— Бери костыли и спускайся вниз, — грубо отрезает Жаров. — Если думаешь, что я буду с тобой нянчиться, Соня, то ты глубоко ошибаешься.
Он с силой хлопает дверью, и в этот момент меня прорывает. Слёзы быстрыми дорожками катятся по щекам и оставляют мокрые пятна на белой футболке.
* * *
— О! А вот и молодожёны! — восклицает мама, едва завидев нас с Яром в ресторане. — Доброе утро!
Я кривлю лицо и медленно передвигаюсь с помощью костылей, не ступая на больную ногу. Она совсем немного отекла после вчерашних танцев, которые я себе позволила. Но в целом терпимо.
Прежде чем выйти из номера, я успела поплакать, позлиться, а затем собраться с духом и всё же спуститься вниз. Яр всё это время терпеливо ждал меня в фойе и ни словом не упрекнул, когда увидел, что я его послушалась. Мне даже показалось, что в карих глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.
Получается, взамен на его помощь от меня нужна всего лишь покорность. Не так-то и много, если подумать. Но с моим характером мне будет непросто её давать.
— Доброе утро, — киваю в ответ и сажусь на стул, который заботливо отодвигает для меня Ярослав.
Он забирает у меня костыли и отставляет их в сторону. Взгляды присутствующих наконец возвращаются к завтраку.
— Что тебе заказать? — спрашивает Жаров.
— На твой выбор.
— Хорошо. Я поищу кого-то из персонала.
За большим прямоугольным столом на летней террасе собирается человек десять, включая отчима, маму и Галю, а также Владимира Станиславовича — отца Ярослава. Насколько я помню, то отношения между ним и сыном никогда не ладились. Жаров-старший известный в городе юрист по семейным делам. Строгий и своенравный. Я видела его всего несколько раз в жизни, но каждый раз у меня сводило желудок от страха, когда мы встречались.
Отец Яра вытирает губы салфеткой и за мной наблюдает. На свадьбе его не было. Я не знаю причин, но догадываюсь, что ему просто не по душе наш союз с его сыном. Более чем уверена, что Владимир Станиславович не в курсе, на каких условиях мы заключили брак, поэтому заранее тревожится и продумывает ходы на случай скорого развода.
Ещё бы! Его сыну досталась неполноценная жена. Сегодня этот факт бросился в глаза всем, кто меня не слишком хорошо знал.
— Соня, как себя чувствуете? — спрашивает отец Ярослава. — Что с ногой? Неужели вчера так сильно веселились, что повредили связки?
— О нет, — отвечает вместо меня недавно молчавшая Галя. — Соня давно получила травму во время игры в теннис. Сложнейшие переломы большой и малой берцовой кости.
— Всё настолько серьезно? — хмурится Владимир Станиславович.
Я взволнованно оглядываюсь в поисках спасения. Ярослава, как назло, нигде не видно.
— Пока сложно что-либо прогнозировать, — отвечаю мужчине. — Но шансы на восстановление есть.
— Ага, пять процентов из ста, — добивает Галя.
Бросив на неё полный ненависти взгляд, я глазами приказываю сестре замолчать. Мы всегда недолюбливали друг друга, но клянусь, я ни разу не подставляла Галю, хотя могла. Поводы у меня были. Их и сейчас предостаточно. Стоит мне только открыть рот и рассказать обо всём отчиму.
Я облегченно выдыхаю, когда Ярослав появляется на террасе и направляется к столу. Интересно, я когда-нибудь привыкну к тому, что он теперь постоянно будет рядом? Каждый день. Каждое утро. Каждую ночь. Хочется верить, что совместное проживание принесёт полнейшее разочарование в этом человеке. Ну, мало ли… вдруг он разбрасывает носки по всей квартире? Или оставляет крошки на столе? В нём должна быть масса минусов, как и в каждом живом человеке. Не бывает идеальных людей.
Яр садится рядом, и наши колени соприкасаются. Я чувствую разливающееся по телу тепло и вновь раздражаюсь на саму себя.
Эй, очнись. Вспомни ультиматумы своего мужа в гостиничном номере. Вспомни все его слова! Вспомни, как злилась и даже ненавидела!
Официантка приносит заказ, состоящий из тостов и сырников. Я приступаю к трапезе в надежде, что расспросы на этом закончатся. Но не тут-то было. Жарова-старшего уже не унять. Похоже, его здорово «впечатлила» новость о моей травме.
— Хм, надо же, — качает головой Владимир Станиславович. — Я не знал о переломе, София. Помню, как читал о вас статью в газете в прошлом году и гордился, что в нашем городе имеются такие сильные духом спортсмены, которые завоевывают серьезные титулы!
Кусок еды застревает в горле. Я запиваю соком и делаю невозмутимое лицо.
— Да, точно. В прошлом году я давала интервью «Глянцу» после одной очень важной для меня победы.
— Сложно, наверное, смириться с подобным поворотом судьбы, — заключает Владимир Станиславович. — Ни убраться, ни еду приготовить…
— Ты сейчас кастинг на роль домработницы проводишь или что? — вклинивается Яр со звоном отбросив столовые приборы.
Он вспыхивает словно спичка — ярко и молниеносно. Сидя рядом с ним, можно обжечься, но Владимира Станиславовича ничего не смущает и не останавливает.
— Нет, я просто размышляю, Ярослав. Насколько Соне будет нелегко вести хозяйство в твоей немаленькой квартире.
— Это мать всю жизнь была для тебя обслугой. Я взял Соню замуж не для этого.
Гости за столом на мгновение замирают, а затем начинают шуметь и разговаривать о всякой ерунде, сглаживая неприятный инцидент. Меня слегка потряхивает, потому что, по сути, именно я являюсь источником конфликта.
Жаров-старший женат в третий раз на бывшей модели. Кажется, у них воспитывается ребёнок школьного возраста. А мать Ярослава умерла от онкологии. Она была чудесной женщиной! Очень доброй и чуткой, а ещё безумно хозяйственной.
Мать Яра ни дня не работала. Она обожала готовить, убирать, печь пироги, торты и… пряники. Особенно сильно я любила имбирные с глазурью. Едва Ярослав появлялся у нас на пороге, чтобы поиграть с Владом в приставку или вытянуть его погулять, восьмилетняя я настойчиво требовала у него взятку в виде сладостей. Прекрасно знала, что его мать всегда передаёт мне что-то вкусненькое.
— Вот, Сонь. Сегодня вишнёвый пирог.
— А пряник?
— Бери что дают! Пряник... И Владоса скорей зови — у нас с ним футбол через десять минут.
* * *
— Не воспринимай слова моего отца всерьез, — произносит Яр.
Машина плавно трогает с места, оставшиеся гости машут нам вслед рукой. Я не отвечаю. Впиваюсь пальцами в сумочку и устремляю взгляд на дорогу.
— Всё нормально. Меня ничуть не задели его слова.
— Не ври, Сонь. Даже меня задели его дебильные рассуждения.
— Ну… разве совсем немного.
— Если в следующий раз он застанет тебя врасплох — не стесняйся отвечать то, что на самом деле думаешь.
— Честно говоря, твой отец выглядит очень устрашающе. К тому же он адвокат по семейным делам! Вдруг после нашего развода он оставит меня голой и босой и заставит выплачивать тебе материальную компенсацию?
Яр усмехается и бросает на меня быстрый взгляд. Наверное, немного странно разговаривать о разводе на следующий день после заключения брака.
Автомобиль сворачивает в сторону города. Я с азартом и волнением рассматриваю знакомые места, дома и улицы. Господи, оказывается, я дико успела соскучиться. Прошло всего три месяца жизни в глуши, а кажется, будто вечность! Я думала, что рано или поздно кое-как освоюсь и привыкну. Но ничего подобного не случилось. На новом месте я просто… существовала. Вся моя жизнь всё это время была именно здесь. В родном городе.
Каким образом матери удалось уговорить меня на переезд? Почему я без лишних вопросов согласилась? Почему даже не пыталась противостоять? Ответы на эти вопросы у меня, конечно же, есть. Всё случилось в тот сложный период, когда я получила травму. Я опустила руки. Сдалась, сломалась. Перестала верить в счастливый финал.
Квартира Ярослава находится в центральной части города в элитном жилом комплексе. Невысокие дома, просторная территория, густо усаженная деревьями. Мне здесь нравится с первого взгляда. Уютно и чисто. Вокруг хорошо развита инфраструктура. Совершенно необязательно преодолевать десятки километров, чтобы попасть в цивилизацию и купить какие-то базовые и необходимые вещи.На соседней улице располагается реабилитационный центр. Мне даже не нужно будет вызывать такси или просить Ярослава подбросить к месту назначения. Я смогу ходить туда самостоятельно. Лечиться и трудиться в поте лица.
Унылое утреннее настроение тут же сменяется радостным. Я прохожу в квартиру, рассматриваю комнаты. Просторно, стильно. Много солнечного света из-за удачного расположения и больших окон. Всего три комнаты, если не считать гостиную с чёрной мебелью и светлыми стенами. Смотрится интересно. Но будто чего-то не хватает.
— Ты, наверное, недавно сюда переехал? — спрашиваю у Яра.
Он подтверждает мои догадки коротким кивком.
— Не хватает деталей. Чего-то такого… О, точно! Комнатных растений!
— Если будешь заботиться о них самостоятельно, то на днях поедем и выберем, — предлагает Жаров.
— О, вау! Замётано! Будет здорово, вот увидишь!
Я обосновываюсь в самой дальней комнате. Здесь стерильно чисто, есть всё необходимое. Кровать, шкаф и письменный стол, а также выход на балкон.
Разобрав сумку с немногочисленными вещами, которые захватила на первое время, я заваливаюсь на кровать и набираю Женьку. От неё висит уйма непрочитанных сообщений.
— Ну же! Не томи! — не здороваясь произносит подруга. — Скажи, что у тебя случился тот самый первый раз, о котором мечтают все девчонки!
— Хреновая из тебя Ванга, Жек.
— Чего это?
— Всё прошло более чем чинно и благородно. Мы с мужем спокойно поговорили и выяснили для себя важные моменты. После чего крепко уснули. Точка.
Я умалчиваю, что разговор был не совсем спокойным. Моё сердечко билось как ненормальное, особенно когда Яр вжимался в меня своим пахом.
Физиология, Соня. С таким успехом у Яра встал бы на любую более-менее симпатичную девушку в нижнем белье.
— Э-э, я так не играю! — возмущается подруга.
— Женя…
— Сонька, прости. Прости меня, дуру! Я слышу каждую твою эмоцию в голосе. И разочарование, и горечь, и обиду. Ты ведь меня послушала! А я… я правда решила, что Яр… что ты для него…
— Что-то значу?
Подруга шумно вздыхает в трубку.
— Всё нормально, Жек. Я сама виновата. Не стоило питать иллюзий. Я просто буду жить дальше. Работать над собой, учиться.
— У тебя получится! Ты сильная девочка!
Мы начинаем обсуждать прошедший вечер и гостей. Особенно бурно ругаем Арсена. Оказывается, после застолья он немного перебрал и поехал в клуб. Как итог — рассечена бровь и губа. Праздник закончился в полицейском участке.
— О, кстати! — спохватывается Женя. — Видела в местном паблике информацию о вас с Яром? Там и фото, и текст! Ваша свадьба не стала таким уж секретом для города.
— Я пока не заходила на свою страничку. Не было времени.
— По возможности зайди. Ты на фотках сногсшибательно красивая!
Попрощавшись с подругой, я кладу трубку. Прислушиваюсь к шагам в коридоре. Очень непривычное чувство, ведь раньше, чтобы лишь на мгновение увидеть Яра, мне приходилось его часами караулить! И всё ради одного взгляда или слова. Теперь он здесь — за стеной. Стоит только открыть дверь и смотреть настолько часто, насколько захочу.
Нажав на приложение, я попадаю в новостную ленту. Приходится немного пролистнуть вниз, прежде чем найти ту самую новость, о которой говорила Женя. Известная девятнадцатилетняя теннисистка София Валенцова вышла замуж за не менее известного в городе двадцатишестилетнего потомственного адвоката Ярослава Жарова.
Губы плывут в улыбке, когда я понимаю, что в этой статье никто и словом не обмолвился о моей травме и даже не назвал меня бывшей спортсменкой.
Прикреплённые фото сделаны исподтишка. Но они действительно чудесные. Яр в чёрном костюме и рубашке. Высокий, мужественный. Рядом я в белоснежном платье с ровной укладкой и выразительным макияжем. Среди комментариев ни одного плохого слова. Нас поздравляют. Со стороны может показаться, что мы с Жаровым счастливая влюбленная пара, но в действительности это, конечно же, не так.
Невольно залюбовавшись, я не сразу замечаю пришедшее уведомление, а когда наконец открываю его, то пульс подскакивает до запредельной отметки.
Пользователь Mila одобрил вашу заявку.
* * *
Кончики пальцев прямо покалывает от нетерпения.
С чего я вообще взяла, что именно на странице у Милы найду ответы на вопросы о личной жизни Ярослава? Почему именно она? Почему взгляд зацепился за её аватарку? Потому что девушка всего лишь поставила лайки на всех фотографиях Ярослава? Но это же чушь!
Тем не менее я открываю страницу Милы. Там чуть больше двадцати публикаций и на каждой фотографии она одна.
Увеличиваю первую фотку и сразу же отмечаю, что девушка безумно красивая. Причем её красота не вызывает никаких сомнений. Это как аксиома, не требующая доказательств. Констатация факта. Такую, как она, можно любить? Безусловно!
У Милы тонкие и изящные черты лица, пухлые губы и большие зелёные глаза на пол-лица. Густые светлые волосы, стройная фигура. Прекрасный вкус на выбор одежды и аксессуаров. Девушка выглядит естественно. Не возникает ощущения, что, прежде чем стать красоткой, она побывала на столе у лучших пластических хирургов и косметологов.
Каждая из фотографий заставляет меня задержаться на несколько минут. Мила определённо не нуждается в деньгах. Дорогие рестораны, автомобили и путешествия. Хочется хотя бы на секундочку посмотреть, кто стоит за кадром. Кто делает все эти чудесные снимки? Может быть, Ярослав? Или я опять себе что-то не то придумала?
В комнату стучат в момент, когда я заканчиваю просмотр последней фотографии, где Мила в купальнике. Плоский живот, тонкая талия и неприлично большая грудь. В этой девушке есть хоть какой-то изъян? Это риторический вопрос, даже если её и Яра ничего не связывает.
Не дожидаясь моего ответа, Жаров открывает дверь и замирает на пороге комнаты.
— Не спишь? Я заказал доставку еды.
— Не сплю. Спасибо, сейчас иду.
Яр много разговаривает во время обеда. Это организационные моменты, ничего личного. Видно, что он старается здорово упростить мне жизнь. Жаров просит, чтобы я подумала о возвращении к учёбе, как только пройду минимальный курс реабилитации. Я отвечаю, что хорошо над этим подумаю.
Затем Яр рассказывает, что заказал трёхразовую доставку еды. А ещё уведомляет меня, что пару раз в неделю квартиру убирает помощница. Мне даже напрягаться не нужно. И это одновременно удивляет и расстраивает. Возможно, однажды, после тяжёлого рабочего дня, я бы хотела порадовать Яра вкусным ужином. Но зачем, если будет приезжать доставка?
Следующий день я встречаю с сумасшедшим волнением. Встаю ни свет ни заря. Принимаю душ, укладываю волосы и подкрашиваю ресницы. Сегодня первый день реабилитации. Как он пройдет? Получится ли у меня? Такая ли я сильная, какой кажусь Женьке?
Яр не завтракает. На ходу пьет кофе и предлагает меня подвезти. Я отказываюсь, потому что хочу прогуляться пешком. Без костылей, очень осторожно.
На улице весна в самом расцвете, и только в городе я замечаю, какая она волшебная. В посёлке всё было украшено серыми блеклыми красками. Я старалась лишний раз не показываться на улице, потому что в лицах любопытных прохожих видела неприятный мне интерес. Здесь же никого не волнует, почему я хромаю. Почему останавливаюсь посреди дороги, чтобы передохнуть. И это воодушевляет.
Реабилитолог радостно встречает меня в кабинете и подробно расписывает процедуры на эту неделю. Магнитотерапия, термотерапия, упражнения ЛФК, уколы и лечебный массаж. Домашнее задание тоже прилагается.
— Ничего страшного и сложного. Правда, София? — спрашивает Сергей Иванович, задорно мне подмигнув.
— Наверное, вы правы.
— Главное, не опускать руки, даже когда кажется, что всё бессмысленно.
Первые три дня пролетают на кураже. Я много читаю, общаюсь с Женей и занимаюсь. Вечерами встречаю Ярослава после работы. Он каждый раз расспрашивает, какие у меня успехи. Увлеченно выслушивает и даже ни разу не зевает!
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Джокер Ольга