В небольшом, провинциальном городке, где каждый знал соседа по имени, а двери на ночь закрывались лишь формально, жил человек по имени Алексей. Он не выделялся из толпы. Работал в автосервисе — надёжный мастер, способный починить старый "Жигуль" так, будто тот только сошёл с конвейера. Улыбался прохожим, помогал соседям тащить мешки с картошкой и иногда покупал детям конфеты в магазине «у дома». Типичный мужчина за сорок, ничем не примечательный — именно такие люди никогда не вызывают подозрений.
Но у Алексея была тайна.
Он вырос в семье, где о любви знали разве что по телевизору. Его мать чаще кричала, чем говорила, отец либо пил, либо молчал. Когда ему исполнилось пятнадцать, их машина врезалась в грузовик на скользкой трассе. Родители погибли на месте, а Алексей остался сиротой. Его забрал на воспитание дядя — угрюмый, жестокий человек, который считал силу единственным языком воспитания.
Изломанный детством, Алексей замкнулся в себе. Он перестал чувствовать. Перестал доверять. Он наблюдал. За счастливыми лицами. За теми, кто смеялся, кто держался за руки, кто жил так, как ему не довелось. И в нём зрела ненависть. Она не пылала — нет. Она копилась медленно, капля за каплей, словно яд. Он учился быть незаметным, нормальным. Но в глубине души он был другим.
Однажды поздней осенью, возвращаясь домой после смены, Алексей заметил девушку. Молодая, весёлая, смеющаяся в телефон. Она шла по узкой улице, едва освещённой редкими фонарями. Надя. Её звали Надя. Она только что пришла с вечеринки и вдыхала прохладный воздух с такой радостью, что у Алексея пересохло во рту.
Он шёл за ней. Не спеша. Просто смотрел. Она свернула за угол — и растворилась во тьме.
С той ночи она стала его идеалом. Он узнал, где она живёт. Начал наблюдать. Подмечал, во сколько она выходит, с кем говорит, где работает. Её жизнь — беззаботная, лёгкая — раздражала и завораживала одновременно. Он хотел быть частью этого мира. Нет, не участником — хозяином.
И он стал готовиться.
Прошла неделя. Вечером, когда Надя возвращалась домой, она свернула в узкий переулок — короткий путь к дому. Алексей уже ждал. Он надел маску и перчатки. Подошёл тихо. Схватил резко. Она не успела закричать. Удар. Потемнело. Он унёс её на склад, заброшенный и всеми забытый, на окраине города.
Когда она очнулась, была связана. Алексей сидел рядом. Смотрел на неё, не моргая.
Ты будешь моей, — сказал он спокойно. — Не игрушкой. Моим отражением.
Он говорил ей о своём детстве, о боли, о сломанной жизни. В его голосе не было ни капли жалости. Только холодное принятие.
Он не кричал. Не истерил. Но каждое его движение было точным, выверенным, как у хирурга. Или мясника.
Надя пыталась понять, что ему нужно. Пыталась уговорить, пробовала шантажировать, обещала всё, что угодно. Но Алексей просто наблюдал. Она была живой куклой, эмоциональным зеркалом, в котором он видел себя.
Сначала он просто разговаривал. Потом — начал «испытывать» её.
Избивал — чтобы почувствовать власть. Лишал сна — чтобы сломать волю. В один из вечеров она нашла кусок стекла и спрятала его. Когда он заснул на несколько минут, она попыталась нанести удар. Но он проснулся.
Снова избил.
Она перестала быть человеком. Стала объектом.
Через пару дней он принёс пассатижи.
У тебя слишком красивые ногти, — тихо сказал он.
Она кричала. Теряла сознание. Очнувшись, кричала снова. Алексей слушал, как музыку. Закрывал глаза, будто наслаждался арией.
На следующий день он смотрел ей в глаза.
Таких глаз нельзя показывать никому, — сказал он.
Нагрел гвоздь на старой горелке. Она зажмурилась. Пыталась отползти. Но была привязана.
Когда металл коснулся кожи, она уже не кричала. Слишком глубоко. Задел мозг.
Он встал. Посмотрел на неё.
Сломалась, — сказал Алексей и вышел.
Через несколько дней соседи начали беспокоиться. Надя не выходила на связь. Друзья заволновались. Полиция начала поиски. СМИ подхватили волну — красивая девушка исчезла в спальном районе.
Но улик не было. Следов — тоже. Только спустя неделю полиция заглянула в старый склад. На стенах — слова, выведенные кровью:
Сломанные игрушки — мусор.
Тело Нади не нашли. Алексей исчез. Исчез, как будто его и не было. Ни в квартире, ни на работе — никаких следов.
Но через несколько месяцев в другом городе — похожее исчезновение. Девушка пропала по дороге домой. Снова — никаких зацепок. Только слухи.
Алексей не ушёл. Он просто стал другим. Сменил имя. Стал соседом. Тем самым, что вежливо здоровается и даёт зарядку для телефона.
И может быть, он уже рядом.
А вы даже не подозреваете, что он уже выбрал свою следующую игрушку.