка, герой — это громко сказано. Просто не смог бы иначе. Совесть не позволила бы.
За окном снова начинался дождь, но в доме было тепло. На столе стоял букет ромашек — принесла Ирина Сергеевна. А на холодильнике красовался рисунок Егорки, на котором большой человечек спасал маленького.
Катя, входя в комнату, подумала: может быть, мир и не узнает о подвиге её отца, газеты не напишут, награды не дадут. Но есть мальчик, который будет помнить всю жизнь. Есть семья, которая поняла цену добра. И есть она сама, которая гордится тем, что её отец — самый настоящий герой. Неизвестный герой, но от этого не менее настоящий.
А Михаил Петрович, допивая чай, смотрел на рисунок и думал о том, что, наверное, в жизни важно не то, сколько людей знают о твоих добрых делах, а то, что ты сам можешь спокойно смотреть в зеркало и не стыдиться своих поступков.
Дождь за окном становился тише, и в комнате воцарилась тихая, спокойная тишина — та самая тишина, которая бывает только в домах, где живут по совести.
✅Благодарю, если поставите лайк 👍 и подпишетесь на канал✍️ 🤗❤️