Привет, друзья! Только-только переименовала канал (надеюсь, вам нравится новое имя!), как сама судьба подарила мне глоток соленого воздуха. И не где-нибудь, а в... каретном сарае! Да-да, вы не ослышались.
В старинной усадьбе Мараевой в Серпухове, в Каретном сарае, сейчас творится волшебство, выставка "Море великих: от Айвазовского до Кандинского". И я там побывала!
Честно? Этим летом погода в Москве и Питере больше напоминает осеннюю хмарь.
Хочется тепла, солнца, шума прибоя... Знакомо? Вот и я решила: хватит сетовать на погоду! Давайте медитировать на море вместе. Визуализировать его. Помните, я в прошлом году начала рисовать картины моря? А потом показывала вам его прибой?
И что вы думаете? Провела рядом с настоящим целых три месяца! А потом еще один! Магия? Может быть. Но она работает. Так что ловите мой репортаж-медитацию из Серпухова. Погружаемся?
Первое впечатление: Теплее некуда.
Заходишь внутрь и будто проваливаешься в другой мир. Здесь, среди старинных стен, море переливается, бушует и ласкает взгляд. На картинах этой выставки погода - теплее, море - чернее, за одно это ее стоит посетить.
Представьте: 9 музеев (Эрмитаж, Третьяковка, Русский музей, Нижегородский и другие) собрали свои сокровища под одной крышей. Это прямо не выставка, а путешествие к морю.
Айвазовский: Море по памяти, как стихия.
Ованес Айвазян (да, наш Иван Константинович!), это сила природы. Его "Берег Далмации" (нынешняя Хорватия!) дышит теплым солнечным светом.
Краски такие сочные, что кажется, вот-вот почувствуешь запах нагретых камней. А знаете, что поражает? Он никогда не писал с натуры! Только по памяти.
Представьте: гуляет с друзьями, вдруг: "Так, ребята, я на 15 минут!" – и убегает зарисовать увиденный мысленно пейзаж.
Фотографическая память? Дар свыше?
Шесть тысяч его картин, это не шутки! А его прозрачная волшебная вода, причем, неважно при каком освещении, будь то ясный день или ночь, бурная
или спокойная вода,
она всегда волшебная.
А принципиальность художника? Узнав о зверствах турок против армян, выбросил все свои османские награды в море. Характер!
Боголюбов: Офицер, художник и буря.
Алексей Петрович Боголюбов пишет на контрасте с Айвазовским. Его море чаще тревожное, опасное ("Порт-Артур" – корабль погиб, но навечно застыл на полотне).
Опыт морского офицера чувствуется в каждой детали кораблей,
они прописаны гораздо тщательнее, чем у Айвазовского!
Но есть и умиротворение: его "Венеция. Праздник избавления от чумы" – это свет, праздник, спокойная гладь воды в жанре "ведута" (такой итальянский точный пейзаж-открытка).
И тут же – запах! На выставке можно понюхать Венецию. Волшебно!
А история его становления? Вот она, судьба! Меценат Николай Кузнецов, богатый судовладелец, разглядел в молодом офицере-картографе талант художника. Он буквально направил его в Императорскую Академию художеств и оплатил обучение! Представляете?
На картине Боголюбова "Порт Гавр" художник изобразил сам себя. Стоя на берегу, он машет рукой Кузнецову на яхте. Жест благодарности длиною в жизнь.
Позже Боголюбов напишет книгу "Записки моряка-художника", настолько его жизнь была связана с морем. Кто помнит, в 2023-2024 годах в Третьяковке была выставка Боголюбова к его 200-летию?
Щедрин, Лагорио, Судковский: Итальянская нежность и магия прозрачности.
Сильвестр Щедрин... Всего 39 лет жизни, но сколько красоты оставил! Его скалистые берега Неаполя и Капри ("Скалы Фаральони" – а ведь "фаро" и есть маяк!), я их видела вживую своими глазами! Чувство дежавю невероятное.
А Лев Лагорио? Его детализация – как у Шишкина.
Присмотритесь к скале на одной из картин,
там, в самом центре, сидит крошечная белая кошечка! Такая изюминка. И ты уже не просто зритель, ты внутри этого итальянского пейзажа.
А его лунные дорожки? Вот смотришь на "Море при лунном освещении", погружаешься внутрь пейзажа, словно ты сам встретил закат, глядишь на лунную дорожку.
Причем, отходишь вправо - дорожка смотрит на тебя,
стоишь по центру, она направлена к тебе, и то же самое, если отойти влево.
Куда б ты не отошел, а картина словно живет вместе с тобой, она для тебя. Волшебно!
Алексей Боголюбов, находившийся в Италии в конце 1850-х годов, позже вспоминал, что «как пейзажист меж нами считался Лагорио самым даровитым». По возвращении в Россию в 1860 году за привезенные из Италии картины мастер был удостоен звания профессора пейзажной живописи.
А Руфим Судковский? Его вода – соперник Айвазовскому в прозрачности!
Сначала Серебряный, а затем Золотой медалист Академии, он добивался невероятных эффектов.
Смешной казус: Архип Куинджи (с которым Судковский даже жил!) пытался запатентовать свою технику изображения прозрачной воды! Представьте, если б ему разрешили – ни Айвазовский, ни Судковский не смогли бы так писать! Хорошо, что в патентном ведомстве тогда были люди с чувством юмора (и здравым смыслом!).
Картина Судковского «Бой парохода «Веста» с турецким броненосцем «Фетхи-Буленд» – это драма. Русский пароход, уходящий змейкой от мощного турецкого броненосца. Одно кормовое орудие и точный выстрел в рубку! "Веста" обратила врага в бегство.
Контрасты: Как характер влияет на краски.
Вот где видно, что море – это зеркало души! Смотрите:
Левитан на Средиземном море видит... "непонятную коричневую массу" (его слова!), пишет отрывисто, мрачно. Тоска? Грусть? Все передают отрывистые мазки.
А Судковский на том же месте воспевает кристальную прозрачность! Как у детей на рисуночных тестах у психолога: какие краски выберешь – такие и чувства внутри.
Коровин: Мечты у моря и жизненные бури.
Константин Коровин – импрессионистская легкость. Его "В Гурзуфе" – мечта.
Он так хотел купить там дом! Чехов предлагал свою дачу, но... Коровин отказался! Предлог? Шум моря о скалы ночью, мол, "голова болеть будет".
Ирония судьбы? Люди живут у трасс и аэропортов, а он испугался музыки волн! Купил участок рядом, писал "На берегу моря", конечно райский вид.
Но потом жизнь нанесла удар (трагедия с сыном), и краски Коровина померкли...
Поленов, Клевер и другие: Штрихи к портрету выставки.
Василий Поленов (да, тот самый, "Бабушкин сад"!)
учился у Боголюбова и говорил, что часы с ним ценнее месяцев в Академии. Его греческая гавань Пирей дарит тепло и свет.
Юлий Клевер был невероятно популярен (как Куинджи!),
не успевал писать картины, пришлось создать артель художников, которые ему помогали, а потом появились подражатели, ставившие две фамилии на картинах (его и свою!). Уехал в Европу, вернулся в 1915-м... и стал "художником второго сорта". Жизнь как зебра.
Киселев "Черное море", в ней солнца нет, но ты чувствуешь его за тучами. Гора недалеко от Туапсе названа в его честь!
Обнаружили только одну картину Василия Кандинского на этой выставке
Финал медитации: Ваше море ждет.
Друзья, выходишь из Каретного сарая в серпуховский дождик... а в душе – шум прибоя, крики чаек, отблески лунной дорожки Айвазовского. Эта выставка как машина времени, телепорт, терапия. Она напоминает, что море бывает разное, со своим характером, как и мы. Оно может быть грозным Боголюбова, прозрачным Судковского, меланхоличным Левитана или жизнерадостным Коровина. Но оно всегда – сила, свобода, бесконечность.
Так что берите пример с Айвазовского – визуализируйте! Рисуйте в голове свое идеальное море, теплое ли, бурное, со скалами или песчаным пляжем. Кто знает, может, и ваша трехмесячная морская мечта скоро сбудется? Я уже начала рисовать свое. А вы?
И поделитесь, какая картина вам приглянулась? Или ваша любимая?
#море великих #айвазовский #боголюбов #сильвестр щедрин #поленов #судковский #маринист #художники маринисты #хочу на море #выставка каретный сарай #выставка каретный сарай море