«Зойка вспоминает деревню, дедушку Федора, теплую баню, корову, добрые руки. В город она вернулась только телом, а душа ее осталась там — где чисто, просто и никто не рисует себе руки синим карандашом.
Дети все чувствуют, особенно, когда в доме появляется чужой мужик… вместо отца, но отцом он никогда не станет. Чужой, страшный, а главное — маме не пара. А мама теперь будто и не мама — крутится вокруг нового мужа, а для дочери только окрик да ремень».
Глава 1
Зойка прекрасно понимала и в то же время ничего не понимала. Почему какой-то чужой мужик пришел к ним жить. Понимала то, что мама нашла второго мужа и не понимала, зачем он ей нужен.
Неужели она не видит, что пришелец очень страшный.
«Вот я сразу поняла, что этот человек ничего доброго, хорошего для нас не сделает. Он не только на внешний вид страшный, но и походка, как будто незаметно крадущегося, пугает».
Его маленькие, глубоко посаженные глаза смотрели на Зою с каким-то предупреждением: «Мол, смотри у меня! Баловства и непослушания я не потерплю».
А ещё его нос с кривой переносицей расплылся на узком лице, и Зоя, улыбаясь, с сарказмом подумала: «Совал нос, наверное, куда не надо — вот и получил».
Но улыбка быстро сошла с ее лица, когда он положил свою руку синего цвета на ее голову. Зойка никак не могла понять, зачем он нарисовал на руке химическим карандашом? Вспомнила, что когда дедушка что-то делал на верстаке, всегда слюнявил карандаш, и тот на дереве рисовал синим цветом.
Но зачем руки разрисовывать? А когда дядя Юра снял свитер и облачился в майку, то оказалось, что обе руки были разрисованы. Тогда Зоя вслух сказала:
— Чучело!
За что и получила ремнем от мамы.
Люся суетилась перед своим любимым и как бы между делом его успокаивала:
— Она девочка добрая, только ершистая, от отца-то ласки не видела, он же гонял нас, поэтому страх и недоверие в нее вселились.
Люся наклонилась к своему ненаглядному и тихо попросила:
— Не трогай ее вопросами, она привыкнет быстро, не обращай внимание на ее колючесть. Москва не сразу строилась.
Зоя смотрела на маму и думала: «Действительно, соседка, баба Нюра, сказала другой соседке, что Люська-то с ума сошла: крокодила себе привела. Жалко девчонку».
Зоя сразу отметила, что мама стала к ней с приходом дяди Юры жёстче, нетерпеливее и требовательнее. Зачем-то закрывали дверь в другую комнату и долго оттуда не выходили.
Дядя Юра очень много ел, и мама всегда говорила:
— Кушай, кушай, ведь, поди, голая похлёбка поперек горла стала. Ничего, я тебя откормлю, на работу устроишься справным мужиком. А сейчас и мешок поднять не сможешь.
— Я не собираюсь мешки таскать, найду полегче и по душе работу.
— Ну тебе перо в руки никто не даст, а тяжёлой работы у нас в городе полно.
— Так перо разным бывает, — и неприятный тип засмеялся, оскалив свой беззубый рот так, что на губах появилась слюна.
«Какой же некрасивый, ещё мамка его целует, мне даже противно его прикосновение», — подумала Зоя и постаралась скрыться в другой комнате.
Как-то вечером дядя Юра сказал:
— Слушай, Люсь, пора мне и мать навестить в деревне, а то я завис здесь, ты прикупи гостинцев, халвы, пряников, платок, может быть, ещё ей подарить. Любит она селёдку, ну вообще сообрази, не скупись, я быстро тебе всё верну, даже с наваром. Давай старую обрадуем своим приездом. Ох, и рада она будет тебя видеть, душа ее успокоится, и мне ее нытье слушать теперь не придется!
Люся тут же согласилась:
— Да, твоя мама, наверное, трудяга в деревне: с утра как пчёлка, и тебя не бросала. Помнишь, ты говорил, сумки перла наперевес. Еще, наверное, скотину держит. Давай съездим, а то ты обосновался у меня в теплом месте и про маму забыл. Пусть порадуется за тебя.
Зоя своего отца плохо помнила, а вот дедушку Федора в деревне — очень хорошо. Он всегда брал к себе внучку и назад в город не хотел отдавать, когда за ней приезжал сын с женой, он всегда говорил:
— Вы только и знаете, что ругаетесь, друг друга ревнуете, никак не нагулялись, оба не путные, не семейные, а Зоечка страдает.
Внучка как хвостик шла за дедушкой, куда бы то ни было: за водой, баню топить, сено корове положить, почистить тропинки от снега. Дедушка ее называл своей душой, он так и говорил: «Душа ты моя».
Потом однажды приехала мама с фингалом под глазом, с криками, с обещаниями посадить дебошира- мужа, быстро собрала дочку и на вопрос:
— Куда ты ее забираешь?
Крикнула:
— Она не ваша внучка, она вам чужая, — и быстро уехала.
Отец или не отец Зои куда-то скрылся, и по сей день с концами. Правда, иногда деньги присылал. Зоя по дедушке плакала каждый день и за это была жестоко наказана.
Баба Вера смотрела на свою хохотушка-сноху и сделала вывод:
— Да, для моего непутёвого сыночка самая что ни на есть пара, такая же легкомысленная, все хихикает, обжимается, пустые вопросы задаёт, планы нереальные строит, с него глаз не сводит, а на девчонку фыркает как на собаку, все боится, что дочка не угодит моему сидельцу, а девчонка-то золото, как будто в деревне родилась, а о дедушке такие слова благодарные говорит — аж слезу пробивает. Ведь моему нужна твердая рука, а, впрочем, может, и нет, будут жить, подхихикивать, так и жизнь под дураков пройдет. Неспособны они думать по-людски, всё о богатстве мечтают, лёгких денег жаждут.
Баба Вера разговаривала сама с собой и не заметила, что все слышит девчонка.
— Мой дедушка тоже ругал мою мамку, да и отца тоже, только меня жалел, обнимал и плакал.
Девчонке надо было в школу, а гости не спешили уезжать. Мама была в отпуске, Юра не работал, и как бы ни уговаривала, что надо в школу, получала ответ:
— Учебный год заканчивается, что там сейчас делать? Скоро каникулы, а будешь хныкать, здесь на лето оставлю.
Баба Вера не выдержала и сказала:
— Оставляйте, пусть будет со мной лето, что ей делать в городе? Пыль глотать, а здесь ребят много летом бывает, мне помогать будет, да и вам спокойнее.
— А что, и правда, нам меньше хлопот и возни. Привезет, мать, сразу же. Жаль, что сейчас нельзя оставить, — с сожалением промычал сынок.
В селе был большой магазин, бабушка предложила Зое сходить с ней и выбрать себе подарок. Девчонка боялась смотреть на дорогие игрушки, вещи, ответила, что ей ничего не надо, но бабушка настояла на своем и купила ей красивый сарафан и много сладостей.
Зоя прилетела домой на крыльях. Дядя Юра, увидев их довольные лица, сказал Люсе:
— Спелись, раскошелилась на чужую, а для меня рубля жалко. Видишь им хорошо одним будет, и нам замечательно. Зачем осложнять себе жизнь, если маманя сама предлагает нам отдохнуть от обузы, — он поднял на руки Люсю и они, как всегда, начали смеяться, целоваться.
Люся как будто очумела от любви к сожителю и не понимала, к чему он клонит. Она смотрела на него преданными глазами и во всем соглашалась.
За пропущенные занятия Зою вызвала к доске учитель математики и строго спросила, почему та пропустила контрольную работу. Услышав честный ответ — ездили к бабушке в деревню, — весь класс засмеялся. Только Иван не смеялся, он просил ребят перестать кривляться, обзываться, но его никто не слушал, а сосед по парте даже ударил по спине кулаком.
Зоя выбежала из класса, Иван удалился вслед.
— Почему ты не сказала, что заболела, ведь я, когда болею, меня никогда не ругают.
— Но я не болела, я была у бабушки, — и Зоя долго рассказывала о поездке, о том, что ей очень понравилось бабушка, и она с радостью бы жила с нею, что не будет скучать ни по школе, только за Ивана будет переживать и тосковать.
Продолжение завтра в 18.00 мск
АВТОР НАТАЛЬЯ АРТАМОНОВА
Прочитайте и другие рассказы автора ⬇️⬇️⬇️