— Скажи мне вот ещё что, Марьяна… Лиза — моя дочь, так ведь?
Мы встретились глазами.
На секунду я растерялась.
От лица отхлынула кровь.
Как он мог узнать?
Он так резко перескочил с темы объектов строительства, что я встала в ступор.
— Её отец — другой мужчина, — ответила я, кое-как справившись с собой. Нельзя показывать истинные эмоции, иначе он поймёт, что прав. А я бы не хотела, чтобы он всё узнал. — В документах ребёнка отцом значится он.
— Но тест-ДНК покажет, что отец — я. Так ведь?
Да. Так.
Когда я узнала о беременности, долго думала и решила сообщить всё-таки папочке о таком счастье. Однако дозвониться я не смогла — старые номера не отвечали, а новых у меня просто не было. Я нашла только номер его конторы, в которой он стал трудиться после переезда заграницу, мне пообещали сообщить Максиму, что я звонила и просила связаться со мной. Но Малинин этого не сделал.
Я поняла, что он просто уехал и вычеркнул меня из своей жизни. И его не волнует, что одна проведённая с ним ночь могла иметь последствия… А она имела.
Я родила дочь. От него. Но только вписала в свидетельство совершенно другого мужчину, который согласился мне помочь в этом вопросе. Иначе отцом по умолчанию вписали бы Максима. Мы были женаты — недолго и фиктивно, и по закону отцом ребёнка автоматически записывают бывшего мужа даже после развода в течение года.
Поэтому я договорилась с другом и вписала его имя в документы дочери.
Таким образом она не имеет юридически никакого отношения к Максиму.
Я полагала, что Лиза никогда не доставит хлопот Малинину, ведь он даже не знает о её рождении, и уж точно никогда не станет её искать… Но вышло всё иначе.
Если тест будет проведён, то отцовство Максима будет однозначное.
Но откуда у него такая информация? Неужто сам додумался до этого?
И зачем ему в принципе это знать? Он этого ребёнка не знает совсем, она ему чужая, как и Максим — Лизе.
— Да с чего ты это взял, Максим? — спросила я, всё ещё стараясь не терять лица и играть изумление, смешанное с искренним непониманием.
— У твоей подружки на корпоративе язык развязался, — ответил он, глядя на меня, не мигая. — И она рассказала, что ты сама и сообщила ей о беременности пять лет назад. И утверждала, что ребёнок от меня.
Я не знала, что на это сказать. Случайно Юля рассказала правду или подставила меня? Или помочь хотела — воссоединить нас таким образом?
В любом случае, она не вправе была вмешиваться, и мне теперь предстоит с ней серьёзный и обстоятельный диалог. Я всё равно уйду из фирмы, этим она мне никак не поможет.
Я не хотела, чтобы Максим узнал о дочери. И поэтому в свидетельство вписали другое имя.
— Она просто увлеклась напитками, — хмыкнула я. — И что-то перепутала. Неужели ты веришь сплетням?
— Я намерен провести тест-ДНК и проверить это.
— А я не дам согласие на проведение процедуры, — вскинула я подбородок.
— Да? — встал он на ноги и буквально навис надо мной, словно коршун над бедной лебедью. — Почему же? Потому что знаешь, что тест определит отцом Лизы меня?
— Нет. Просто не считаю нужной проведение этой процедуры.
— Но если ты точно знаешь, что ребёнок не от меня, то чего боишься? — спросил он. Резонно, надо признать. В работающих мозгах ему было не отказать. — Это не больно. Ребёнок вообще никакого дискомфорта не ощутит, если ты принесёшь, например, её волосы с подушки. Оплату процедуры я возьму на себя, доставку биоматериала в клинику — тоже. От тебя ничего не потребуется, кроме как предоставить материал.
— Не хочу, и всё, — отрезала я. — Не даю согласие на проведение процедуры.
— Значит, она правда моя, — сделал выводы Малинин. Впрочем, верные… — Тогда я буду настаивать через суд на проведение процедуры.
— Настаивай, — хмыкнула я. — Пока наши суды с этим разберутся, Лиза уже замуж выйдет.
— Марьяночка, — хищно улыбнулся он. — Ты, наверное, забыла, с кем имеешь дело? Для меня процесс будет организован максимально быстро. Поэтому советую тебе не артачиться, а содействовать.
— Да зачем она тебе нужна? Жил пять лет, ничего не зная о дочери, а сейчас вдруг нужна стала?
— По твоей вине не знал, между прочим, — тыкнул меня носом в проступок Максим. — А если Лиза — моя дочь, я тоже хочу иметь права на ребёнка.
Я недовольно поджала губы.
По всей стране мужики отказываются от детей. А этот сам требует права!
Просто удивительно. Мне-то это совершенно не нужно! Нам и без него прекрасно живётся.
И что же мне теперь делать?
Я планировала уволиться из компании, чтобы уйти и больше не общаться и никогда не видеть Малинина. Не вспоминать о прошлом, о его предательстве.
Но он сам буквально врывается в нашу с дочкой жизнь…
***
— Ну давай же… — толкнула я кофеаппарат.
Но увы — именно тот напиток, который я хотела получить, очевидно, закончился.
— Сегодня явно не мой день… — чертыхалась я про себя, заказывая другой вариант напитка. Пусть лучше такой, чем никакого.
Кофе подкрепиться было жизненно необходимо.
День обещал быть тяжёлым, длинным и нервным.
Не так давно моего начальника училили в финансовых махинациях и сняли с должности без шума и огласки. Мне ничего не предъявили, так как половину дел я не видела, они шли просто мимо меня, и это было видно по операциям. Я очень боялась увольнения, но я не имела доступа к финансам компании, физически не могла проводить подобные операции, и подписывал всё сам Никита Павлович. Поэтому меня ни в чем и не подозревали, а его без привлечения органов просто “попросили”.
Меня оставили в должности помощника президента, сказав, что к моей работе претензий у них нет, и я выдохнула. Я в самом деле всегда работала на совесть.
Теперь требовалось выбрать нового президента компании.
Кроме Никиты было ещё два кандидата на должность: директор отдела маркетинга и начальник юридического отдела. Оба они вполне подходили на должность и соответствовали критериям, которые установил первый президент компании.
Я почти до самой ночи вчера готовила конференц-зал к проведению совещания, на котором утвердят нового президента. Сегодня распечатала необходимые документы и разложила их по папкам.
Секретарей и их помощников в конференц-зал не пропустили, попросили всех нас ждать снаружи.
Мы с коллегами уютно устроились в кухонной зоне недалеко от конференц-зала: переговоры явно будут долгими, и когда закончатся, то мы увидим, что двери его открылись и решение принято.
Девчонки болтали, делали ставки на того, кто выиграет в борьбе за место президента компании.
— Ставлю стольник на Реброва.
— А я — пятьдесят за Курникова.
— Вот ещё соточка за Курникова.
— Да Курников его сделает!
— Посмотрим. Не говори “гоп”, пока не перепрыгнула.
— Марьянка, ты скидываешься? — спросила меня Юля, подходя ко мне с кассой — обычным полиэтиленовым прозрачным пакетиком.
— Вот вам заняться больше нечем, — фыркнула я.
— Ну а чего? Кто угадает — поделят выигрыш. Вот тебе и обед в столовке.
— Ладно. Ставлю сто рублей на Реброва. А то что-то мало в него верят совсем.
— Вот. Нормально. Ну, ждём теперь финала наших соревнований.
Время шло. Мы уже обсудили всех и всё, а начальство никак не могло решить, кого же они видят в роли капитана своего корабля.
— Ну всё, девчонки! Назначили нам нового генерального! — сказала запыхавшаяся Светка с десятого этажа, забегая к нам в кухонную зону.
— А ты откуда знаешь?
— Я слышала в щёлочку двери! — озорно сказала она. — Только что победитель выявлен.
— Кто, кто? — загомонили девчонки.
— Малинин Максим! — ответила она.
— Кто? — я едва не упала в обморок при звуке знакомого имени.
— Да-да, сын первого президента! Говорят, он уже претендовал на место генерального, но тогда что-то не заладилось, и он в Европу уехал, — возбуждённо тараторила Светка.
— А теперь вернулся, выходит?
— Ага! Девчонки, краси-и-и-вый! Умереть не встать.
— Ты и разглядеть успела его в щёлочку?
— Да нет. Это я фото видела в сети. Погуглите сами.
И они погуглили. Нашли фото в сети и принялись охать и ахать на разные лады.
— О-о… Работа в офисе перестаёт быть томной.
Я молчала, сидя в стороне от всех.
Я прекрасно знаю, как он выглядит. Даже в таких ракурсах и ипостасях, которые девчонкам нашим и не снились…
Мне история Максима Малинина знакома как никому иному.
Я проходил этот путь с ним.
Да, он претендовал на место президента компании. Но его собственный отец проголосовал за его конкурента в борьбе за это место, а по совместительству, двоюродного брата Никиту, на которого я и работала все эти годы в роли личного помощника.
Максим проиграл в борьбе за место президента компании. И уехал.
Я больше ничего о нём не слышала и не знала. Просто испарился из моей жизни.
Но оставил мне частичку себя — нашу с ним дочь, о которой он ничего не знает.
А теперь он возвращается в мою жизнь снова, и снова станет моим боссом.
Что будет, когда отец и дочь встретятся?
И тут моё сердце просто пропустило удар и замерло…
Из дверей конференц-зала первым вышел он — Максим Малинин.
Моя самая большая любовь и самая большая боль. В прошлом…
Мне нужно было поспешить к дверям конференц-зала. Я, как помощник президента, должна была получить информацию и распоряжения первой.
Мы с Малининым шли навстречу друг другу по длинному коридору.
Сердце моё забилось с удвоенной силой.
Мы не виделись много лет. Что он скажет, когда увидит меня? Я всё ещё здесь, в этой самой компании. На той же должности, на которой была и тогда, когда в стенах этого офиса мы с Максимом работали бок о бок едва ли не до ночи…
Мы поравнялись. Он смотрел чётко на меня.
Ещё шаг, два…
Я уже приготовилась как минимум к рукопожатию, но мужчина прошёл мимо.
Просто прошёл мимо. И зашагал дальше. Будто меня тут и вовсе не было.
Я даже обернулась и посмотрела ему вслед. Но увидела только затылок, широкую мужскую спину и уверенную в себе походку, которой он уходил всё дальше от меня.
Меня вдруг посетило жгучее чувство досады.
Даже не поздоровался!
Ни слова не сказал. Словно мы не знакомы.
Или не узнал?
Сомневаюсь, что я кардинально изменилась за шесть лет.
Мои волосы стали длиннее и светлее — теперь за ними ухаживает хороший мастер, средств на которого у меня не было во времена нашей совместной работы с Максимом. Я стала старше, родила ребёнка, но вернулась в форму. Вряд ли он мог меня забыть. Совсем забыть, что даже не узнал бы в коридоре.
От этого мне было почему-то горько.
Я не надеялась однажды встретить его снова в стенах офиса. Но ещё больше я не ожидала, что он начнёт делать вид, что мы в принципе не знакомы.
— Марьяночка, — позвал меня Аркадий Борисович, бессменный юрист компании. — Совет окончен. Выбор сделан. Ты помнишь ведь Максима Сергеевича?
— Да. Помню, — отозвалась я, стараясь сосредоточиться на том, что говорит юрист.
А вот Максим Сергеевич меня, увы, совсем позабыл…
Моя дочь растет от мужчины, который из памяти меня стёр раз и навсегда.
— Так вот: на сей раз Максим в выборах на место президента выиграл.
— Что ж… Поздравляю его. Но откуда он взялся? Он же в Европе был.
— Ну, по такому случаю, он вернулся и снова попытал счастья. И теперь ему улыбнулась удача.
А моя жизнь теперь пойдёт кувырком. Неизвестно, оставит ли он меня на этой должности… И чего ему в своей Европе не сиделось!
— Ты пойди, подготовь все документы для передачи полномочий.
— Они прямо сейчас нужны?
— Да, Максим уже завтра хотел бы их увидеть.
— Меня не уволят? — спросила я. — Никита ведь… Ну, сами знаете.
— Не бойся, милая, — улыбнулся мне юрист. — Увольнять тебя, конечно, никто не станет, ты — хороший сотрудник. Но вот то, что место помощника президента компании останется за тобой, я тебе, увы, обещать не могу. Поживём-увидим. Но пока тебя с должности никто не снимал, так что иди и занимайся работой.
Я вернулась в приёмную. В кабинете тихо переговаривались Никита и юрист. С завтрашнего дня пост президента займёт Максим, а сегодня ещё в должности завершает рабочий день Никита Павлович.
— Добился, чего хотел…
— Никит, ты сам виноват в сложившейся ситуации. Если бы ты не разбазаривал бюджет компании, не пришлось бы переизбирать президента ещё многие годы.
— Да много ты понимаешь… Мне пришлось это сделать.
— И опять же — почему пришлось? Сам знаешь, что данную ситуацию создал ты.
— Давай только ты меня жизни не учи… И так тошно.
— Я не учу. Но ты не теряй связь с реальностью. Не стоит задавать вопросы в стиле “как же так” и “почему он”, когда ответы на них тебе, Никита Павлович, известны лучше, чем всем остальным. И скажи спасибо, что Михаил позволил тебе уйти тихо, без скандала, органов и придания огласки всех твоих дел с финансами компании.
— Да-да… Я, конечно, безмерно благодарен.
— Ты вполне мог сесть на приличный срок. И благодарным быть вполне нужно.
— Ладно. Не трави душу, Алексеич… Давай лучше выпьем.
— Я не пью.
— Ну вот. И горе разделить не с кем…
— К жене езжай. С ней и разделишь.
— Да. Сейчас… Приведу только бумаги в порядок. Для передачи новому президенту компании.
На всякий случай и я свои вещи собрала со стола в коробку. Всё, что сегодня уже не понадобится. Привела в порядок стол…
Не исключено, что завтра Максим придёт со своим секретарём, и для меня не будет места. Такое часто практикуется… Редко оставляют прежних личных помощников, когда меняется президент. И я не рассчитывала на везение.
Жаль было терять такое место. Платят тут больше, чем обычным секретарям, естественно, да и пойти в любой другой отдел для меня означало понижение в должности, и меня это удручало.
Но я не решаю вопросы перемещения кадров в фирме, поэтому мне остаётся лишь дождаться слова руководства и подчиниться.
С другой стороны, я без энтузиазма думала о том, что Максим меня оставит возле себя.
Проводить целые дни с тем, кого кляля столько ночей к ряду, из-за кого пролила моря слёз и пережила множество бессонных ночей, воспитывая нашу общую дочь без отца?
Я боялась, что это окажется выше моих сил и ударить по психике по полной программе. Случайная встреча и без того повергла меня в шок и стресс, как если бы я увидела привидение из прошлого.
Как же теперь сложится моя жизнь? Оставит меня работать с ним Максим или понизить в должности? И я даже не могла решить сейчас, что из этого для меня хуже…
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Бывшие. Любовь без срока давности", Елена Безрукова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.