Следует отметить, что король Филипп II был не лишен чувства юмора, пусть и несколько своеобразного, и в народной памяти, особенно у парижан, сохранилось несколько историй о короле.
Большинство примеров взято из классической монографии Жерара Сивери.
На что обращает внимание автор? С одной стороны, в анекдотах воспевается "простота" короля, его прямота и честность - противоположность двуличия. Таким образом, король в народной молве не изображен простачком, но является справедливым государем.
Пример: Филипп Август пообещал богатый церковный приход города Перонна самому смиренному клирику часовни, который попросит его об этом. С одним уточнением: предварительно кандидатуру должен будет одобрить совет клириков. И один из просителей сказал тогда, что ему совет сразу же откажет, ведь речь идет о бенефиции в пятьсот ливров. Так и случилось: совет отказал из-за недостойности просителя. Король рассмеялся и подметил: "Он имел основание не желать, чтобы я собрал совет, и, тем не менее, приход и бенефиций он получит".
Другой случай: один бродячий жонглер попросил у короля милостыню во имя общей родни - Адама и Евы. Филипп дал ему полденье, а изумленному жонглеру король объяснил, что родня у него столь многочисленна, что дав монету большего достоинства от королевства быстро ничего не останется.
Иногда последнее слово остается не за королем. Однажды Филипп Август позвал за свой стол нуждающихся клириков. Один богослов отложил предназначенного ему каплуна в сторону, чтобы унести с собой. Филипп напомнил ему, что следуя Евангелию, каждому дню довольно его забот, и не следует думать о завтрашнем дне. Клирик возразил королю словами, что желает отложить "заботу" в сторону, чтобы иметь возможность не думать о завтрашнем дне.
Следующая история: как-то раз, придворный лекарь дал Филиппу рекомендацию разбавлять вино водой. Черта, воспринимаемая как особая добродетель его внука, Людовика IX, очень не нравилась его прославленному деду. Король добился согласия лекаря на то, чтобы сначала пить вино, а затем воду. Но едва король выпивал все вино, он использовал полученное согласие, чтобы отказаться от воды, ведь вина больше нет.
Бывает и так, что король суров в своем "юморе". Так, король велит закопать живьем одного прево, повелевшего вскрыть гроб и вложить в руки усопшего кошель с деньгами как свидетельство его желания продать виноградник, с которым не соглашалась расстаться вдова. Что это как не народное представление о справедливости короля?
Или еще один случай: некий гонец попросил короля о подарке, который ничего не будет ему стоить. Король, заинтригованный желанием гонца, пообещал исполнить просьбу. Человек попросил прочитать "Pater Noster" королю на ухо. Видя это, придворные приняли посланника за доверенное лицо короля и осыпали его различными подарками и своим покровительством. Наглядная демонстрация с одной стороны королевского престижа, с другой угодливости людей из придворного окружения.
Иногда народная молва сурова и к такому королю. На одном из пиров король Филипп посетовал, что в его эпоху уже нет таких рыцарей, как прославленные Роланд и Оливье. На что один жонглер осмелился сказать, мол теперь уже не найти и такого короля, как Карл Великий. О дальнейшей участи жонглера история умалчивает.
Ну и напоследок, история о спорах короля и о природе его нового взгляда на французскую монархию. Однажды Филипп II беседовал с Пьером ле Шантром, известным интеллектуалом и теологом. Речь шла об идеальном государе, искусстве управления и традиционном представлении о королевской власти, заботящейся, прежде всего о соблюдении справедливости и равновесия между составляющими королевства. Король отшутился: пока нет государя, соответствующего воззрениям своего собеседника, ему следует довольствоваться своим королем - таким, каков он есть.
А что еще мог ответить король, на протяжении всей жизни создававший страну с реальной королевской властью, но не способный полноценно разорвать понятия и смыслы феодального общества? Это время пока не пришло, но многие принципы будущих французских монархий берут свое начало в правление Филиппа II Августа.
Урюмцев Е.Р. Франция эпохи Филиппа II Августа