Всем привет, друзья!
Через полторы недели после 22 июня 1941 года восемнадцатилетний Ефим Дыскин, только что закончивший первый курс Московского института философии и литературы имени Н.Г. Чернышевского, не стал дожидаться официального призыва. Вместо долгожданных каникул, которые должны были начаться 23 июня, он шагнул в Сокольнический райвоенкомат столицы. Парень из Брянска почувствовал – его место сейчас не в библиотеке, а там, где решается судьба Родины. Его путь лежал в одну из срочно созданных военных школ подмосковных Бронниц. Здесь красноармейцу Дыскину предстояло освоить сложное ремесло артиллериста-зенитчика.
Но времени на долгую учёбу не отпустила сама война. Немецкие войска рвались к Москве. Получив лишь основы артиллерийской науки – ровно столько, чтобы не растеряться у орудия, – Ефим и его товарищи были направлены в действующую армию. Так он попал в формирующийся 694-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк. На вооружении полка стояли грозные 37-мм и 85-мм зенитные орудия. Полк вошёл в состав легендарной 16-й армии под командованием генерала К.К. Рокоссовского, артиллерией которой руководил будущий маршал В.И. Казаков. До начала ноября 1941 года расчёт Дыскина участвовал в отражении налётов люфтваффе на столицу. Однако главная угроза шла по земле – это были танковые армады Гудериана и Гота.
Зенитки против "панцеров"
Советское командование бросило все возможные силы на борьбу с танковыми клиньями. Даже зенитные орудия пришлось срочно "переквалифицировать". Скорострельные 37-мм пушки, созданные для стрельбы по воздушным целям, стали последним рубежом обороны на земле. В середине ноября 694-й полк занял позиции на Волоколамском направлении, на подступах к Москве. Батарея Дыскина расположилась на стратегически важной высотке у деревни Горки, рядом со Скирмановскими высотами.
15 ноября на батарею прибыл полковой комиссар, старший политрук Фёдор Хрисанович Бочаров. Его слова врезались в память бойцов: "Отступать некуда. Если враг возьмёт Горки – он выйдет на Волоколамское шоссе, а там уже рукой подать до Истры и самой Москвы. Отстоим родную столицу!"
Утро 17 ноября 1941 года началось с адского грохота. Фашисты обрушили на батарею ураганный артиллерийский и миномётный огонь. Три из четырёх 37-мм орудия были разбиты или повреждены, их расчёты погибли или получили тяжелейшие ранения. Чудом уцелело лишь одно орудие, где одним из наводчиков был Ефим Дыскин. Едва стих обстрел, из леса выползли немецкие танки с опознавательными крестами на броне.
Один расчёт против стальной лавины
Командир орудия, сержант Семён Плохих, скомандовал: "Подпустить на 250-300 метров! Огонь!" Дыскин нажал педаль спуска. Первый же снаряд поразил цель! По приказу Плохих послали второй снаряд – танк вспыхнул. Второй танк попытался обойти пылающую машину, подставив борт – и был уничтожен метким выстрелом. В этот момент рядом разорвался снаряд. Левый наводчик, Иван Гусев, погиб мгновенно. Дыскин почувствовал острую боль – осколок ранил его в плечо. К месту боя подоспел комиссар Бочаров. Он занял место Плохих, который переместился к панораме вместо Гусева. Сам же политрук стал подносить снаряды и командовать расчётом.
"Танки справа!" – раздался его голос. Немцы, не сумев прорваться в лоб, пошли в обход. Три стальные машины заходили на крошечную позицию с фланга. Расстояние сокращалось стремительно – 100 метров... 70... 50... Артиллеристы использовали каждую секунду и каждую ошибку врага. Один танк замешкался для выстрела – два снаряда Дыскина превратили его в факел. Второй подставил слабо бронированный борт – и тоже задымил. Третий последовал за ними. В этом кромешном аду Дыскин получил ещё два ранения – в поясницу и в голень. Боль отступала перед адреналином и долгом.
Последние метры, последние силы
"Танки слева!" – снова предупредил Бочаров. Теперь Ефиму приходилось выполнять работу за двоих наводчиков. Комиссар, не щадя себя, подносил тяжёлые снаряды. Снова стрельба почти в упор – гонка на опережение смерти. Очередной осколок впился в тело Дыскина, но отвлекаться было нельзя: на орудие уже наползали ещё два танка. "Расстояние метров 50. Я видел, как поворачивается его башня... Промелькнула мысль: конец", – вспоминал позже Ефим Анатольевич. Голос Бочарова пробивался сквозь гул: "Дыскин, скорей наводи!" Силы покидали юношу – сказывалась огромная потеря крови. Казалось, невозможно пошевельнуться. Но невероятным усилием воли он успел выстрелить первым. Ещё один вражеский танк окутался чёрным дымом.
Последняя машина подошла почти вплотную, наверняка рассчитывая раздавить горстку храбрецов. И здесь счёт шёл на мгновения. Снаряд, выпущенный из последнего уцелевшего орудия батареи, прошил стального монстра. Танк замер, окутанный пламенем и гарью. Наступила оглушительная тишина. Дыскин потерял сознание. Его, истекающего кровью, товарищи вынесли с поля боя на шинели комиссара Бочарова. Танковая атака захлебнулась. Враг не прошёл к Волоколамскому шоссе. Ценой невероятного мужества и самопожертвования горстка артиллеристов выполнила приказ: они отстояли рубеж.
Герой посмертно
Что было потом? Долгий и тяжёлый путь по госпиталям: медсанбат, Истра, Владимир и, наконец, глубокий тыл – Свердловск (ныне Екатеринбург). Здесь, в госпитальной палате, в конце апреля 1942 года жизнь Ефима Дыскина совершила невероятный поворот. К его койке пришли начальник госпиталя, замполит, врачи – с поздравлениями. Они показали свежий номер газеты "Правда" с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 апреля 1942 года. Среди награждённых званием Героя Советского Союза значились генерал Иван Васильевич Панфилов (командир легендарной дивизии) и... красноармеец Ефим Анатольевич Дыскин. Но в Указе стояла страшная приписка: "посмертно".
Дыскин, едва оправившийся от ран, был потрясён: "Я жив! Значит, награда не моя..." Он отказался принимать поздравления. Командование госпиталя немедленно отправило срочную телеграмму на имя "Всесоюзного старосты" – Председателя Президиума ВС СССР М.И. Калинина, подробно описав обстоятельства того боя и состояние бойца. Ответ пришёл быстро. В правительственной телеграмме от Калинина чёрным по белому было указано: звание Героя Советского Союза присвоено именно красноармейцу Ефиму Дыскину – наводчику 37-мм орудия 694-го истребительно-противотанкового артиллерийского полка 16-й армии. Михаил Иванович горячо поздравлял героя и желал скорейшего выздоровления. Ошибку исправили.
В июне 1942 года, в торжественной обстановке на сцене Свердловского театра оперы и балета, восемнадцатилетнему рядовому Ефиму Дыскину были вручены высшие награды Родины: Грамота Героя Советского Союза, орден Ленина и медаль "Золотая Звезда" за номером 677. Подвиг у деревни Горки стал символом беспримерного мужества защитников Москвы.
Эхо подвига
Годы спустя Ефим Анатольевич Дыскин, изучая мемуары, узнал новые детали о том ноябрьском дне 1941 года. Он прочитал строки маршала артиллерии В.И. Казакова, командовавшего тогда артиллерией 16-й армии. Увидел описание боя в очерках фронтового корреспондента "Красной звезды" П.И. Трояновского. Узнал из воспоминаний Маршалов Советского Союза К.К. Рокоссовского и Г.К. Жукова, что его батарея сражалась на одном из последних рубежей перед Москвой. Стало известно, что представление к званию Героя подписали комиссар Бочаров (награждённый за тот бой орденом Красного Знамени), командующий армией Рокоссовский и командующий фронтом Жуков. Командир орудия сержант Плохих, тяжело раненный в том бою, получил орден Ленина. Орденом Красного Знамени был награждён и погибший подносчик снарядов Полоницин.
Долгий путь лечения завершился направлением на учёбу в эвакуированную в Самарканд Военно-медицинскую академию. Подвиг же Ефима Дыскина у деревни Горки навсегда остался в летописи Великой Отечественной войны как пример невероятного мужества, стойкости и самопожертвования простого солдата, вставшего насмерть на защиту сердца Родины – Москвы. Его 37-мм орудие на Скирмановских высотах стало неприступной крепостью на пути врага.
Статья подготовлена на основе материала Олега Починюка, опубликованного в „Красной звезде“
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!