Для младенца мать — не просто человек, а будто целая Вселенная, в атмосфере которой он просыпается, засыпает, живёт. Это небо, из которого приходит свет, и земля, на которой можно укорениться. Дыхание, в котором чувствуется сама безопасность, и прикосновение, в котором читается: «Ты есть, ты любим и ты нужен». Хорошо, когда так… Но…
…если в этой Вселенной постоянная студёная зима, если вместо тепла есть, в основном, равнодушие, вместо мягкого взгляда — пустота, а вместо живого отклика — напряжённая формализация, ребёнок учится существовать без ощущения присутствия надёжного близкого, без уверенности, что его внутренний огонь вообще когда-то будет замечен. Он вырастает не просто с болью, а будто пропитывается холодом. Тогда и весна кажется тревожной, а даже сама возможность получения тепла весьма иллюзорной.
Ранние годы: в плену у Снежной Королевы
Дети матерей-Снежных Королев не сразу понимают, что с ними происходило что-то не то. У них нет на теле шрамов, которые можно легко обнаружить в качестве доказательств ранений, но имеется внутренний холод, проникший во многие клеточки тела. Они чувствуют следующее: любовь — нечто редкое, ускользающее, непредсказуемое. Она не приходит сама. За неё нужно расплачиваться. Молчанием, угодливостью, отказом от потребностей… Или вовсе перестать ждать любви.
Не всегда именно так, но девочки чаще, чем мальчики (хотя и с ними такое случается), начинают «прогревать» мать, как будто, став послушными, аккуратными, обслуживающими её, смогут растопить зиму внутри неё. Они словно бесконечно стараются с течением времени дотянуться до того момента, когда, возможно, на них посмотрят не как на пустое место или какое-то бремя, а как на дар.
Мальчики же чаще, чем девочки, с такими матерями учатся уходить в себя. Один замолкает в гневе, другой натягивает маску «мне всё равно», скрывая подобный страх: «Если я покажу, что мне важны внимание и любовь, могу остаться совсем без ничего или будет скандал».
Но самое жестокое — не прямое отвержение матерью, а тонкий, почти незаметный холод, который порой невозможно сразу обозначить. Мать может заботиться, говорить правильные слова, выполнять родительские функции, но не быть в настоящем контакте. И тогда ребёнок делает зачастую единственный доступный ему вывод: «Наверное, меня невозможно любить. Наверное, я и правда лишний/неправильный, плохой».
Взрослая жизнь: последствия ледяного «проклятия»
Когда такие дети становятся взрослыми, они несут с собой не только боль, но и особую, часто неосознаваемую, мысль: «Лучше быть настороже, чем снова оказаться в одиночестве». Они умеют анализировать, угождать, достигать, но не умеют быть расслабленно-свободными в отношениях. Дело в том, что расслабленность в их опыте почти всегда предшествовала боли.
Отношения: танцы на льду
Мужчины, выросшие с холодной матерью, часто становятся эмоционально глухими. Нередко они ждут обожания, но не умеют давать. Или же выбирают женщин, от которых исходит тот же «ледяной аромат», что когда-то был «домом». В холоде они чувствуют узнаваемость, тянутся к ней, хотя и страдают от неё.
Женщины во многих случаях становятся спасательницами, повторяя детскую попытку оживить близкого, надеясь, что теперь-то их согреют в ответ. Либо не осознавая того, повторяют материнскую модель, замечая иногда когда-то с ужасом, как в их голосе звучит тот самый режущий слух лёд, от которого они когда-то сами замерзали.
Самооценка: снежная слепота
Те, кто рос в эмоционально-пустынном домашнем пространстве, часто не знают, кто они. Им сложно распознавать собственные желания, понимать свои чувства, отстаивать границы, чувствовать себя достойными любви без специальных усилий. Они могут быть успешными, восхищающими других, нужными в своей проявленности и при этом глубоко убеждёнными в том, что если перестать себя вести, как надо, как «правильно», всё хорошее моментально исчезнет. Их живое «я» осталось там, в детстве, замёрзло рядом с холодной матерью, и теперь внутри живёт лишь его плоский неясный силуэт, которые нередко весьма смутно видно.
Травма из-за отвержения: мороз по коже
И очень взрослому человеку, живущему с в детстве с матерью-Снежной Королевой, порой достаточно одной неловкой фразы, паузы, интонации от другого — и он проваливается в прошлое. В то самое знакомое с ранних лет чувство: «Я снова не нужен(а)». Вот такая реакция души из-за стужи, струями вырывающимися из самых глубин…
Сексуальность: замёрзшие желания
Те, кто не знал тёплого прикосновения, редко умеют довериться в близости. Мужчины либо доказывают свою якобы сверхдостаточность напоказ, используя секс как доказательное оружие, либо вовсе боятся открываться, ведь для них это равносильно потере контроля и повторному риску быть обнажённым перед холодом.
Женщины либо перестают чувствовать сексуальность в качестве неотъемлемого атрибута (у них отключается доступ к ощущениям тела), либо используют её как последнюю надежду вызвать признание и любовь: через нарочитую демонстрацию привлекательности, через нужность и сексуальную яркость.
Заиндевелые поколения
Редко бывает так, чтобы Снежная Королева выросла в очень тёплой семье... Почти всегда она — бывшая замёрзшая девочка. Внутренний лёд передаётся по наследству, как способ выживания, как форма защиты, как способ не чувствовать свою тоску.
И эстафета с передачей холода продолжается, пока кто-то из рода не остановится и не осмелится оглянуться. Пока не задаст себе вопрос: «Что делать для того, чтобы этот ужас остановился?».
Оттепель: как растопить лёд внутри?
Понять: вы не виноваты.
Вы пришли в мир уже с правом быть любимыми. Холод не был наказанием за недостаточность. Он был чужой болью, которую на вас, скорее всего, без специального намерения переложили.
Учиться распознавать прохладу и холод от других.
Люди не обязаны всегда ярко гореть для вас. Но если от человека рядом вы покрываетесь инеем, а вам больно — не значит обязательно, что Вы слишком не ранимы. Вернее всего, это человек не умеет любить.
Найти тех, кто тоже выжил.
Не тех, кто учит вас вечно проявлять волю, терпеть и «быть сильнее», а тех, кто узнаёт вас по взгляду, по паузам, по тому, как вы долго не могли начать говорить. Тех, кто спокойно с теплом или, может, с сочувствием остаётся рядом в принятии.
Стать себе принимающей и поддерживающей матерью.
Не сдерживать слёзы, если плачется. Говорить себе: «Я вижу, как тебе больно. Я рядом». Обнимать себя — буквально и метафорически. Создавать для себя, насколько возможно, ту любовь, в которой вы всегда так нуждались.
Высвобождать гнев.
Злость — не враг, а жизненная сила, которую при содействии родителей, вы, возможно, заморозили. В ней может быть и импульс на движение к себе. Зовущий не к разрушению себя, а к воссозданию себя из утраченных разрозненных кусочков.
От вечная мерзлоты к живому цветению
Те, кто пережили многолетнюю эмоциональную зиму, становятся особенно чуткими к теплу. Они умеют ценить взгляды, в которых есть подлинность. Прикосновения, в которых нет контроля. Слова, за которыми живое участие.
И если такой человек однажды скажет себе: «Я заслуживаю цветущей весны», — лёд начнёт трескаться и таять. А там, где появится первые несколько капель воды, обязательно вырастет цветок. И, возможно, он согреет не только его самого — но и тех, кто рядом всё ещё мёрзнет.
Когда сердце долго существовало в режиме заморозки, оно не сразу доверяет первым лучам тепла. Но именно в таких моментах, когда хочется поверить, но одновременно с этим страшно, особенно важно не оставаться наедине со своей уязвимостью.
Психолог — не тот, кто заставит вас расцвести, а будет рядом с тем, чтобы внутреннее тепло вновь не появилось. Тогда цветы потянуться вверх и расцветут сами в результате вашей заботы о себе. С бережным психологом безопасно смотреть на старые морозные узоры, не убегая от них, а относясь с пониманием. С ним вы будете вместе дышать на лёд, пока он не станет живительной влагой. И там, где недавно всё казалось почти мёртвым, рано или поздно многое оживёт…
Статья "Материнская травма и примеры ее влияния на жизнь взрослого человека" ТУТ
МАК-практика "Мать и Ребёнок внутри меня" ТАМ
Автор: Нестерова Лариса Васильевна
Психолог, Очно и Онлайн
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru