Найти в Дзене
Всегда Вкусно!

Тени блокады: как людоеды охотились в осаждённом Ленинграде

Блокада Ленинграда (1941–1944) — одна из самых трагичных страниц Великой Отечественной войны. Голод, обстрелы и холод испытывали жителей на прочность. Среди мужества и стойкости ленинградцев скрывались мрачные истории: людоедство стало крайней мерой выживания для некоторых. Одна из таких историй — воспоминания Нины Смаркаловой, девушки, которая пережила не только блокаду, но и охоту за ней. С сентября 1941 года Ленинград оказался в кольце врага. Немецкие войска обстреливали город: за годы блокады на него сбросили 69 613 зажигательных и 4686 фугасных бомб. Еды не хватало, дневная норма хлеба падала до 125 граммов. Люди ели всё: от жмыха до обойного клея. Однако некоторые переступали грань человечности, прибегая к каннибализму. Нина Арсентьевна Смаркалова работала на авиационном заводе, изготавливая детали для самолётов. Война застала её в госпитале из-за аппендицита, из-за чего она не смогла эвакуироваться. Оставшись в Ленинграде, она столкнулась с голодом, обстрелами и новой угрозой —
Оглавление

Блокада Ленинграда (1941–1944) — одна из самых трагичных страниц Великой Отечественной войны. Голод, обстрелы и холод испытывали жителей на прочность. Среди мужества и стойкости ленинградцев скрывались мрачные истории: людоедство стало крайней мерой выживания для некоторых. Одна из таких историй — воспоминания Нины Смаркаловой, девушки, которая пережила не только блокаду, но и охоту за ней.

Блокада: выживание на грани

-2

С сентября 1941 года Ленинград оказался в кольце врага. Немецкие войска обстреливали город: за годы блокады на него сбросили 69 613 зажигательных и 4686 фугасных бомб. Еды не хватало, дневная норма хлеба падала до 125 граммов. Люди ели всё: от жмыха до обойного клея. Однако некоторые переступали грань человечности, прибегая к каннибализму.

Нина Смаркалова: жизнь в осаждённом городе

Нина Арсентьевна Смаркалова работала на авиационном заводе, изготавливая детали для самолётов. Война застала её в госпитале из-за аппендицита, из-за чего она не смогла эвакуироваться. Оставшись в Ленинграде, она столкнулась с голодом, обстрелами и новой угрозой — людьми, которые видели в других источник пищи.

Нина, молодая и здоровая девушка, привлекала внимание не только как работница, но и как потенциальная жертва. Её воспоминания, записанные в проекте «Я помню», раскрывают ужасы, с которыми она столкнулась.

Охота в Парголово: случай на улице

В Выборгском районе, в Парголово, Нина пережила первый пугающий случай. Идя вечером по улице, она услышала, как двое мужчин, проходя мимо, сказали: «На котлеты хороша». Сначала она не поняла, о чём речь, но, осознав угрозу, обернулась — мужчины преследовали её.

-3

Нина бросилась к ближайшему дому, стуча в дверь и умоляя впустить. Хозяева, напуганные, но добрые, открыли. Мужчины ещё долго кружили под окнами, пока хозяин дома не вызвался проводить Нину. Этот случай показал, как голод превращал людей в хищников.

Ловушка с ведром

В 1942 году Нина отправилась за водой к колодцу в Парголово. Жалуясь соседке на прохудившееся ведро, она привлекла внимание незнакомца. Мужчина предложил запаять ведро, пригласив её в подвал дома №19 по Выборгскому шоссе. Нина, не подозревая опасности, собралась идти, но мать остановила её, предупредив: «Ты не слышала, что там убивают?».

-4

Молва о доме подтвердилась: местные знали о случаях исчезновения людей. Каннибализм в подвалах стал страшной реальностью блокады, хотя точных данных о таких преступлениях мало — многие остались нераскрытыми.

Дом на Шишкина: легенда или правда?

-5

В Парголово, на улице Шишкина, 105, жил профессор-ботаник Н.И. Штернберг, известный своей оранжереей. По слухам, гости, приходившие к нему в блокаду, исчезали, становясь «обедом». Когда милиция нагрянула в дом, Штернберга обвинили в каннибализме. Одни говорят, он покончил с собой, другие — умер от стресса. Доказательства его вины спорны, и история остаётся городской легендой.

Этот дом до сих пор вызывает страх у местных. Историки спорят, был ли Штернберг виновен или стал жертвой слухов, но такие случаи подчёркивают атмосферу ужаса в блокадном городе.

Нина на фронте: от жертвы к героине

-6

В июне 1942 года Нину мобилизовали в армию. Сначала она попала в автороту, но после конфликта с командиром, который к ней приставал, её перевели в 8-й полк НКВД (позже 203-й стрелковый полк). Обладательница значков ГТО и «Ворошиловский стрелок», Нина обучала девушек боевой подготовке, затем стала наводчицей 82-мм миномёта и командиром расчёта.

Иногда её отправляли на «охоту» с винтовкой и оптическим прицелом. Она не вела счёт убитым, но, по словам наблюдателей, попадала точно. 17 мая 1943 года, подавляя вражеские миномёты, Нина была ранена в ногу. Неправильно наложенный жгут привёл к потере конечности.

После ранения: жизнь и любовь

-7

Ранение оборвало военную службу Нины. Она пережила пять операций и полтора года в госпиталях. Её муж, служивший в разведроте, был дважды ранен и попал в штрафбат, но позже искупил вину. Несмотря на инвалидность Нины, он остался с ней. Их брак, оформленный в конце войны, длился 56 лет.

Нина была награждена медалями «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией». Её история — пример стойкости, несмотря на ужасы блокады и войны.

___

Если статья понравилась — поставьте лайк 👍
Огромная Вам Благодарность!