Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Лавка историй

«Муж наорал на бабушку: “Хватит лезть к нам со своими рецептами и советами!” — Я не знала, на чьей я стороне»

Замуж я вышла за Сергея три года назад. Познакомились на работе, он тогда в нашу компанию системным администратором устроился. Парень хороший, работящий, не пьет, не курит. Мама моя сразу одобрила выбор, говорила: "Наташа, держи его крепче, таких мужиков днем с огнем не сыщешь". А вот бабушка Серёжина, Валентина Петровна, это отдельная история. Женщина она активная, энергичная, в свои семьдесят пять выглядит на шестьдесят. Всю жизнь проработала поваром в столовой, потом в ресторане, так что в кулинарии разбирается отлично. И очень любит всех учить, как правильно готовить. Поначалу мне это даже нравилось. Приходит бабуля к нам в гости, достает свою потрепанную тетрадку с рецептами и начинает рассказывать: "А вот борщ надо варить вот так, а котлеты делать эдак". Я слушала внимательно, записывала даже. Думала, опыт же у человека огромный, чего зря пропадать. Серёжа тогда только посмеивался: "Бабуль, опять Наташку учишь? Она и так хорошо готовит". А Валентина Петровна машет рукой: "Хорошо

Замуж я вышла за Сергея три года назад. Познакомились на работе, он тогда в нашу компанию системным администратором устроился. Парень хороший, работящий, не пьет, не курит. Мама моя сразу одобрила выбор, говорила: "Наташа, держи его крепче, таких мужиков днем с огнем не сыщешь".

А вот бабушка Серёжина, Валентина Петровна, это отдельная история. Женщина она активная, энергичная, в свои семьдесят пять выглядит на шестьдесят. Всю жизнь проработала поваром в столовой, потом в ресторане, так что в кулинарии разбирается отлично. И очень любит всех учить, как правильно готовить.

Поначалу мне это даже нравилось. Приходит бабуля к нам в гости, достает свою потрепанную тетрадку с рецептами и начинает рассказывать: "А вот борщ надо варить вот так, а котлеты делать эдак". Я слушала внимательно, записывала даже. Думала, опыт же у человека огромный, чего зря пропадать.

Серёжа тогда только посмеивался: "Бабуль, опять Наташку учишь? Она и так хорошо готовит". А Валентина Петровна машет рукой: "Хорошо и отлично - разные вещи, внучек. Я за свою жизнь столько секретов накопила, что на целую поваренную книгу хватит".

Проблемы начались месяца через четыре после свадьбы. Бабушка стала приезжать к нам все чаще и чаще. Сначала раз в неделю, потом через день, а там и вовсе каждый день начала заглядывать. Причем всегда с какими-то советами и замечаниями.

"Наташенька, а что это у тебя суп такой жидкий?" - говорит она, заглядывая в кастрюлю. Или: "Котлеты надо не так лепить, дай-ка я покажу". А то и вовсе: "Что ты мясо в таком маринаде держишь? Оно же жесткое будет!"

Серёжа сначала терпел, даже защищал бабушку. "Наташ, ну не обращай внимания, она же добро хочет", - говорил он мне. А я и сама понимала, что Валентина Петровна от души желает помочь. Но постепенно ее постоянные визиты стали напрягать.

Особенно доставало то, что она всегда приходила без предупреждения. Мы с мужем только сядем ужинать, а тут звонок в дверь. Открываю - бабуля стоит с авоськой, улыбается: "Здравствуйте, голубчики! Не помешала? Я тут огурчики соленые принесла, по моему рецепту делала".

Заходит, садится за стол, смотрит на наш ужин и сразу начинает: "Ой, а картошечку надо было с укропчиком присыпать, а рыбку подольше тушить. Вот я вам завтра покажу, как правильно".

Серёжа хмурился, но молчал. А я уже начинала закипать внутри. Хочется же иногда спокойно поесть дома, не выслушивая лекции о кулинарии.

Хуже всего было по выходным. Мы с мужем планировали отдохнуть, может, в кино сходить или просто дома полежать. А бабушка является с утра пораньше: "Внучек, я тебе новый рецепт покажу! Будем вареники лепить с творогом, по-особенному".

"Бабуль, мы может сегодня никуда не пойдем, дома посидим", - пытался отбиться Серёжа.

"Что за ерунда! Молодые, а уже как старики. Давайте лучше вареники наделаем, заморозим на будущее. Вот увидите, какие вкусные получатся!" - не слушала она возражений.

И все, считай выходной пропал. Весь день на кухне возились, лепили, варили. Валентина Петровна командовала: "Не так тесто месишь! Творог надо протереть через сито! Воду сильно не кипяти!" Я как вымотанная потом была.

Мужу это тоже надоедать стало. Вижу, как он хмурится, когда бабушка в очередной раз без спроса приходит. Но ничего не говорит, терпит. Я же понимаю, что он не хочет старушку обижать.

А тут еще один случай произошел. Пригласила я подружек в гости, решили девичник устроить. Приготовила всякие вкусности, накрыла стол красиво. Сидим, болтаем, веселимся. И тут звонок. Открываю - Валентина Петровна.

"А что это у вас тут праздник?" - спрашивает она, заглядывая в комнату.

"Да подружки в гости пришли, чай пьем", - отвечаю я.

"А, понятно. А что это за пирожки? Дай-ка попробую", - и проходит прямо к столу, берет пирожок, откусывает. "Ну что же ты, Наташенька, тесто пересушила! Надо было яйцо добавить и молока чуть-чуть".

Подружки переглядываются, молчат. А я красная как рак стою, не знаю, что сказать. Валентина Петровна преспокойно продолжает: "А вот этот салатик неплохой, только майонеза многовато. В следующий раз меньше клади".

После этого вечер был испорчен. Подружки быстро разошлись, а я потом долго переживала. Неловко же, когда при гостях тебя учат, как готовить.

Серёжа заметил, что я расстроена. "Что случилось?" - спрашивает.

Рассказала я ему про ситуацию с подружками. Он нахмурился: "Бабуля опять без спроса пришла?"

"Да, и при всех начала мою стряпню критиковать", - жалуюсь я.

"Нехорошо получилось", - согласился муж. "Но она же не со зла, просто привыкла всех учить".

Понимаю я, что не со зла. Но терпение мое уже на пределе было. А дальше еще хуже стало. Валентина Петровна начала приходить даже в будни, когда мы с работы приезжали уставшие. Заходим домой, а она уже на кухне хозяйничает.

"А я вам ужин приготовила!" - радостно сообщает она. "По моему рецепту, очень вкусный!"

Вроде как хорошо, не надо самой готовить. Но как-то неуютно становится, когда в твоем доме кто-то другой командует. Она и посуду мою переставляла, и специи по-своему раскладывала. "Так удобнее будет", - объясняла бабушка.

Серёжа пытался мягко намекнуть: "Бабуль, а может, не надо каждый день? Мы же сами справимся".

"Ой, да что вы! Молодые, неопытные. Вот научу Наташеньку всему, тогда и сами справитесь", - отмахивалась она.

А я уже думала: "Когда же эта наука закончится?"

Самое неприятное было то, что бабушка начала критиковать не только мою готовку, но и вообще все в доме. "Зачем ты шторы такие повесила? Темные какие-то. Вот светленькие лучше были бы". Или: "Цветы надо не так поливать, а эдак. Засохнут ведь".

Даже убирать она по-своему начала: "Наташенька, пол надо не просто пылесосить, а сначала веником подмести, а потом уже пылесосом". И так каждый день что-то новое.

Мне становилось все тяжелее. Дома отдохнуть не получалось, потому что постоянно ждешь, когда бабушка появится со своими советами. А Серёжа все терпел и терпел.

Но терпение у всех когда-то кончается. И у моего мужа тоже кончилось.

Произошло это в субботу. Мы решили целый день дома провести, выспаться, посмотреть фильм. Я с утра блинчиков напекла, кофе сварила. Сидим на кухне, завтракаем, разговариваем. И тут звонок в дверь.

Серёжа вздохнул: "Наверное, бабуля".

Открыл дверь, точно - Валентина Петровна с сумкой продуктов.

"Здравствуй, внучек! А я вам гречку принесла, будем голубцы делать. По моему рецепту, объедение!" - весело говорит она.

"Бабуль, а мы сегодня дома хотели посидеть", - осторожно начал Серёжа.

"Ну и посидите! Голубцы наделаем, а потом и посидите", - не слушает она.

Заходит на кухню, видит мои блинчики: "Ой, Наташенька, а что это за блинчики? Такие толстые! Надо было тоньше делать и на другой сковородке. Вот завтра я принесу свою сковородку, покажу, как правильно".

Я молчу, но вижу, как у Серёжи глаз дергается. А бабушка продолжает: "И кофе ты неправильно варишь! Надо не так много воды, а турку сначала прогреть. Сейчас покажу!"

Подходит к плите, начинает кофе по-новой варить. А Серёжа сидит, сжав кулаки.

"А вот капуста у меня отличная, сама выбирала", - говорит Валентина Петровна, высыпая капусту на стол. "Будем резать, фарш делать. Наташенька, доставай мясорубку, только сначала ее помой как следует. А то у вас все не очень чисто".

Тут Серёжа встал резко: "Бабушка, хватит!"

"Что хватит, внучек?" - не понимает она.

"Хватит лезть к нам со своими рецептами и советами!" - взорвался муж. "Каждый день одно и то же! Мы устали от твоих поучений!"

Валентина Петровна опешила: "Сереженька, я же добра желаю..."

"Знаю я твое добро! Покоя дома нет из-за тебя! Наташа уже с ума сходит от твоих указаний!" - кричал Серёжа, а лицо у него красное стало.

"Но я же помогаю!" - растерянно говорит бабушка.

"Не помогаешь, а мешаешь! Каждый день приходишь, во все лезешь! Мы не дети, сами разберемся, что и как делать!" - не унимался муж.

Я сидела и не знала, куда деваться. С одной стороны, понимала Серёжу - действительно надоело. С другой стороны, бабушка же старенькая, одинокая, только о нас и заботится.

"Сереженька, ну что ты кричишь? Я же не со зла", - чуть не плача говорит Валентина Петровна.

"Мне все равно, со зла или нет! Хватит каждый день сюда таскаться! Хватит все критиковать и переделывать!" - совсем разошелся Серёжа.

Бабушка стояла с капустой в руках и глаза у нее наполнились слезами. А я не знала, что делать - заступиться за нее или поддержать мужа.

"Я больше не приду", - тихо сказала она и стала собирать свои продукты обратно в сумку.

"И правильно! Дай нам спокойно пожить!" - добавил Серёжа, а сам уже понял, что перегнул палку.

Валентина Петровна молча собралась и ушла. А мы остались сидеть в полной тишине.

"Зачем ты так грубо с ней?" - спросила я мужа.

"Достала она меня! Каждый день одно и то же!" - оправдывался он, но голос уже не такой злой был.

"Она же старенькая, одинокая. Только нас и видит", - говорю я.

"Понимаю, но так жить нельзя", - вздохнул Серёжа. "Дома отдохнуть не можем".

Я молчала, потому что сама не знала, кто прав. Бабушка действительно замучила своими советами, но и обижать ее не хотелось.

Прошло несколько дней, бабушка не приходила. Серёжа ходил мрачный, видно было, что переживает. Я тоже чувствовала себя неуютно. Привыкли мы уже к ее постоянным визитам, а тут тишина дома.

"Может, ей позвонить?" - спросила я мужа.

"Не знаю", - неуверенно ответил он. "С одной стороны, жалко ее. С другой - боюсь, опять все сначала начнется".

"А может, поговорить с ней по-хорошему? Объяснить, что мы ее любим, но хотим иногда и сами справляться?" - предложила я.

Серёжа подумал: "Попробуем. Только ты поговори, я уже наговорил лишнего".

Позвонила я Валентине Петровне. Голос у нее грустный: "Наташенька, здравствуй, дорогая".

"Валентина Петровна, приезжайте к нам. Поговорить надо", - сказала я.

"А Сереженька не будет ругаться?" - робко спросила она.

"Не будет. Мы оба хотим поговорить", - успокоила я.

Приехала бабушка, сидит грустная. Серёжа первый начал: "Бабуль, прости меня. Я грубо получилось".

"Да ладно, внучек. Я понимаю, надоела я вам", - тихо говорит она.

"Не надоели вы нам", - говорю я. "Просто хотелось бы иногда самим справляться. Вы же нас учили, теперь дайте попробовать".

"А если у меня что-то не получится?" - спрашиваю.

"Тогда спросите. Мы обязательно спросим", - пообещала я.

"А готовить вместе можно иногда?" - с надеждой спросила Валентина Петровна.

"Конечно можно! Но может, не каждый день? По выходным, например", - предложил Серёжа.

Договорились мы так: бабушка приходит раз в неделю, мы вместе готовим что-то вкусное. А в остальное время даем нам возможность самим хозяйничать.

И знаете, так гораздо лучше стало. Валентина Петровна по-прежнему делится рецептами, но уже не каждый день. А мы ценим ее опыт, но не чувствуем себя под постоянным контролем.

Теперь по субботам ждем ее в гости. Она приносит что-то вкусненькое, учит нас новым блюдам. А мы рассказываем ей новости, показываем фотографии. И всем хорошо.

Главное, что поняли мы - любовь и забота это хорошо, но нужно знать меру. И уметь говорить о своих чувствах, не доводя до скандала.