– Куда несёшься? Чуть с ног не сбила! – возмутилась сухонькая старушка в длинном ситцевом платье и с пластиковой сумкой, но остановить темноволосую девушку, вихрем ворвавшуюся в квартиру, было невозможно.
– Куда в уличной обуви по чистому полу? – раздалось уже ей вслед, но она, даже не обернувшись, пропела на бегу:
– Не волнуйся, бабуля! Я позже протру пол, а сейчас пить хочу – просто умираю!
Влетев на кухню, девушка открыла холодильник, поспешно и немного неаккуратно, забрызгав столешницу, налила в стакан воду из-под крана. Торопливо и жадно выпила, и только потом опустилась на стул и стала расстёгивать босоножки.
Сидевшая за столом молодая женщина закрыла журнал и поинтересовалась:
– Чего это ты такая счастливая, Ирка?
– Оля, ты представляешь, мне сейчас Сашка сказал, что как только он из армии вернётся, мы сразу и поженимся! Как раз и я совершеннолетней к этому времени стану. Ура!
Брюнетка вскочила, снова налила себе воды и в несколько глотков опустошила стакан, предварительно шутливо отсалютовав им сестре.
Ольга улыбнулась и попробовала мягко опустить витающую в небесах Иру обратно на грешную землю:
– Ты что уже о свадебном платье и всём прочем мечтаешь? Рановато, как мне кажется! Сашка языком сболтнул, а ты уши развесила, да? Ну и наивная ты, Ирка! Мало того, что его ещё и не призвали, и вы ещё можете и поссориться, так и за 2 года что угодно может произойти. Например, вдали от дома встретит твой Саня ненаглядный какую-нибудь кралю, а про своё обещание на тебе жениться и думать позабудет!
– Ни за что! Он меня любит! – Выкрикнула Ирина, и для убедительности даже топнула босой ногой.
– Ладно! – примирительно согласилась Оля. – Пусть так. Только не нервничай! Давай к готовке приступать, а то бабушка вернётся поздно, к какой-то знакомой поехала в больницу.
***
После ужина Ира, не в силах сдерживать переполняющее её счастье, поделилась новостью с остальными домочадцами.
Бабушка поправила платочек и заворчала:
– Не дело это ты задумала, Ира. Не следует поперёд старшей замуж выскакивать, а то ей путь перекроешь.
Оля отмахнулась:
– Ерунда это всё! Я замуж не тороплюсь, так что с превеликим удовольствием уступлю право первенства Ирке.
Папа нахмурил густые брови:
– Что, неужели получше никого не могла выбрать? У всех Выползовых характер – дрянь. Мужики у них ненадёжные, скользкие, за выгоду постоянно цепляющиеся. И Санёк в их породу, даром что его мать одна с 7 лет воспитывает, жилы себе надрывает.
– Нет, папа. Саша – не такой. Он умный, честный, заботливый, – Ира говорила, и из её карих глаз катились прозрачные слёзы, – мы с ним обязательно поженимся, когда мне 18 будет, а он из армии вернётся.
Мама заневестившейся дочери взяла мужа, который хотел добавить что-то резкое, за руку, словно стараясь успокоить его, и примирительно подытожила:
– Ты, Ирочка, не спеши строить иллюзии. Вот как официально Саша посватается, твоей руки у нас попросит, так мы и поговорим серьёзно, а пока что: нечего бежать впереди паровоза.
Ира смахнула слёзы, мотнула головой, фыркнула, как норовистая лошадь, сузила глаза, отчего ярко выделились некоторые черты, доставшиеся женщинам её рода после татаро-монгольского иго, и сообщила:
– Какое может быть сватовство? 20 век скоро кончится, а у тебя, мама, какая-то ветхозаветная ерунда в голове. Просить руку и сердце, наряженную куклу на капот сажать, свадьбу устраивать такую, чтобы малознакомую родню накормить и напоить. Дичь, да и только!
– Молчи, соплячка! – рявкнул отец, и Оля, приобняв младшую сестру за плечи, поспешила увести её из кухни, предчувствуя, что разговор может завершиться скандалом и острым запахом бабушкиного лекарства.
***
– Ирка, чего ты в бутылку-то полезла? Знаешь же, что папка за традиции держится. Стояла бы и кивала, а ты разошлась: то тебе не то, и это – не это! – беззлобно отчитывала Оля Иру. – А вообще, мама права. Сашка, как минимум, должен был вместе с тобой эту сногсшибательную новость сообщать, а не перекладывать всё на твои плечи.
Ирина только хлюпала носом, не отвечая на упрёки сестры.
Вечером бабушка, улучив момент, когда Ира была в комнате одна, вошла, погладила внучку по голове и посоветовала:
– Ты только этому хлыщу не отдавайся, а то есть такие хитрецы, что просят наивных простушек доказать им любовь, а потом – шнырь в кусты. Береги честь смолоду!
– Ой, бабуля, – покраснела Ира, – помню я эту поговорку. Ты её Ольке всё время повторяешь.
– Вот и помни, и будь умницей, – попросила бабушка и вздохнула. – Отец-то твой прав. Он, когда в твою мамку влюбился, ко мне и к твоему деду покойному, Царство ему небесное, с подарками и родителями пришёл. Всё по-честному обговорили. Откровенно сказать, не о таком зяте я мечтала. Не такого мужа хотела для единственной поздней дочери, но этот его смелый поступок меня смягчил. Время показало, что Дима отличным мужем и отцом оказался.
***
Дни до осеннего призыва пролетели в один миг, но Саша так и не нашёл времени или не посчитал нужным прийти в гости к родным Ирины. Девушка плакала на проводах любимого, но наедине остаться им так и не позволила строгая Ольга, которая навязалась в компанию к младшей сестре.
Стали летать письма от Иры к солдату и обратно. Александр лаконично сообщал, что очень скучает и просил его верно ждать. Ирина отвечала обстоятельно, подробно рассказывая новости. Как будто, выводя буковки, говорила с любимым, а каждое своё послание завершала сентиментальной фразой «Я буду ждать тебя всю жизнь».
Ближе к декабрю Ирина получила письмо, в котором Саша поздравлял её с приближением Нового года, и намекнул, что его могут отправить в «горячую точку». Снова и снова она перечитывала пугающие фразы «Наверное, следующее письмо отправлю не скоро. Намечается жара», и страх вполз в мысли мерзкой змеёй. Ирина между строк увидела угрозу общему совместному счастью, и ревела до тех пор, пока домой не вернулись бабушка и старшая сестра.
– Ой, никак, Иришку кто-то обидел, – запричитала старушка, хватаясь за сердце.
Оля догадалась бегло прочитать Сашино письмо, орошённое слезами сестры, и перевела её всхлипывания в понятное объяснение:
– Она за Сашку своего боится.
Вдвоём родственницы кое-как успокоили Иру, но после вечернего выпуска новостей по телевизору девушка снова расплакалась.
– Нечего слёзы лить по Сашке, – грубо высказался глава семейства. – Такие овны как Выползовы, ни в воде не тонут, нив огне не горят. Вернётся твой Санёк, хоть бы ему сгинуть.
Девушка ужасно боялась, что и её ненаглядного Сашу привезут в «цинке», как парня из соседнего подъезда, но всё обошлось. Может, жаркие Ирины молитвы его защитили, может, просто удачливым он был, но, хотя последние полгода службы писем от него не приходило, вернулся в родной город Саша целым и невредимым.
***
Увидев любимого, как будто даже ставшего шире в плечах и выше ростом, девушка побежала к нему, позабыв и про мозоль от новых босоножек, и про девичью гордость. Ира думала, что Саша подхватит её, закружит, обнимет, но он только сухо поздоровался.
– Сашка, ты что, меня не узнал, что ли? – Спросила девушка, обвив руки вокруг шеи парня. – Я всего лишь косу обрезала и сделала стрижку. Мне все говорят, что мне идёт.
– Идёт, – повторил Саша как эхо, и таким родным Ире голосом сообщил: – Мне надо тебе кое-что сказать.
– Говори.
– Я… Ну, в общем, я женюсь через месяц, – Саша снял со своей шеи руки девушки, а она, всё ещё не замечая подвоха, кокетливо ответила, заглядывая в глаза:
– Так-то я в курсе. Я уже узнавала: сегодня ЗАГС не работает, а завтра открывается в 9 часов. Вот к открытию и пойдём. Ты за мной зайдёшь или на углу около магазина встретимся?
Отстранённое поведение Саши и взгляд в сторону, наконец, остудили пыл Ирины и она уточнила:
– Подожди-ка. То есть, ты не на мне жениться собираешься?
Парень кивнул, и Ирина, развернувшись, пошла домой, не получив ответ на заданный вопрос:
– За что ты так со мной, Саша?
Девушка не помнила, как дошла до квартиры, как, действуя словно по чьей-то злой воле, достала из буфета бабушкины «сердечные» таблетки. Белые кругляшки на ладони из-за слёз, застилающих глаза, словно оживали и плясали на ладони. Ирина проглотила их, запила водой и вскоре комната вокруг стала кружиться в странном танце, глаза стали смыкаться и спасительная темнота вытеснила воспоминания о Саше, ставшим вмиг чужим женихом.
***
Из небытия Иру вытащил голос сестры, которая хлопала её по щекам, а потом приказала пить противную жидкость, а потом по ресторанному методу совать два пальца в рот.
Оля отчаянно боролась за жизнь Иры, и когда та, бледная, со спутанными мокрыми волосами, сидела под пуховым одеялом, влепила ей пощёчину:
– Дура, ты чего выдумала? Ты бы своим поступком и маму, и бабушку бы убила точно, а по папе нанесла бы такой удар, от которого и не оправиться. Почему ты ни про них, ни про меня не подумала? Эгоистка! Не стыдно тебе?
Ира извинилась и уснула, и Ольга сохранила страшную тайну сестры, ни разу не напомнив про неудавшийся побег из мира живых.
***
Саша уехал в столицу, на родину жены, а потом, как любящий благодарный сын, и маму свою перевёз к себе из провинции. Жизнь продолжалась, но Ира не видела в ней радости.
Оля собралась замуж, а младшая сестра, помогая в организации праздника, иногда, думая, что никто не замечает, вздыхала о своей несостоявшейся свадьбе.
– Всё правильно, Ира, – подбодряла внучку бабушка. – Оля должна была первой выйти замуж. Теперь и ты можешь присматривать себе женишка хорошего, чтобы и мне понравился.
– Нет, бабушка. Никого мне присматривать не требуется. Я Сашу буду ждать!
– Потратишь свою жизнь на ожидание, а в ответ ничегошеньки не получишь. Разве что от мёртвого осла уши и дырку от бублика на шею, вроде как медаль, – постоянно ворчала Оля, и ей, пытаясь образумить Иру, вторили мама и бабушка.
В итоге девушка смирилась. Убрала со стола фото Саши, научилась делать вид, что знать ничего не желает про свою первую любовь, и неизменно меняла тему беседы, если кто-нибудь рассказывал о жизни Выползова. Слишком больно было слышать, как он пытается стать в столице важным человеком.
Несколько попыток завязать отношения с парнями завершались расставаниями, ведь в глубине души Ира продолжала ждать Сашу, и он, как чёртик из табакерки, объявился через 28 лет после своего отъезда.
***
– Я к тебе,– улыбнулся мужчина, встретив Ирину перед подъездом, и привычным жестом пригладил остатки былой роскошной шевелюры, – соскучился я по тебе. Просто сил нет. Вот и приехал. Понял, что ошибся много лет назад и хочу всё исправить.
Ольга, узнав о том, что её сестра впустила в свою жизнь Выползова, громко кричала в телефон:
– Ирка, ты – дура! Гони вон этого предателя! Мало ты из-за него страдала?
– Оля, я же его всю жизнь ждала. Я же знала, что он одумается и вернётся ко мне!
– У тебя какая-то болезненная привязанность к этому Сашке. Тебе лечиться надо. Так, всё, жди в гости.
Оля пыталась достучаться до здравого смысла сестры, но Ира была глуха ко всем аргументам. Саша тоже реагировал на старшую сестру любимой как на досадливую муху, и в ответ на её нападки пытался вызвать чувство вины:
– Не пойму, почему ты отказываешь своей сестре в праве на счастье? Завидки берут, что ли?
Вопреки наставлениям Оли, Ира поселила Сашу у себя и наслаждалась близостью любимого человека, с которым так долго была разлучена.
Мужчина же вёл себя как дорогой гость, и принимал обожание как должное. Через месяц после своего появления он поставил Иру перед фактом:
– Мой сын сегодня будет в городе проездом. Познакомиться хочет с женщиной, на которой я хочу жениться. Так что, будь добра, приготовь что-нибудь поторжественнее.
Отдав распоряжение, Александр сел на диван и включил телевизор, а Ира вдруг поняла, что вскользь оброненное обещание пожениться её уже совсем не воодушевляет, и спросила:
– То есть, ты помочь мне не хочешь?
Саша искренне удивился:
– А чем я могу помочь? Да я же всё не так сделаю. Ты же сама не рада будешь, что привлекла меня.
– Почему же? Очень даже буду рада. Тем более что к нам твой сын приезжает. Очень даже справедливо, если ты и в подготовке поучаствуешь.
– Ну, ладно! – С видом человека, обречённого на казнь, Александр выключил телевизор, поднялся с дивана и спросил: – Что делать надо?
– Почисть, пожалуйста, картошку. На кухне есть телевизор. Так что ты сможешь сочетать приятное с полезным.
Ира принялась за уборку, но вскоре из кухни раздался громкий крик, заглушающий даже рёв почтенного, ещё советского, пылесоса, и женщина поспешила узнать, что произошло.
Саша даже с какой-то гордостью продемонстрировал порезанный палец, и словно укорил Иру, которая уже поспешно доставала аптечку:
– Вот видишь: от моей неуклюжей помощи тебе только хлопот больше.
С забинтованным пальцем и осознанием своей правоты Саша вернулся на диван, а Ира, оглядевшись, вдруг приняла неожиданное решение. Встав между любимым и экраном телевизора, она скомандовала:
– Заказывай столик в любом ресторане на свой выбор. Там с твоим сыном и встретимся. Поверь, знакомство на нейтральной территории будет оптимальным вариантом.
– Так комнату для него всё равно надо приготовить.
– Так он же проездом.
– Да, но Виталик планировал несколько дней город моей молодости посмотреть. Не в гостиницу же его отправлять. Неправильно это!
– Думаю, Виталию и самому в гостинице будет удобнее, – возразила Ира.
Саша пытался спорить, но женщина была непреклонна. Виталий, хмурый парень, нисколько не похожий на отца, смотрел на Иру исподлобья, и сразу после ужина сообщил, что он едет дальше без экскурсии по малой родине отца.
– Вот видишь, из-за твоего упрямства я сыну не покажу ничего из того, что запланировал, – отчитывал Саша Ирину, – Виталик как узнал, что ты его у себя в квартире не желаешь видеть, сразу изменил планы.
– Я не понимаю, почему мой отказ его так обидел. Сейчас совершенно нормально, когда иногородние гости устраиваются в специальных заведениях, а не стесняют хозяев и не пытаются подстроиться под чужие правила.
– Нет в это ничего нормального! – возмущался Саша. – Ты моего сына отказалась принять просто, чтобы мне насолить.
– Не говори глупости!
Ирина смотрела в глаза Саши и не чувствовала ничего, кроме раздражения.
После этого отношения между ними треснули, как пересохшая земля. Воспоминаний о первой любви оказалось явно недостаточно для того, чтобы стать единым целым, и, не выдержав, женщина попросила:
– Собери свои вещи, Саша, и освободи мою квартиру. Ничего у нас не получается.
– То есть, ты меня гонишь? Вот это непостоянство! Ты же обещала ждать меня всю жизнь!
Ирине стало даже смешно, и она ответила:
– Да, Александр, я обещала. И ты, кстати, тоже много чего обещал: и пожениться, и дом с балкончиком построить, но ничего не выполнил. А я вот, в отличие от тебя, слово сдержала. Дождалась тебя и из армии, и из отношений с другой женщиной. И теперь понимаю, что зря. Как моя сестра, мама и бабушка предсказывали, я потратила почти всю жизнь на ожидание, а получила в итоге пшик.
– Ты ещё пожалеешь, – ворчал Саша, складывая свои вещи, – всё-таки, тебе уже далеко не 16, и вряд ли получится найти дурака, который на тебе женится.
– Хватит, Саша. Не порти окончательно свой образ, который я придумала. Иди, и ключи оставь, пожалуйста.
– А я и уйду, – Саша пригладил остатки волос, красуясь, – только ты так и останешься старой девой. Подберёшь себе парочку вонючих блохастых котов, и будешь за ними лоточки мыть.
Ира не стала отвечать и закрыла дверь за прошлым. Оля поддерживала младшую сестру, как могла, костерила Сашу как могла, но отчасти он, как ни удивительно, оказался прав.
В промозглый осенний вечер, срывавший позолоченную листву с деревьев, Ира подобрала возле мусорных контейнеров парочку несчастных существ, но не котят, а щенков, да и оставила их у себя. Благодаря питомцам, выгуливать которых приходилось дважды в день, она сблизилась с одним из соседей, Максимом Андреевичем. Раньше они только возле подъезда и на собрании жильцов пересекалась, а потом совместные прогулки стали для них настоящей необходимостью, и Ирина согласилась выйти за Максима замуж.
Незадолго до свадьбы Александр пытался вернуться к Ирине, напоминая про её обещание, но женщина с улыбкой ответила:
– Я обещала тебя ждать в прошлой жизни, а у меня уже новая началась. Жаль, конечно, что поздновато, но я постараюсь больше ни дня не потерять. У меня больше нет такой роскоши!
---
Автор: Любовь Л.