Солнце нещадно палит через лобовое стекло видавшей виды "Газели", превращая салон в подобие сауны. Пыль, поднятая попутными фурами, густым слоем оседает на торпедо, забивается в щели. Но мне сейчас не до комфорта. Я еду на вахту, на север, где комары размером с воробья и зарплата, которая позволит хоть немного залатать дыры в бюджете. Но прежде… Алтай.
Шесть лет. Шесть долгих лет я не видел своих стариков. Шесть лет, как отрезаны от жизни. Работа, дом, работа, ипотека, дети, детсад… Всё как белка в колесе. А они там, в своей тихой деревеньке, доживают свой век, вдыхая чистый горный воздух, любуясь закатами над Катунью.
В голове вертится клубок мыслей, тревог, обид. Жена… Светка. Она, конечно, устала. Целый год работает, детей таскает по садикам, продленкам. Я понимаю. Но зачем так? Укатить в Крым на все деньги, что мы копили на новый дом и ремонт крыши родителям? А я? Я тоже не железный!
Вчера вечером был очередной скандал. Как всегда, из-за денег.
– Ты понимаешь, сколько это стоит? Поезд? Четыре билета в Крым! Проживание! Развлечения! – орал я в трубку, стараясь не разбудить детей.
– Я устала! Я имею право отдохнуть! – истерично кричала в ответ Светка. – Я хочу, чтобы дети увидели море!
– Море они увидят на картинке, если мы крышу не починим! – парировал я. – И вообще, ты хоть справляешься с ними там? Ты хоть понимаешь, что они от тебя отбились, как от рук?
В ответ – лишь гудки. Она бросила трубку. Обиделась. Ну и пожалуйста. Родственники уже тоже на её стороне. Говорят, что я слишком строг, что надо дать ей отдохнуть. А мне кто даст отдохнуть?
Тем временем, я представляю, как Светка сейчас, наверное, возлежит у бассейна какого-нибудь крымского отеля "все включено", потягивая коктейль и нежась в лучах южного солнца. А дети, предоставленные сами себе, носятся по территории, сметая все на своем пути, ведь мама так "заслужила" отдых от их воспитания. И все это - на мои кровно заработанные, на деньги, которые могли бы спасти крышу от грядущей зимы.
Вспоминаю разговор с матерью на прошлой неделе. Звонил узнать, как здоровье.
– Сынок, ты когда к нам приедешь? – спросила она своим тихим, дрожащим голосом.
– Скоро, мам. Как вахта закончится, сразу к вам.
– Ты обещал в прошлом году… И в позапрошлом…
– Знаю, мам. Работа… Сам понимаешь.
– Мы старые уже, сынок. Вдруг не дождемся?
Её слова врезались в память, как заноза. Стыдно. Очень стыдно. Родители – это святое. А я… Что я за сын?
Грунтовка под колесами сменяется асфальтом. Вот и знакомый поворот на деревню. Сердце начинает биться чаще. Волнуюсь. Как они там? Как здоровье? Сильно ли постарели?
На въезде в деревню меня встречает старая покосившаяся табличка с названием. Кажется, время здесь остановилось. Те же деревянные домики с резными наличниками, те же пасущиеся на лугу коровы, тот же запах свежескошенной травы.
Подъезжаю к дому. Он стоит, как и прежде, крепкий, добротный, построенный еще моим дедом. Только краска на ставнях облупилась, да крыша местами прохудилась. Та самая крыша, на которую не хватило денег из-за поездки в Крым.
Выхожу из машины. Замираю. На крыльце сидит отец. Он сильно сдал. Сгорбился, поседел. Глаза смотрят тускло, словно погасшие угольки.
– Отец! – кричу я и бросаюсь к нему.
Он поднимает голову. В глазах вспыхивает искра узнавания.
– Сынок! – хрипло произносит он и встает, чтобы обнять меня.
Обнимаю его крепко, чувствуя, как он постарел, как стал хрупким. Слезы подступают к горлу.
– Как ты, отец? Как здоровье?
– Да ничего, сынок. Живем потихоньку. Мать в огороде возится. Сейчас позову.
Он кричит в сторону огорода:
– Мать! Тут наш сынок приехал!
Из-за зарослей малины появляется мать. Она тоже сильно изменилась. Морщины испещрили лицо, руки стали узловатыми, но взгляд все такой же добрый и любящий.
– Здравствуй, сынок! – говорит она, вытирая руки о передник. – Как мы рады! Заходи в дом, сейчас стол накроем.
В доме все так же, как и шесть лет назад. Тот же запах пирогов и травяного чая, та же старая мебель, те же фотографии на стенах. Только все кажется меньше и уютнее.
Садимся за стол. Мать достает из печи свежий хлеб, отец наливает в кружки чай. Начинаем разговаривать. Обо всем и ни о чем. О здоровье, о погоде, о соседях. Стараюсь не упоминать о Светке и Крыме, чтобы не расстраивать их. Но они сами заводят разговор.
– Слышали, Светка твоя с детьми в Крым уехала? – спрашивает мать.
– Да, – отвечаю я, стараясь говорить спокойно. – Решила отдохнуть.
– Отдохнуть? – хмыкает отец. – На наши-то деньги?
– Отец, ну что ты начинаешь? – одергивает его мать.
– А что я? Правду говорю. Надо было крышу чинить, а она…
– Ладно, отец, не будем об этом. Главное, что сын приехал.
Мы сидим за столом допоздна. Вспоминаем прошлое, говорим о будущем. Рассказываю им о своей работе, о детях, о своих планах. Они слушают меня внимательно, кивают головами, задают вопросы.
Перед сном отец выходит со мной на крыльцо. Садимся на лавочку. Курим. Молчим.
– Сынок, – говорит он вдруг, – я понимаю, что тебе сейчас нелегко. С работой, с семьей… Но ты держись. Ты мужик. Ты справишься.
– Спасибо, отец, – отвечаю я. – Я постараюсь.
– И помни, – продолжает он, – что мы всегда будем рядом. Что бы ни случилось.
Его слова согревают душу. Чувствую, как отступает тревога, как появляется уверенность в себе. Да, я справлюсь. Я должен справиться. Ради них, ради детей, ради себя самого.
Утром просыпаюсь от пения птиц. Выхожу на улицу. Солнце уже высоко. Деревня просыпается.
После завтрака помогаю родителям по хозяйству. Колю дрова, поливаю огород, чиню забор. Работа приносит облегчение. Физический труд отвлекает от мрачных мыслей.
Перед отъездом садимся на дорожку. Мать плачет. Отец молча обнимает меня.
– Береги себя, сынок, – говорит он. – Пиши, звони.
– Обязательно, – отвечаю я. – И вы берегите себя. Я скоро приеду. Обязательно.
Сажусь в "Газель". Завожу мотор. Смотрю на них в зеркало заднего вида. Они стоят на крыльце и машут руками. Маленькие, сгорбленные, но такие родные.
Выезжаю из деревни. Впереди – вахта. Впереди – тяжелая работа сварщика. Но теперь я знаю, ради чего я это делаю. Ради них. Ради своих родителей. Ради того, чтобы они могли спокойно дожить свой век в своем уютном домике на Алтае.
А Светка… С ней я разберусь позже. Сейчас главное – заработать деньги и приехать к родителям снова. И на этот раз – надолго. Чтобы починить крышу, покрасить ставни и просто побыть с ними рядом. Просто потому, что они – мои родители. И я их люблю. И я должен быть рядом с ними. Пока еще есть время.
Спасибо, что прочитали!