Merhaba, верные читатели! В прошлой главе мы оставили наших героев на пороге логова зверя. Штурм начался. Внешние стены пали. Но самое страшное всегда скрывается в глубине, в самом сердце тьмы.
Сегодня мы вместе с Османом и его воинами войдем в центральный храм монастыря и спустимся в его подземелья. Это будет глава не просто о битве. Это будет глава о столкновении с абсолютным, нечеловеческим злом.
Что увидят наши герои в этих стенах? И смогут ли они сохранить свой собственный свет, столкнувшись с такой тьмой?
Приготовьтесь. Будет страшно.
Два пути, одна цель
Команда Османа прозвучала, как удар грома. Отряд возмездия мгновенно разделился на две части, каждая со своей задачей, но с одной целью – истребить зло и спасти невинных.
Аксунгар, взяв с собой двадцать самых ловких и бесшумных бойцов, с факелами в руках исчез в темном провале лестницы, ведущей в подземелья. Его миссия была миссией надежды.
Осман, а рядом с ним могучие Бамсы и Тургут, повел основной отряд к огромным, окованным железом дверям центрального храма.
Они не стали тратить время на поиски ключей или взлом замков. Несколько воинов подтащили огромное бревно, оставшееся от вражеских баррикад.
– РАЗ! ДВА! ВЗЯЛИ! – проревел Бамсы.
Тяжелый таран с глухим, сокрушительным ударом врезался в древние двери. Еще удар. И еще. Дерево трещало, железо гнулось. Они выламывали дверь в самое сердце ада.
Подземелья криков
Тем временем Аксунгар и его отряд спускались все ниже и ниже. Воздух становился холоднее и тяжелее. Он был пропитан запахом сырости, плесени, страха и запекшейся крови. Факелы выхватывали из темноты каменные стены, покрытые слизью, и ржавые цепи, свисающие с потолка.
Вскоре они услышали звуки. Сначала тихие, едва различимые. Словно кто-то скулил, как побитый щенок.
Они вышли в длинный коридор с рядом тяжелых решетчатых дверей. Это были камеры. Тюрьма.
Аксунгар поднес факел к одной из решеток. То, что он увидел, заставило его, человека, прошедшего через ад, содрогнуться. В камере, на грязной соломе, сидели люди. Не воины. Простые крестьяне, путники, ремесленники. Их глаза были пустыми от ужаса, тела – истощены.
В соседней камере были женщины, которые жались друг к другу, как стая напуганных птиц.
А в самой дальней, самой маленькой камере, сидели они. Дети. Трое. Самой старшей девочке было не больше семи лет. Она обнимала двух младших мальчиков и, увидев свет факела, лишь сильнее зажмурилась, ожидая новой боли.
Аксунгар опустился на колени перед решеткой. Он медленно положил свой меч на пол, показывая, что не причинит вреда.
– Не бойтесь, – прошептал он голосом, которого сам от себя не ожидал. – Мы пришли спасти вас.
Он повернулся к своим воинам.
– ЛОМАЙТЕ ЗАМКИ! – прорычал он, и в этом рыке была вся боль и ярость мира.
Алтарь нечестивых
С оглушительным треском двери главного храма рухнули внутрь. Осман и его воины ворвались в огромное, гулкое помещение.
Это была пародия на храм. Оскверненная святыня. Христианские иконы были заляпаны грязью, а лики святых были выцарапаны. Рядом с ними на стенах висели чудовищные идолы, похожие на змей и скорпионов.
В центре зала, на возвышении, стоял он. Огромный, вытесанный из черного, маслянистого камня алтарь, покрытый желобами для стока крови.
За алтарем их ждали. Последние защитники. Человек тридцать. Это была элита братства, их жрецы-воины. Одетые в черные рясы поверх кольчуг, с безумным, фанатичным огнем в глазах.
Они не кричали. Они молча бросились на воинов Кайы. Началась последняя битва в сердце тьмы. Воздух наполнился лязгом стали и предсмертными хрипами. Бамсы и Тургут встали по бокам от Османа, создав несокрушимую стену, и втроем они начали прорубать себе дорогу к черному алтарю.
Лицо Зла и Очищающий Огонь
Они пробились. У самого алтаря их ждал последний враг. Верховный жрец этого культа. Высокий, иссохший человек в богато расшитой черной мантии, с бледным лицом и горящими, как угли, глазами. В его руке был кривой, ритуальный кинжал.
– Глупый варвар, – прошипел он, когда Осман приблизился. – Ты думаешь, ты победил? Ты лишь сорвал один горький плод с нашего древа.
Они сошлись в коротком поединке. Жрец был быстр, как змея, но Осман был сильнее.
– Филарет – лишь палец на руке, что служит великой цели! – выкрикнул жрец, пытаясь отвлечь Османа. – Мы не поклоняемся богам! Мы сами становимся ими через страх и боль! Рука… Рука управляет всем!..
– Твое время вышло, – холодно ответил Осман и, отбив удар кинжала, пронзил жреца мечом.
Злодей рухнул на свой собственный кровавый алтарь. Битва была окончена.
Осман обвел взглядом оскверненный зал. Посмотрел на своих воинов, покрытых кровью и грязью. Затем он подобрал один из факелов, брошенных на пол.
– Аксунгар выводит людей, – сказал он своим беям. – А мы… мы очистим это место.
Он повернулся к алтарю.
– Ateş! (АТЕШ – Огонь!) – скомандовал он. – Сжечь. Все.
И первый факел полетел на гобелены с изображением змей. Пламя с жадностью вцепилось в ткань, и по храму пополз очищающий огонь.
Победа… Но какая страшная победа. Логово зверя уничтожено. Невинные (те, кто выжил) спасены. Но какой ценой? Какой след оставят эти ужасы в душах наших героев?
И главный вопрос, брошенный умирающим жрецом: "Филарет – лишь палец на руке. Рука… Рука управляет всем!". Что это за таинственная "Рука"? Неужели за всем стоит кто-то еще более могущественный и страшный, чем сам Орел?
Осман думал, что вырывает корень зла, а оказалось, что он лишь обрубил один из его побегов. Наша сага становится еще мрачнее и запутаннее. Что будет дальше? Узнаем в 17-й главе нашего романа.