Критикуя себя, мы повторяем чьи – то, давно услышанные слова. За многие годы они уже стали нашими собственными убеждениями.
Страх перед людьми, причинившими нам боль, сохранился. Реальные агрессоры стали внутренними, и до сих пор «живут внутри нас».
Как правило, агрессивные высказывания принадлежат родителям, а ту часть личности, которая их переняла и транслирует, принято называть Внутренним критиком.
У каждого свой образ Внутреннего критика. Нередко – это хищное животное.
Один из способов взаимодействия с образом внутреннего хищника – его кормление сырым мясом.
Мы кормим «внутреннего хищника», чтобы он насытился, даже стал перекормленным, и не нападал на нас.
После кормления агрессивной фигуры, она становится расслабленной и спокойной.
Это эффективная техника работы с агрессией. Сырое мясо успокаивает гнев «внутреннего хищника», уменьшаются и наши переживания.
После кормления пугающей фигуры мясом, нужно сделать еще одну важную вещь - мысленно дать агрессору то, что ему действительно необходимо.
Это может быть власть, контроль, принятие, спокойствие.
Техника кормления меняет наших внутренних обвинителей. Когда мы даем пугающему персонажу то, что ему необходимо, происходит принятие наших собственных агрессивных частей.
Пример из практики.
На консультации девушка, назовем ее Рина, не замужем, 28 лет.
Рина говорит, что, когда она что - то делает, критикует себя словами: «У тебя ничего не получится, ты – ничтожество, все, что ты делаешь – ужасно».
Рина хочет изменить это.
Предлагаю девушке нарисовать образ критика.
Получился следующий рисунок.
Внутренний критик девушки живет в подвале, а его шкаф забит кусками человеческих тел, которыми он питается.
На свет он появился как человеческий выкидыш, недоразвитый.
Его жизнь делится на сытую и голодную. Когда сытый – нет злости.
Мать кормила его костями с рынка, относилась как к животному, вот и стал животным. Отец избивал мать…
Наличие груди выдает то, что это существо - женщина. На хвосте находится нож, чтобы резать всех, кто приближается.
На голове ободок прикрывает ожог, произошла катастрофа, взрыв, в результате которого родители погибли. А существо выжило.
Из двух зол – быть слабой или жестокой, выбрала жестокость, ощущает себя собакой.
Особенно ненавидит мужчин.
Будучи собакой, и потеряв мать, она не может приобретать мясо с рынка, питается человеческим мясом, разрывая людей на куски.
Рина говорит, что Внутренний критик - это ее мать. Женщина ненавидит весь мир. А Рина постоянно слышит от нее гадости в адрес различных людей.
Поругаться с кем – то - для матери - большое удовольствие. Как будто она питается агрессией.
Мать называет Рину «выродок», и постоянно злобно критикует. Но, иногда у нее просыпается нежность, она говорит: «Доченька, я ведь так тебя люблю».
Рина боится материнской нежности, после нее «опять последуют оскорбления и нецензурная брань».
На вопрос: «Что хочет собака?», Рина отвечает, что собака мечтает о костях с рынка.
Вспоминаю про технику кормления опасных фигур в воображении.
Рина «дала собаке сырое мясо» - нарисовала около шкафа на полу кусок «мяса на кости».
Символическое кормление учит справляться с пугающими сторонами собственной психики. После чего, происходит их принятие.
Спрашиваю Рину, что может быть «мясистой сахарной костью» для мамы в реальной жизни?
Девушка отвечает, что у нее «совершенно нет вариантов». Что только она не делала, чтобы умилостивить маму, все бесполезно!
Особенно страшно, когда мать разрушает сама себя.
Рина помнит картину из детства, когда мать билась головой об стену, а она - маленькая девочка в ужасе смотрела на нее, и ничего не могла с этим сделать.
Рина знает, что у матери было очень тяжелое детство, в метафоре это явно проявилось, но, дочь не может вылечить материнские травмы.
Рина уже отчетливо это понимает.
Самое большое, что она может для мамы сделать – принять ее образ жизни, ее выбор.
Это и есть – удовлетворение основной материнской потребности.
С трудом, но, Рина соглашается с тем, что мамина жизнь, это ее выбор.
На следующую встречу Рина пришла довольная, поделилась, что впервые, видя агрессию мамы, она чувствовала себя спокойно. Девушка поняла, что для матери агрессия – это стратегия выживания. А у Рины уже достаточно сил, чтобы не принимать эту агрессию на себя.
Нарушился привычный шаблон отношений. Не почувствовав привычную эмоцию страха от дочери в ответ на ее нападки, мать самостоятельно завершила разговор. Со временем ее общение с дочерью стало более спокойным и уважительным.
Те символические образы, с помощью которых мы представляем других людей – принадлежит нам, нашей внутренней реальности.
Во время терапевтической работы, они постепенно трансформируются.
Меняется и наше восприятие реального человека, наше отношение к нему.
После кормления агрессивных фигур снижается страх и напряжение. Мы становимся сильнее, реалистичнее, усиливается взрослая часть.
На место страха приходит принятие, меняется и образ внутреннего критика, он проявляет себя все реже и тише. Так как снижаются его нападки, мы меньше расстраиваемся. Появляется уверенность в собственных силах, желание проявляться, отстаивать себя, растет собственная ценность.
В критических словах становится возможным услышать рациональное зерно.
И тот, кто критикует в реальности, уже не имеет прежней силы и власти над нами!
Автор: Милашина Ольга Георгиевна
Психолог, Кандидат психологических наук
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru