Воздух был тяжёлым и густым, он давил на Миллфилд, словно влажное одеяло. Внезапная жара накрыла небольшое фермерское поселение, высушивая посевы и поля. Фермеры ворчали, глядя на свои высохшие поля, а горожане прятались в домах, пытаясь укрыться от изнуряющей жары.
Именно в такой вечер, когда солнце опускалось за горизонт, окрашивая небо в оранжевые и багровые тона, начались неприятности. На семейном поле для игры в сквош юный Томми Уилкинс сделал открытие, которое навсегда изменило Миллфилд.
Томми всегда был странным мальчиком. Другие дети избегали его и шептались у него за спиной. «Сумасшедший Томми», — говорили они или «Чудак». Он в основном держался особняком и проводил долгие часы в одиночестве в полях и лесах, окружавших Миллфилд.
Когда началась жара, отец Томми отправил его на тыквенную грядку, чтобы проверить урожай. Проходя между рядами пожелтевших, сморщенных тыквенных лоз, Томми заметил кое-что странное. Тыквы словно дёргались и трепетали, как живые.
С бешено колотящимся сердцем Томми подкрался ближе. Как только его взгляд упал на ближайшую тыкву, она внезапно поднялась на толстых извивающихся усиках. Но это была уже не тыква. Теперь у неё были руки, ноги и лицо — вытянутая тыквенная голова с разинутым ртом и пустыми глазницами. Существо издало булькающий вой и бросилось на Томми.
Мальчик вскрикнул и бросился бежать, но из лиан вокруг него поднимались новые тыквенные человечки. Их листья и усики хлестали, как плети, по рукам и спине Томми. Кровь забрызгала сухую землю, когда они повалили его на землю и навалились сверху, превратившись в извивающуюся массу.
Мучительные крики Томми разносились в тишине ночи. Вернувшись в дом на ферме, где жила его семья, родители услышали его крики и поспешили на помощь. Они нашли Томми лежащим среди тыквенных растений, избитым и изувеченным. Но он был ещё жив, хоть и едва.
«Помогите... им... везде», — выдохнул Томми, когда родители подняли его. Они в ужасе огляделись и увидели десятки тыквенных человечков, которые ковыляли по полям, покачивая своими тыквенными головами.
Спотыкаясь, Уилкинсы вернулись в дом и позвали на помощь. Городской шериф и несколько отважных фермеров объединились, чтобы защитить свои семьи от натиска чудовищных тыквенных созданий. Они вели заведомо проигрышную битву, изнемогая от невыносимой жары. Один за другим мужчины падали под натиском лиан и острых листьев этих существ.
Тыквенные люди заполонили Миллфилд, и их становилось всё больше по мере того, как они вырастали из каждой тыквы и кабачка в городе. Они бесчинствовали на улицах, выбивали двери и утаскивали кричащих женщин и детей.
К рассвету город был захвачен. В живых осталась лишь горстка людей, забаррикадировавшихся в домах. Среди них были шериф Джеймс Риггс и отец Томми Генри.
«Мы должны вывести остальных в безопасное место», — сказал Генри. Его суровые черты лица осунулись от усталости. «Под церковью есть потайной подвал. Если мы доберёмся туда, то сможем продержаться, пока кто-нибудь не придёт на помощь».
Шериф Риггс мрачно кивнул. Он знал, что шансов мало, но это был их единственный шанс. Двое мужчин отправились в путь на патрульной машине Риггса, подбирая всех выживших, которых могли найти. Через несколько минут к ним присоединилась дюжина оборванных горожан, большинство из которых были с фермы Уилкинса.
Они мчались по улицам в нарастающем ужасе, сворачивая, чтобы не столкнуться с тыквенными существами, которые выползали им навстречу. Генри и Риггс отбивались от монстров винтовками и дробовиками, а остальные выжившие жались друг к другу на заднем сиденье.
После изнурительной поездки они наконец добрались до церкви на окраине города. Она пока не пострадала. Они бросили машину и бросились внутрь, захлопнув за собой тяжёлые деревянные двери и забаррикадировав их.
— Слава богу, — выдохнул Генри, прислонившись к скамье. — Мы справились.
Но его облегчение было недолгим. Из комнаты под их ногами донёсся оглушительный визг. Скрытый в полу люк распахнулся, и оттуда хлынуло море тыквенных существ, извивающихся лианами и листьями.
Выжившие закричали и попытались убежать, но было слишком поздно. Существа обрушились на них, как приливная волна, топя и душа, их колючие стебли пронзали плоть.
Генри Уилкинс был последним, кто остался в живых. Окровавленный и хромой, он стоял лицом к толпе чудовищных тыкв, с пустым дробовиком в руках. Он встретился взглядом с существом, которое когда-то было его сыном Томми, и теперь его некогда невинное лицо исказилось в насмешке.
— Прости меня, мальчик, — прохрипел Генри. — Папочка прости...
Тыквоголовый бросился на него, и Генри упал, запутавшись в лианах. Его крики внезапно оборвались.
Существа пировали и плодились, и вскоре Миллфилд перестал существовать — осталось лишь огромное гнилое поле, усеянное корчащейся тыквенной плотью, а на ветру покачивались тыквенные головы. Тыквенные люди захватили свой первый город, но за ним последуют и другие. Однажды всё человечество преклонит колени перед Тыквенным королём.