У Игоря и Марты была странная традиция — терпеть Лизу.
Лиза была подругой Игоря со студенческих времён. Когда-то веселая, дерзкая, "из тех, кто скажет правду в глаза". Только со временем её «прямая» правда стала походить на эмоциональный каток: въехала, раскатала, уехала — и ты сидишь в руинах собственной уверенности.
Марта изначально не была в восторге. Но Игорь уверял: «Она просто рубит с плеча, зато без фальши».
Марта кивала. И готовила чай. И прятала скатерть, потому что Лиза однажды заявила:
— Это что у вас? Простыня с цветочками? На кухонный стол? Фу, Март, ты же не в общежитии.
Первый звоночек
Лиза появилась, как всегда, без звонка. Просто написала:
«Я рядом. Захожу. У меня важные новости».
Марта вздохнула. Её новости были другие: она как раз мыла пол, волосы в пучке, в футболке с пятном от кетчупа. Ну отлично. Идеально для "визита модной подруги".
— Привет, котики! — ворвалась Лиза, обняла Игоря, глянула на Марту. — Ты чего такая? Как из прачечной вылезла. Ну да ладно, не все же модели.
Марта привычно сглотнула. Шутка. Типа добрая.
— У нас чайник только поставлен, садись, — выдавила она.
— О, чай — шик. Но, ребят, слушайте. Вы когда уже эту хрущёвку смените? Я зашла и подумала: господи, как будто к бабушке в деревню. Обои? Серьёзно? Это сейчас снова модно или вы просто не меняли их с прошлого века?
Марта напряглась. Обои они клеили вместе. С Игорем. С любовью. С лестницей, падениями и пиццей на полу. Эти цветы на стенах были не просто узором — они были их историей.
— Нам нравится, — спокойно сказала она.
— Ну, главное, что вам. Хотя, Игорь, ты раньше к интерьеру строже относился. Помнишь, как мы ржали над квартирой Димона? Где у него диван был цвета дохлого кабачка?
Игорь неловко улыбнулся.
Марта — нет.
Фаза две: «советы, которые никто не просил»
— А вы ремонт планируете? Ну вот глобально. У вас ведь ванна жуткая. Занавеска в мишках — это ржака.
— Это наши мишки, Лиз, — буркнула Марта.
— Ну я ж без зла! Просто вас люблю. Хочу, чтобы красиво было. А у вас, как будто вас шантажируют этим уютом.
Марта чуть не поперхнулась чаем.
— А с работой что? — продолжала Лиза. — Марта, ты же бухгалтером где-то? Всё ещё? Ужас, я б с ума сошла от этой рутины. Не думала сменить сферу? Например, СММ? Или интерьерный блог заведи. Могла бы хотя бы занавески себе нормальные посоветовать, хе-хе!
— Лиза, хватит! — вдруг сказала Марта. Голос чуть дрожал.
— Чего хватит-то? Я же с добром. Просто вы как будто увязли. Всё какое-то... вялое. А я хочу, чтоб вы выросли! Свою энергию приношу, двигаю вас вперёд! Это ж мотивация, понимаешь?
Игорь откашлялся:
— Лиз, может, чуть потише?
— А что? Я не права? Я захожу, как человек, который вас знает давно, вижу вас со стороны. Это бесценно!
Марта поднялась из-за стола. Медленно, спокойно, как будто вышла из собственной кожи.
— Вы зашли к нам попить чай, а разнесли нам всю хату, — сказала она. — И морально, и буквально. Тебя никто не просил оценивать наш дом, наш быт, нашу работу, мою футболку, наши мишки. Нам хорошо. Мы не просим апгрейда. Мы не лампочка в твоем интерьере.
Лиза растерялась. Первый раз за годы.
— Я... не хотела...
— А я не хочу больше выслушивать. Ты называешь это заботой, а по факту — это токсичный турбо-анализ всего, до чего дотянулась. Я устала. Мне не нужен инстаграмный ремонт, если ради него нужно сносить нашу реальность. А ты пришла — и снесла. Умело. Как всегда.
Молчание было долгим. Игорь смотрел в стол. Лиза — в точку между стеной и полкой. Потом встала.
— Ну и ладно. Раз так... Не буду мешать.
Ушла. Без скандала. Но с обидой, обёрнутой в «меня не поняли».
Через месяц
Игорь получил от неё открытку. Без слов. Только акварельный рисунок с надписью:
«Не всегда прямота — это правда. Иногда — это просто шум».
Марта не знала, Лиза сама придумала или увидела в каком-нибудь блоге.
Но ей стало легче. Потому что в их доме снова был чай. Без вкуса обид.