Фейгин Б.Л. являлся собственником квартиры, которую по договору купли-продажи передал Левинской А.Б. При заключении договора Левинская А.Б. обратилась с просьбой предоставить ей отсрочку оплаты на три года без указания в договоре пункта о наличии обременения на квартиру, на что истец согласился. После этого Фейгин Б.Л. подписал акт приема-передачи имущества и предоставил документы на государственную регистрацию перехода права собственности.
Левинская А.Б., в свою очередь, спустя непродолжительное время продала спорную квартиру семейной паре по цене ниже рыночной стоимости.
Однако свои обязательства по выплате денежных средств Левинская А.Б. не исполнила и после истечения трех лет отказала Фейгину Б.Л. в уплате долга, сославшись на отсутствие денежных средств.
По приговору Одинцовского городского суда Московской области Левинская А.Б. признана виновной в совершении мошенничества, то есть приобретении права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ).
Фейгин Б.Л. обратился в суд с иском к Левинской А.Б. и новым собственникам спорной квартиры о признании недействительным договора купли-продажи и об истребовании квартиры из чужого незаконного владения, признании за Фейгиным Б.Л. права собственности на нее.
Суд первой инстанции удовлетворил иск, установив, что право собственности на спорную квартиру приобретено ответчиком Левинской А.Б. в результате совершения преступления, таким образом, квартира выбыла из собственности истца помимо его воли. Суд пришел к выводу, что договор купли-продажи квартиры, заключенный между Фейгиным Б.Л. и Левинской А.Б., является недействительной сделкой в связи с тем, что его заключение явилось способом совершения мошенничества.
Суд апелляционной инстанции не согласился с решением суда первой инстанции, поскольку все действия истца, которые он совершал при заключении оспариваемого договора купли-продажи, свидетельствуют о наличии его воли на отчуждение спорной квартиры, которая была передана Левинской А.Б. фактически без оплаты по договоренности об отсрочке, но покупатель обманула истца, не оплатила стоимость квартиры, за что привлечена к уголовной ответственности.
Фейгин Б.Л. сам допустил регистрацию перехода права собственности квартиры Левинской А.Б. без соответствующий указаний в ЕГРН сведений о наличии обременения, ввел в заблуждение последующих приобретателей квартиры.
Выбытие квартиры из владения истца является следствием его конкретных действий, направленных на передачу имущества в связи с заключением договора купли-продажи. При этом невыплата собственнику денежных средств от продажи имущества лицом, которому собственник его продал, само по себе не может свидетельствовать, что это имущество выбыло из владения собственника помимо его воли.
Суд апелляционной инстанции принял новое решение по делу, отказав в удовлетворении исковых требований истца.
Первый кассационный суд общей юрисдикции оставил без изменения апелляционное определение, поскольку, с учетом установленных по делу обстоятельств, оснований полагать, что спорное имущество выбыло из владения собственника Фейгина Б.Л. помимо его воли, не имеется.
Наличие у истца денежного требования к лицу, которое не исполнило своих обязательств по договору купли-продажи и не имело изначально намерения передать ему сумму за проданную квартиру, само по себе не является основанием для вывода о выбытии имущества из владения истца помимо его воли.
С мотивированным текстом кассационного определения (дело № 88-18091/2025) можно ознакомиться после его опубликования.
Спасибо за прочтение! Не забудьте подписаться на наш канал и первыми получайте новости о деятельности суда.