На днях в комментарии к моему старому посту заглянул некий педагог, чтобы заявить мне, что я исписался. Что-то в духе «я прочла несколько ваших постов, там полная чушь, вы окончательно исписались».
Я тоже человек, меня тоже можно задеть грубым словом — несмотря на миллионы прочтённых мной комментариев к моим постам, которые с годами сделали мою шкуру прочной, как у бегемота. К счастью, реплика «вы исписались» меня не трогает, но комментарии на некоторые другие темы заставляют меня иногда вскочить со стула с гневным возгласом, дойти до кухни, выпить воды.
Интересно тут вот что. Грубыми бывают люди любых взглядов и любых профессий, в нашем порочном обществе это, к сожалению, вариант нормы. Однако конкретно учителя грубят по-особому. Некоторые педагоги нормальные, но некоторые сознательно выискивают у собеседника слабое место, чтобы прицельно воткнуть туда острую палочку, нанеся тем самым максимальный ущерб. «Вы неудачник», «вы бездарны», «вы неуч», «вы некрасивы и неинтересны девушкам» или, коронное, «вас травили в школе».
Когда собеседник неправ, возражать можно по-разному. Можно пожать плечами и пройти мимо, позволив ему быть неправым. Можно сказать что-то вроде «я понимаю вашу логику, однако давайте примем во внимание вот что». Можно сказать «вы ошиблись, столица Бразилии уже не Рио-де-Жанейро». Можно просто обозвать или обматерить. А можно пойти на подлость: попытаться раздавить оппонента морально, найдя у него уязвимость, при нажатии на которую ему станет нехорошо.
Товарищ рассказывал, как к ним в школу приходило заслуженное светило, чтобы выбрать несколько детей то ли для киносъёмок, то ли для хора. Конкретно моему товарищу заслуженный педагог заявил, что тот абсолютно бездарен, и что к музыке ему даже близко подходить нельзя. Тот принял приговор близко к сердцу и не подходил… пока не стал взрослым, а дальше музыкой всё же начал заниматься, вполне успешно, и даже зарабатывал музыкой себе на хлеб.
К сожалению, в наших школах педагоги не имеют привычки контролировать силу удара, бьют наотмашь. Говорят вещи, которые и взрослым-то нельзя говорить. «Ты уродлива». «Ты тупой». «Ты приёмный, это не твои настоящие родители». «Ты не мог сам сделать эту работу, ты списал».
Полагаю, на то есть две причины. Во-первых, власть развращает низкие натуры, поэтому часть педагогов (Не все, только часть!) получает удовольствие, высказывая вежливым голосом самые жуткие вещи и наблюдая, как школьников корёжит от услышанного. Во-вторых, этикет у нас всё ещё считается «буржуазной лженаукой», из-за чего самые злые реплики не распознаются обществом в качестве недопустимых. «Ой, а чего это ты так взвился? Чего я такого сказала? Ты же действительно [подставить нужное]».
Большинство полагает, будто этикет — это пить кофе, изящно оттопырив мизинец в сторону, и оскорблять собеседника литературно, печатными словами. На самом деле, этикет — это когда собеседник чувствует себя комфортно и покидает встречу в приподнятом, а не в подавленном настроении. Цитирую из книги Виктора Конецкого, где тот рассказывает про визит советских моряков в Букингемский дворец. Это когда мы Гитлера уже победили, а Холодная война ещё официально не началась (ссылка):
Королева о чём-то мило щебетала с адмиралом, Гущин делал вид, что всё понимает и старался молчать, выражая весь внимание и почтение, иногда вставляя скороговоркой что-нибудь, вроде «Иесс» или «Майна брашпиль, вери гут сундук». Всё шло по протоколу, было очень «весело» и мило. Подали чай — из-за спины поставилась чашка тончайшего фарфора — даже страшно, чтобы не раздавить в моряцких пальцах (хотя нам предварительно сделали всем маникюр), и заполнили их чаем с молоком по-английски — сначала наливается горячее, стопленное до коричневого цвета молоко, а потом доливается крепчайшим чаем, видимо, «Липтоном». Желающим, вместо молока, по особой просьбе наливали с лимоном. Адмирал и Ветошкин оказались в числе последних.
В общем, все по протоколу… И вдруг! Об этом предупредить забыли! Ветошкин, допив чай, залез, аккуратно, двумя пальцами в чашку, достал ломтик лимона, отгрыз сердцевинку, сжевал, а корочку положил, так же деликатно, в чашку!
Английские леди и джентльмены, их лордства, смотрю, надулись, покраснели, вот-вот лопнут от такого шокинга. Адмирал посуровел, сейчас сорвутся у него с языка не предусмотренные «протоколом» «мостиковые выражения». Королева тоже заметила лимонный трюк капитан-лейтенанта Ветошкина и наступившее замешательство, чуть заметно улыбнулась уголками губ, залезла в чашку, достала и сжевала лимон! Что тут было! Как будто шквалик пронесся по зеркальному морю! Все джентльмены и джентльменши, у которых был чай с лимоном, залезли в чашки и сжевали лимон, некоторые даже с коркой! Как бы соревнуясь между собой, кто скорее, и косясь — видит ли королева!