Анна Григорьевна в который раз обыскивала всю квартиру в поисках очков. Она точно помнила — вчера вечером положила их на тумбочку рядом с кроватью, а утром их там не оказалось.
— Ну где же вы, проклятые? — ворчала пенсионерка, заглядывая под подушки.
Очки были ей жизненно необходимы. Без них она не могла прочитать дозировку лекарств, которых с возрастом становилось все больше. А лекарства тоже постоянно куда-то девались. То таблетки от давления исчезнут, то капли для сердца.
Дочь Ольга, навещавшая мать раз в неделю, постоянно журила:
— Мама, ты должна быть внимательнее. Организуй себе место для лекарств. Поставь коробочку, складывай все в одно место.
— Да я и складываю! — оправдывалась Анна Григорьевна. — А они сами собой куда-то деваются.
— Возраст, мама. Забывчивость. Это нормально.
Но Анна Григорьевна знала, возраст тут ни при чем. Она прекрасно помнила, куда что клала. Просто вещи словно обретали собственную волю и перемещались по квартире.
В тот день она так и не нашла очки. Расстроенная, с трудом разобрала на коробочке с таблетками время приема и выпила лекарство от давления. Потом сварила себе картошку, единственное, что могла приготовить без очков, и легла спать раньше обычного.
Проснулась она от тихого шороха. Кто-то осторожно передвигался по квартире, стараясь не шуметь. Анна Григорьевна напряглась — неужели воры? Но в ее квартире и красть было нечего.
Она прислушалась внимательнее. Шаги были слишком легкие для взрослого человека. Скорее похоже на то, как передвигается кот. Но у нее не было кота.
Шорох переместился в гостиную, потом на кухню. Анна Григорьевна осторожно поднялась с кровати и на цыпочках подкралась к двери спальни. В щель она увидела слабое свечение, словно кто-то светил маленьким фонариком.
— Где же они тут? — прошептал тоненький голосок. — Ах, вот они, под диваном закатились.
Анна Григорьевна затаила дыхание. Голос был незнакомый, но странно дружелюбный. Она решилась выглянуть.
В гостиной она увидела крошечную фигурку в мохнатой одежде. Существо ростом не больше кота ползало под диваном и что-то искало. Вскоре оно выбралось оттуда, держа в руках ее пропавшие очки.
— Вот и нашлись, — довольно пробормотало существо. — Теперь хозяюшка сможет лекарства читать.
Домовой осторожно протер очки краем своей одежды и направился к кухне. Анна Григорьевна тихонько последовала за ним.
На кухне маленький помощник принялся за удивительную работу. Он собирал разбросанные по всей квартире лекарства и аккуратно расставлял их на столе. Таблетки от давления поставил в центр, рядом положил капли для сердца, витамины выстроил в ряд по размеру.
— Это важное, — бормотал он, ставя пузырек с сердечными каплями на самое видное место. — А это можно и сбоку. А очки вот сюда, чтобы сразу видно было.
Анна Григорьевна не верила своим глазам. Все то, что она искала целый день, аккуратно раскладывалось на кухонном столе заботливыми лапками домового.
— Теперь хозяюшка не будет мучиться, — удовлетворенно вздохнул помощник. — Плохо, когда старые люди лекарства теряют. Может беда случиться.
Он закончил свою работу и повернулся к выходу из кухни. Анна Григорьевна едва успела отскочить в сторону, но домовой все равно заметил ее. Его круглые глазки удивленно уставились на женщину.
— Ой, — пискнул он. — Не спите, хозяюшка?
— Не сплю, — призналась Анна Григорьевна, решив не притворяться. — Это ты мои вещи прячешь?
— Не прячу! — обиделся домовой. — Наоборот, собираю. Вы их по всей квартире разбрасываете, а потом ищете. Я и думаю, помочь надо. Старенькая уже, забывчивая.
— Но я же аккуратно складываю все на место!
— Да где там аккуратно, — махнул лапкой домовой. — Очки на тумбочку положите, а ночью они на пол падают. Вы во сне ворочаетесь, сбиваете. Лекарства по разным местам раскидываете, одно в спальне, другое в ванной, третье на подоконнике забудете. А потом мучаетесь, ищете.
Анна Григорьевна задумалась. Действительно, она могла машинально поставить таблетки не туда, куда планировала, а потом забыть об этом.
— Так ты мне помогаешь?
— Конечно помогаю, — гордо выпрямился домовой. — Я за порядком слежу. Важные вещи на видное место ставлю, чтобы не потерялись. А то дочка ваша придет, начнет ругаться, что вы невнимательная.
— Ты знаешь мою дочь?
— Знаю. Строгая она. Любит вас, но строгая. Переживает, что вы лекарства путаете. Вот я и стараюсь, чтобы все в порядке было.
Анна Григорьевна присела на стул рядом со столом. Домовой тоже устроился поудобнее, забравшись на табуретку.
— Как тебя зовут? — спросила она.
— Кузьма, — представился помощник. — А живу я тут давно, еще с прежних хозяев. Только вы первая, кто меня увидел.
— Почему?
— Потому что вы добрая и одинокая. А я таких людей жалею. Хочется помочь.
Слезы навернулись на глаза Анны Григорьевны. Действительно, после смерти мужа она часто чувствовала себя одинокой. Дочь была занята своей семьей, внуки редко звонили.
— Спасибо тебе, Кузьма, — сказала она. — Только я не поняла, зачем ты сначала прячешь мои вещи?
— Да не прячу я! — снова обиделся домовой. — Просто вы их теряете сами, а я потом собираю и на видное место кладу. Хожу по квартире, ищу ваши потеряшки.
— А можешь сразу все в одно место складывать? Чтобы я знала, где искать?
Кузьма задумался, почесав мохнатую макушку.
— Можно попробовать. Вот этот ящик в кухонном столе возьмем. Все лекарства туда буду складывать. А очки — на стол, рядом с солонкой. Договорились?
— Договорились, — улыбнулась Анна Григорьевна.
С тех пор ее жизнь изменилась к лучшему. Каждое утро все необходимые лекарства лежали в ящике кухонного стола, а очки — на привычном месте рядом с солонкой. Если что-то было особенно важно, например, новое лекарство, которое нужно было принять в определенное время, Кузьма клал его на самое видное место с запиской, нацарапанной корявыми буквами.
Иногда по вечерам Анна Григорьевна тихонько разговаривала с невидимым помощником, рассказывая о своих делах. А утром находила на столе ответные записочки или маленькие подарки — красивый листик, найденную на улице пуговицу, забавный камешек.
Когда приехала дочь, она удивилась:
— Мама, как ты изменилась! И лекарства принимаешь вовремя, и выглядишь бодрее.
— У меня появился помощник, — призналась Анна Григорьевна.
— Сиделку наняла? Но денег-то у тебя нет...
— Не сиделку. Просто... добрый дух дома. Он следит за порядком.
Дочь решила, что мать шутит, и не стала расспрашивать дальше. А Анна Григорьевна только улыбнулась. У каждого должны быть свои маленькие тайны, особенно такие добрые и светлые. 🔔 Если вам нравятся рассказы в таком духе, обязательно почитайте мой ТГ канал с мистикой 👈🏼