Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

Чувство безопасности в мире тревоги

Как почувствовать себя в безопасности, если мир небезопасен, а в детстве не было никого, кто мог бы защитить? Некоторые дети растут с ощущением, что кто-то рядом держит их за руку, даже когда страшно, даже когда больно. Им объясняют, что страхи временны, что слезы можно вытереть, что есть взрослые, которые защитят, и к которым можно прийти, если станет слишком тяжело. У них в теле появляется опыт, если случается беда, кто-то обязательно придет, накроет пледом, прижмет к себе, скажет, что все будет не идеально, но ты не один. А у других детей такого опыта не было. Были тревога, неопределенность, одиночество, ощущение, что опасность может прийти откуда угодно, снаружи, изнутри, от тех, кто вроде бы должен был заботиться. В таких домах взрослые могли быть холодными, пугающими, равнодушными или просто занятыми своими собственными травмами. И тогда выучивается совсем другое, нельзя расслабляться, нельзя плакать, нельзя показывать слабость, нельзя быть собой. Только напряжение спасает. Тольк

Как почувствовать себя в безопасности, если мир небезопасен, а в детстве не было никого, кто мог бы защитить?

Некоторые дети растут с ощущением, что кто-то рядом держит их за руку, даже когда страшно, даже когда больно. Им объясняют, что страхи временны, что слезы можно вытереть, что есть взрослые, которые защитят, и к которым можно прийти, если станет слишком тяжело. У них в теле появляется опыт, если случается беда, кто-то обязательно придет, накроет пледом, прижмет к себе, скажет, что все будет не идеально, но ты не один.

А у других детей такого опыта не было. Были тревога, неопределенность, одиночество, ощущение, что опасность может прийти откуда угодно, снаружи, изнутри, от тех, кто вроде бы должен был заботиться. В таких домах взрослые могли быть холодными, пугающими, равнодушными или просто занятыми своими собственными травмами. И тогда выучивается совсем другое, нельзя расслабляться, нельзя плакать, нельзя показывать слабость, нельзя быть собой. Только напряжение спасает. Только контроль.

И когда такие дети вырастают, они становятся взрослыми, которые умеют справляться, контролировать, предсказывать, спасать других, но не умеют чувствовать себя в безопасности. Даже если сейчас рядом есть надежный человек, даже если финансово все стабильно, даже если никто больше не кричит, не бросает и не исчезает, тело все равно живет так, будто угроза вот-вот нагрянет. Потому что безопасность — это не логика, не рациональная оценка внешней ситуации, а телесный, ранний, пропитанный доверием опыт: я не один, я могу быть уязвимым и остаться живым.

Но что делать, если у тебя такого опыта не было?

Как создать его самому себе, когда в нужный момент никто не дал опоры, не показал, как это — жить в мире, в котором ты не должен быть в постоянной боевой готовности?

Безопасность — это не отсутствие угроз, а наличие способов с ними справляться.

Одна из самых разрушительных иллюзий — это идея, будто когда-нибудь все станет спокойно, мир выровняется, и только тогда можно будет расслабиться и почувствовать себя в порядке. Но правда в том, что мир никогда не будет полностью безопасным. Всегда будут перемены, потери, болезни, неопределенность. Безопасность — это не отсутствие опасности, а ощущение, что внутри меня есть кто-то, кто справится, кто выдержит, кто примет решение, кто в случае чего защитит.

Когда внутри тебя нет этой фигуры, внутреннего надежного взрослого, ты или цепляешься за других (в надежде, что они выдержат за тебя), или замыкаешься, делая ставку только на себя и контроль. Но и то, и другое не дает настоящего чувства устойчивости. Его можно построить только если шаг за шагом учиться быть рядом с собой, не обесценивать, не торопиться, не отмахиваться от боли, а замечать ее, признавать и задавать себе главный вопрос, что я могу сделать сейчас, чтобы позаботиться о себе?

Безопасность живет в теле, а не в мыслях.

Можно тысячу раз говорить себе, что все хорошо, что опасность миновала, что в этой комнате нет ничего угрожающего. Но если тело зажато, дыхание поверхностное, в груди пусто, а в животе тревожно, ты все равно будешь ощущать мир как враждебный. Безопасность начинается не с мыслей, а с того, чтобы вернуть телу опыт расслабления, замедления, тишины, присутствия.

Это может быть очень непросто, особенно если привычка всегда быть на чеку стала твоей второй кожей. Но это возможно, если начинать с малого. Замедлиться. Обратить внимание на то, как ты сидишь. Почувствовать опору под ногами. Сделать выдох. Положить руку себе на грудь и просто побыть с этим касанием. Не убеждать себя, что все хорошо, а сказать: я с собой, я себя слышу, я не оставлю.

Иногда самое важное — это разрешить себе не торопиться. Остановиться. Не делать. Не спасать. Не держать лицо. Просто быть.

Безопасность восстанавливается через отношения

Когда тебя предали, оставили или не услышали в детстве, доверие становится пугающим. Кажется, что полагаться на кого-то опасно. Что если ты расслабишься обязательно последует удар. Что если покажешь себя настоящего тебя отвергнут. И именно поэтому работа с безопасностью невозможна в одиночестве. Она требует другого человека, с которым ты можешь шаг за шагом пробовать новый опыт: быть уязвимым и не быть отвергнутым, быть нуждающимся и не быть униженным, быть растерянным и не быть обвиненным.

Это не про идеальные отношения. Это про достаточную надежность. Про людей, которые не пугаются твоей боли, которые умеют оставаться рядом, которые не обесценивают и не торопят. Иногда это бывает в терапии. Иногда в дружбе. Иногда в любви. И это всегда страшно, потому что доверие обжигает, особенно если обжигался раньше. Но через это доверие возвращается ощущение, что ты не один, и что рядом может быть кто-то, кто тебя не разрушит, даже когда тебе плохо.

Безопасность — это внутренний взрослый, который появляется не сразу

Если в детстве не было того, кто сказал: я рядом, ты не один, я справлюсь вместе с тобой, тебе придется научиться говорить это себе самому. Это и есть тот самый внутренний взрослый, которого не было, но которого можно вырастить. Не за один раз, не одной книгой или техникой. А через многократное, настойчивое, бережное возвращение к себе, особенно тогда, когда больно, стыдно, тревожно, одиноко.

Иногда этот внутренний взрослый рождается в кабинете у терапевта, в пространстве, где ты можешь прожить свои эмоции, не получив за это удара. Иногда в письмах к себе. В практиках самосострадания. В тех моментах, когда ты выбираешь не наорать на себя за ошибку, а поддержать. Не подавить тревогу, а признать. Не сжаться, а остаться с собой. И со временем ты начинаешь чувствовать, что во мне есть кто-то, кто остается. Кто не бросит. Кто выдержит. Кто заботится. И этот кто-то — ты сам.

Мир действительно небезопасен. И прошлое действительно было несправедливым. Но у тебя есть право строить сейчас такую внутреннюю среду, в которой можно жить не в постоянной тревоге, не в ожидании угрозы, а в контакте с собой. Это не будет ощущением абсолютной безопасности, скорее, это будет тихое знание, что что бы ни случилось, я с собой, и я не оставлю себя одного.

Автор: Буранова Инга Андреевна
Психолог, Экзистенциальный психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru