«(Не) как две капли воды». Глава 59
Начало
Предыдущая глава
Рита прошла на кухню, где хозяйничала Елена – та самая сиделка, которую одобрила бабушка, но в то же время пыталась ежедневно изводить придирками. С виду Елена выглядела доброй, светлой женщиной. Поначалу казалось, что она не выдержит прихотей Аделаиды Георгиевны – во взгляде ни намека на строгость, твердость. Но оказалось, что за милым образом скрывается океан терпимости и твердый характер. Поэтому все колкости и капризы бабушки пролетали мимо цели, и Елена продолжала свою работу, не забывая улыбаться и поддерживать режим подопечной. По договоренности она приходила в будние дни и проводила время с Аделаидой Георгиевной с девяти до пяти часов. В течение дня женщина готовила еду, поддерживала порядок в квартире, если у бабушки было настроение – поддерживала беседу, и, конечно же, не забывала следить за приемом лекарств. Перед уходом она накрывала для подопечной ужин, снова следила за приемом витаминов и только после этого уходила.
Несмотря на то, что женщина пришла всего за полчаса до Риты и Сонечки, бабушка уже позавтракала, а на кухне вовсю готовился обед на ближайшие два дня.
– Как бабушка себя чувствовала на этой неделе?
– Лучше, чем обычно. На боли в суставах почти не жаловалась. Дважды согласилась выйти на прогулку. В ее случае нужны умеренные физические нагрузки, прогулки рядом с домом как раз подойдут.
Елена говорила и одновременно нарезала овощи ровными кубиками для овощного супа. Рита вымыла руки и принялась распаковывать пакет с продуктами, который принесла с собой.
– Спасибо Вам. Удивительно, что бабушка согласилась выйти на улицу.
– Мне кажется, она начала смиряться с новой реальностью. Сказала, что в конце этого месяца хочет устроить обед с подругами. Попросила помочь подобрать несколько интересных закусок и, конечно же, приготовить обед. На четыре человека.
Рита подняла брови в удивлении.
– А это что-то новенькое. Бабушка давно никого не приглашала. Боится выглядеть слабой, вызвать жалость у окружающих.
– Может быть, она изменилась.
– Не думаю. Скорее всего, она что-то задумала.
Девушка продолжила молча раскладывать продукты по местам. Две баночки с йогуртом, немного свежих овощей и фруктов, грудка домашней курицы, литр молока – все заняло свои места на полках холодильника. Рита обернулась и посмотрела на Елену. Женщина продолжала готовить, о чем-то задумавшись и чуть нахмурившись.
– Что-то случилось?
– Нет, просто… – Елена вздохнула, положила нож на доску и развернулась к девушке. – Рита, ты хорошо знаешь свою бабушку?
– Думаю, что достаточно хорошо.
– Как думаешь, она действительно может что-то задумать? Возможно, я ошибаюсь, но в последние дни она стала ко мне будто… добрее.
– Бабушка и понятие доброты несовместимы. Пока единственный человек, на которого она действительно смотрит с добротой – это Сонечка. Удивительно, но факт.
– Есть предположения, что она может придумать?
– Что-то неприятное. – Рита вздохнула и присела на краешек стула. – У бабушки всегда был тяжелый характер. Думаю, за месяц Вы и сами это заметили…
– Да, но она не первая моя трудная подопечная. Я умею абстрагироваться от скверного характера людей и неприятных колкостей в свой адрес.
– Но у любого терпения есть пределы, верно? – Рита посмотрела Елене в глаза, и женщина задумчиво кивнула. – Лена, я знаю бабушку достаточно, и могу сказать, что она очень хорошо чувствует людей. А особенно их слабые стороны. Могу предположить, что этот званый обед имеет несколько целей. Одна из них – потешить свое самолюбие, снова почувствовать себя в центре внимания. Вероятно, вторая – опозорить Вас прилюдно настолько, чтобы Вы сами захотели уйти, и никогда не вернуться в эту квартиру. Не могу утверждать точно, но все может быть…
Ангелина и Аня в номере, после обеда.
– И все-таки я не понимаю, зачем ты это сделала. – Геля присела на свою кровать и уставилась на подругу.
– Что? – Аня невинно похлопала ресничками.
– Не делай из меня дурочку. Ты не удивилась, когда увидела Колю. Значит, знала, что он будет здесь.
Аня закатила глаза к потолку и присела на край своей кровати, стоящей напротив.
– Да, я ему сказала про наш отпуск. А ты будто против нашей встречи! Чего ты так упрямишься, Гель? Ты же влюблена в него по уши!
– Да, влюблена… – прошептала девушка. – Но я старалась подавить это в себе, понимаешь?
– Нет, не понимаю. Зачем душить свои чувства?
– Чтобы снова не ошибиться. Чтобы выстроить сначала хотя бы одну сторону своей жизни, а после браться за другую. Выстроить что-то постоянное, стабильное. Какую-то опору. – Геля встала, прошлась по комнате и остановилась у окна, глядя на крыши домиков и блеск морских просторов вдалеке. – Когда я влюбилась в Сашку, я была подростком. Глупенькой девочкой. После его предательства я поняла, что я намного слабее, чем думала. Что у меня ничего нет, и не за что зацепиться, чтобы не утонуть в своих страданиях и боли. Коля очень вовремя оказался рядом, и стал тем самым «спасательным кругом». Я не утонула, и даже больше – привязалась к нему, полюбила. Даже с Сашкой я с самого начала чувствовала себя не так уверенно, как мне хотелось. А с Колей все как-то… просто и естественно. Спокойно, надежно. Но если вдруг в наших отношениях что-то случиться, мне уже не за что будет зацепиться, понимаешь? – Геля развернулась и посмотрела на Аню, которая уже не улыбалась. Девушка вдруг почувствовала всю глубину внутренних переживаний подруги, и испытала даже что-то похожее на вину за свое вмешательство в ее личную жизнь.
– И что ты будешь делать теперь? – прошептала Аня.
– Будь что будет. – Геля снова вернулась к своей кровати. – Пока мы не встретились, я чувствовала себя уверенно. Теперь у меня ощущение, что я уже не смогу сбежать… да и не хочу уже. Надеюсь, мои страхи не имеют оснований, и со временем они исчезнут.
продолжение