То, что Игорь ей неверен, Ника заподозрила находясь в декрете. Сначала это было что-то необъяснимое, на уровне подсознания. Что-то изменилось в его взгляде, интонации, жестах. Тогда Ника решила, что она просто засиделась дома и просто выдумывает, накручивает себя.
Однако странности продолжались. Достаточно равнодушный к одежде Игорь вдруг начал придирчиво перебирать рубашки и даже сам поехал в магазин купить новые брюки. Это было очень странно, потому что обычно его приходилось тащить за покупками чуть ли не за руку, да и то только тогда, когда старые вещи подходили уже либо для пугала, либо для мытья полов, а не для того, чтобы их носил молодой симпатичный мужчина.
И парфюм. Раньше один малекий флакон расходовался чуть ли не за два года, теперь же Игорь использовал его ежедневно. Кроме выходных.
"Уж не завел ли он себе кого-то на работе?" - думала Ника и даже поделилась сомнениями с мамой. -" Ерунда какая, - отмахнулась мама, - Ну начал мужик за собой следить, так радуйся. Тебе больше времени на ребёнка останется. "
И снова Ника на время успокоилась. А очень скоро звоночки стали превращаться в звонки. Игорь внезапно стал задерживаться на работе и ездить в командировки, причем, в такие места, где практически нет интернета и ужасное качество мобильной связи, поэтому звонить мог только он, чуть ли не забравшись для этого на дерево.
Одновременно с этим начали придирки к самой Нике. Выяснилось, что она готовит слишком пресную пищу, а надо готовить острую. И вообще, надо придумывать что-то новенькое в меню, что-то сложносочиненное, что готовится часа четыре, а съедается за один присест.
Внешность Ники тоже перестала нравиться мужу. Его раздражали ее длинные волосы, которые она собирала в хвост или пучок, когда занималась ребёнком или домашними делами. Игорь считал, что нужно находить время на красивую укладку. А ещё лучше перекраситься в блондинку - это очень омолаживает. В идеале неплохо было бы и грудь увеличить, а талию уменьшить сантиметров на десять. "Ты просто Барби описываешь," - пошутила Ника, но Игорь лишь поджал губы и уткнулся телефон.
Через месяц в компании был корпоратив и, рассматривая фото с него, Ника лишь горько улыбалась. "Барби" действительно была. Вот же она - почти на всех фотографиях рядом с Игорем.
"Глупости! - возмутился муж, - Тебе кажется и мерещится всякая чушь! Не накручивай себя!"
А Ника не могла остановиться. Вот легкий аромат духов от пиджака мужа. Вот едва видимый след помады на рубашке. А почему он все чаще отказывается ужинать дома, хотя она постаралась учесть его пожелания? Не голоден. Очень странно. Очень и очень странно.
На телефоне Игоря появилась блокировка, которую можно было снять только отпечатком его пальца, а сам телефон теперь всегда лежал экраном вниз. Зато каждый вечер Игорь закрывался на кухне и с кем-то долго разговаривала телефону. "Это по работе, - резко отвечал он Нике, - И срочно!" Срочно. Каждый вечер. В десять часов. И снова та же отговорка - тебе кажется.
"Не выноси мне мозг! - злился Игорь. - Ты меня из чужой постели вытаскивала? Или видела кого-то в нашей? Всё. Чтобы я больше про эти твои фантазии не слышал!"
И Ника поняла, что ей надо или разводиться, или действительно перестать думать об этом. Доказать она, и правда, ничего не могла. Подумав и поразмыслив, Ника решила оставить все как есть. Рушить семью из-за подозрений - верх глупости.
К этому времени дочка подросла, и ей дали место в детском садике. Сначала, правда, на полдня, но уже и это было неплохо. У Ники появилось время для себя. Она снова занялась йогой, много читала, начала опять интересоваться модой в одежде и макияже. Скоро выходить на работу. Думать о своих подозрениях времени совсем не оставалось.
Ника вышла на работу и внезапно они с Игорем поменялись ролями. Теперь он с пристрастием допрашивал ее, почему она задержалась на работе и устраивал скандал, если ей звонили коллеги вечером, хотя Ника общалась с ними прямо в комнате, не за закрытой дверью, да и разговор обычно занимал две-три минуты.
Игорь ревновал. А Ника его успокаивала, клялась, что на работе она исключительноработает, что ему кажется, и он себя накрутил. Она не злилась на него, потому что сама прошла все это, понимала его чувства и старалась успокоить. И уж теперь-то сомнений у нее никаких не осталось: тогда она действительно накручивала себя, как сейчас накручивает Игорь. На пустом месте. "Как же хорошо, что я тогда не стала пороть горячку и не подала на развод!" - думала она с улыбкой.
А через полгода Игоря вызвали в суд по делу об установлении отцовства и назначении алиментов. Истицей была та самая "Барби" с работы.