в которой заставили «хапуг» действовать по нашему плану
Мы опять погрузились в размышления, а Профессор мягко проговорил, посмотрев на нас:
– Может вы включите в свой анализ и местное население?
Гога поправила свои кудряшки, и села по-турецки.
– Конечно! Народ! Я вчера видела, как люди в домах напротив нашего волновались за нас. Они славные! Понимаю, что лес рубят щепки летят, но мне кажется, что именно на это и рассчитывают «хапуги». Нас тогда можно будет легко обвинить в чём угодно.
– О как! Что ты предлагаешь, куколка? – заинтересовался Бур.
Гога от волнения сжала кулаки.
– Я уверена, что большинство жителей в городе реально ничего не знает! Ведь Ильяс говорил, что все и всё скрывают! Болтают, конечно, но мало ли болтают все. Здесь болтают и про снежного человека, и про обиженного злого водного духа, и про летающие тарелки. Сам город ведь неплохой! Все, кто жил в нём, когда его создавали, только хорошее о нём говорят. Пусть он и останется исчезнувшей сказкой для людей! Его же называли светлым городом молодежи.
Котя кивнул ей.
– Ты права! Людям здесь и так нелегко, город переживает экологическую катастрофу из-за уровня радиации. Главный бой должен быть на кумторе. Здесь часто оползни, значит пусть оползень будет очередным, но именно там! Мы должны остаться в памяти людей, как весёлые студенты, занимающиеся какими-то загадочными насекомыми. Приехали, обаяли всех и уехали, а всё произошедшее было просто халтурой местной полиции. Думаю, что и полиция хочет этого же. Мы найдём того, кто этим всем руководит, и… Я уверен, что это человек. В результате все будут довольны. Никакой мистики! Просто завелся какой-то мерзавец-маньяк, а полиция, наконец, станет истинной защитой людей!
Леший завернулся в простынку и встал в позу Цицерона.
– Именно! – мы озадаченно уставились на него, а Леший, воздев руки к потолку, возопил. – Тупые гуманитарии!
Котя усмехнулся.
– И где у меня нестыковка?
– Австралопитеки были обезьянами, пока не набрали определенную массу мозга. Секёте момент? Разум – это адаптация! Тот камень мог быть кем-то, но эти «coплu» – никогда. Зачем этим мелкодисперсным «coплям» разум, если есть что пожрать и где пожить? Нет! Эти частички от того черного камня убивали и раньше, потихоньку коптили небо, а вот когда уровень радиации подрос, из-за обогащения урана, что-то произошло, и они стали изменяться. став хищным туманом. Назовём это мутацией! Ну, не верю я, что у этого тумана возникли мысли о мировом господстве! Это же паразит! Паразит! Зачем этим твapям мысли? Что им не хватает? Они и размножаться-то не могут!
Прав Котя! Если бы они размножались, то здесь уже давно никого не было бы, а только «coплu-xaпyги». Нет! Я, как и Костян, уверен, что здесь кто-то очень умело всех морочит. Ну с чего бы это такая периодичность убийств, день в день? Для любой формы жизни существует изменчивость, а что здесь за мистика? Почему им так важен первый день убийства? Можно же на день раньше или на день позже потихоньку убивать и паразитировать без всех этих ужасов. Нет! Ими кто-то управляет, чтобы все дрожали от страха.
– А если это коллективное мышление? – возразила я и испугалась.
– У муравейника нет разума! – огрызнулся Леший. – Надо понять, зачем им разумный носитель? Без всякой мистики.
Стало грустно, а Манька ухмыльнулся.
– А как же древняя легенда?
– Мы даже её не проанализировали, – отрезал Леший. – Жесть! Всё время бежим! Может понять, что тогда произошло? Ну не зря же шумерский громовержец, воевать начал. Все древние боги – это защита мироздания.
Я почувствовала, как Котя разогрелся и рассердилась, ну не при всех же! А он мысленно укорил меня:
– И всё-то ты об одном…
Меня как жаром обдало!
– Все живые организмы думают об одном: о любви и выживании.
Котя заинтересованно взглянул на меня.
– Думаешь, что в легенде отражена борьба жизни земной с какой-то древней, опасной и тупиковой?
– Конечно! – опять завопил Леший. – Профессор! А в Китае тоже высокий уровень радиации?
Профессор покачал головой.
– Там нет месторождения урана.
– О, как! – Бур хмыкнул. – Дипломат. Прямо в лоб! Что-то кроме людей их сдерживает.
– Значит и у нас есть то, с чем они не могут справиться, – я сказала и замерла, потому что на меня все уставились, а Котя сердито куснул за ухо. Я удивилась. – Да вы что?! Вы же сами все это сказали! Это ультрафиолет и сильные положительные эмоции! Значит главное – устранение мерзавца, который их чему учит, ну или дрессирует.
– Всё! – шепнул Котя. – Можно спать! У нас до рассвета осталось три часа. Бур, нам завтра будет нужен Боб и Ник, у них сильная защита, а ещё антураж от ваших действий!
– О, как! Поясни.
– У нас завтра на рассвете будет медитация на фон цветного дыма, создающего фигуры цветов, бабочек или жуков, что получится. Лучше цветных. Короче, нам нужны декорации! Вы якобы снимаете кино. Профессор, поищите самые низкие звучания колоколов. Нужна терция! Сами подумайте и варьируйте в зависимости от того, что мы будем делать. Всё, пора на боковую!
Нас оставили, а мы, забыв выключить свет, прижались друг к другу. Блаженствовали не только мы, но и наши шкурки. Они усиливали переживаемое нами и заряжаясь сами и разжигая нашу страсть. Очухавшись, все уселись и стали смотреть друг на друга. Наконец, Манька не выдержал и просипел, потому что горло у него перехватило от переживания:
– Что вы перепугались-то?! Мы не прощаемся! Мы не погибнем и никому не дадим! Ну и что, что их больше, чем на Алтае? Это просто coплu. Поймите, coплu!! Делов-то!
– Жесть! Он прав! Умора! – Леший засмеялся. – Это же насморк местной экосистемы. Она же борется! Значит, мы немного ей поможем. Здесь ведь давно не использовали контрмер. Вот мы и будем тем, что прочистит природе нос.
Все уставились на нас с Котей, и я перепугалась. Нельзя опять всё взваливать на него. Он без разговоров обнял меня и засмеялся.
– Парни! Девчонки психуют, потому что не встречи с этими боятся, а нас потерять.
М-да… Хорошо сказал! Вовремя!
Какое-то время, не знаю сколько, но мальчишки упорно нам доказывали свою мужественность, не давая нам переживать, а мы шептали им, какие они необыкновенные, нежные, страстные, и прочую белиберду.
Когда мы очнулись от них, то Эдя уже было по-деловому строга.
– Нечего тут, прохлаждаться! Одеваемся максимально ярко для утренней зарядки- медитации. Пора!
Мы суетились, наряжаясь в яркие широкие шелковые штаны и полосатые гольфы, натягивая самые нелепые маечки и рубахи. Когда мы вышли, то, озадаченно уставились на ребят-бойцов и наших Учителей, те были явно смущены.
Котя съехидничал:
– Кхм… Кто-то из вас забыл блок поставить! Вот я, молодец, сразу позаботился.
Судя по тому, как порозовели Манька и Арр, про защиту мысленных образов забыли только они.
Фермер покачал головой.
– А ведь это и не плохо! Вот что, не забывайте об этом! Хорошо, чтоу Маньки такое образное мышление, и он всё связал с танцами, а Арр пел. Не знал я, что он стихи Ли Бо о бабочке на музыку переложит. Будет вам краснеть! Это была сказка! Те, кто живут близко, видимо, странные сны видели. Лично я видел чудесную сказку о любви, хоть и спал-то всего ничего.
Мы озадачено переглянулись, приятно узнать, что кто-то из нас умеет красиво петь, а Котя предложил:
– Ночь была чудесной! Устроим продолжение сна?!
Наши Учителя усмехнулись, но, как всегда, не стали вмешиваться, однако Бур пророкотал:
– О, как! Пойду наших озадачу. Пора декорации для вашего шоу ставить. А я, как и положено, буду всё снимать. Нельзя из нашей легенды выходить!
– Точно! Пусть всё делают, полагаясь на увиденное! – Эдя подбоченилась. – Девочки, я не зря вам всем дала рубахи с широкими рукавами. Мы в первом ряду, повторяйте за мной все движения. Парни – вы фон, но лучше повторять это же, но более скупо.
– Посмотрим! – пробурчал Арр. – Главное, чтобы наших шкурок никто не разглядел.
Мы вышли вовремя, восход только окрасил верхушки гор, а с двух сторон из улиц заклубился маслянистый туман. Значит «хапуги» уже подошли и готовы атаковать. Мы встали строго в два ряда, создав косой ряд, потому что дворик был маленьким.
Поплыл густой и низкий звук колокола.
Бомм.
Эдя взмахнула руками и застыла диковинной бабочкой с парящими крыльями. Мы повторили это. Парни в отличие от нас подняли руки и, сцепившись ими, застыли. Звук плыл, а мы впитывали этот горный воздух и этот зыбкий рассвет. Всё вместе с нами стало похожим на картину, нарисованную тушью.
Нам не нужны были наблюдатели! Хотя мы понимали, что кто-то видит, уж наши-то соратники точно видели. «Хапуги» тоже видели, потому что липкий туман подполз к забору вплотную и застыл. Колокол гудел, а мы наслаждались. Кто-то из парней-бойцов что-то выпустили в воздух, и за нами заклубился малиновый дым, свиваясь в спирали.
Эдя опять взмахнула руками, и мы мягко перетекли в мостик и согнули правую ногу под углом, превратившись в лук с наложенной стрелой. Я увидела, что мальчишки, стали медленно делать упражнения, как будто у них в руках были мечи.
Колокол сменил звук на более низкий.
Бомм.
Мы вслед за Эдей перетекли на руки, сделав стойку, потом опять опустились на ноги и застыли раскинув руки-крылья.
Туман за забором свился в столбы, но не двигался. Возможно, в столбах были люди, я не видела. Для меня было важно, впитать и разослать всему миру красоту рождающегося утра. Я широком веером послал всем запах утреннего росного луга, наполненного ароматом чины, девясила и таволги. Мы застыли в позе ласточки, парящей над землёй.
Бомм!
Эдя вытянула руки перед собой и медленно сложила их в молитвенном жесте. Сзади нас, что-то изменилось, потому что к нам склонились жгуты золотистого дыма. Эдя подняла правую руки и отвела в сторону левую и застыла, мы тоже, почти касаясь золотого дыма. Я усилила запах, введя компоненты полыни и подмаренника.
Бомм!
Эдя подняла почти ко лбу правую ногу, раскинув обе руки. Мы повторяли. Ветер сдул золотистый дым, и по земле стал растекаться насыщенно-голубой дым. Эдя сделала настоящий балетный пируэт, поклонилась и захватив охапку синего дыма подбросила его в воздух.
Эх! Так хотелось, чтобы мы выглядели не хуже, и я послала всем поддержку, что мы сможем всё. Мы сможем!
Колокол зазвучал еще ниже.
Бомм.
Эдя медленно опустилась на землю в позу лотоса. Синий дым рассеялся, и мы увидели растущие за нашими спинами стебли зеленого дыма.
Мы сидели, очистив разум от суеты, вспоминая самое прекрасное – детство, рассветы, поцелуи, звёздное небо, полнолуние, бабочек, птиц, бегущих сайгаков, скачущих во весь опор лошадей, могучие секвойи, нежные березы, великие реки и сказочные озера.
Каждый добавил что-то своё и запахло хвоей, мандаринами, шоколадом, и пирогами.
Я не видела, что делали мальчишки, но почувствовала, что за спиной застыл Котя. Я представила, как сейчас мы обрадуемся восходу. Это будет так же, как будто мы только, что пережили страсть.
Туман за забором извивался, кружился, но не мог не пройти сквозь забор, ни подойти к калитке.
Бомм
В это время брызнули лучи солнца, залив всё золотом. Туман, свернувшись в ленты, исчез в соседние улицы, ещё лежавшие в тени.
Я обнаружила, что напротив нашего дома стоит на крыльце своего дома женщина и держит в руках большой кувшин с чем-то. На её лице был восторг и покой. Значит она решилась защитить детей, то есть нас.
Нельзя было, чтобы она подумала, что мы волшебники какие-то, я хотела встать. Однако меня опередила Гога. Она захлопала в ладоши.
– Всё! Зарядка, окончена! Пора завтракать, а то мы не успеем.
Тихо зазвучала музыка Терри Олдфилда, кто-то из бойцов включил, и мы чуть ли не в такт музыке вернулись в дом. Наши Учителя стояли у двери и молча смотрели на нас.
Куратор прогудел:
– Молодцы! «Хапуги» не смогли даже сдвинуться. Теперь завтрак.
Белек-Ата за завтраком смотрел на нас и вздыхал, по его лицу блуждала улыбка, а Ильяс прямо ляпнул:
– Трудно вам теперь будет изображать просто студентов. Я такого даже в театре не видел.
– А ты в следующий раз будешь делать зарядку с нами. – усмехнулся Котя.
– Разве я смогу?! – возмутился он.
– Конечно, а друзьям расскажешь, что мы это делали для сценария киношников. Должны же они фильм снять. Работай разведчик! Это твоя задача!
Рожица Ильяса стала хитрой, он кивнул, и, поглотив немудреный завтрак из бутербродов, потащил Айшу за руку.
– Пошли скорее, Уважаемая! Пора коз доить и собаку кормить.
Наши бойцы, молчали, но, видимо, кипели эмоциями, наконец, Ник сказал:
– Я ведь не верил, что такое возможно! Не знаю, как другие видели, но мне казалось, что вы, девчонки, парили над облаками. А парни… Я даже не знал, что они так долго могут стоять в одной позе. Просто мистика какая-то, и эти сияющие мечи в их руках. Как вы сделали, что их все увидели?
У нас вытянулись лица, а Леший покачал головой.
– Манька-Манька! Ну не может он без образов зарядку делать!
Профессор усмехнулся.
– Это не он, а я! Вы очень хорошо делали классические упражнения для винов, и я представил, что у вас в руках мечи, – он вздохнул. – Видимо, хорошо представил. Боюсь, возникнут вопросы.
– Будет вам! – отмахнулся Фермер. – Я ведь тоже мечи представил, это был завершающий штрих. Вот мы и сообща и создали их. Если спросят, так легенда готова, мы помогали снимать фильм! Ведь киношников никуда не пускают. Не думаю, что те, кто живёт напротив что-то разболтают, а вот те, кто в тумане прятался, пришлют гонцов. Должны же они понять, почему у них не получилось напасть?!
– Думаю, что прямо с утра приедет наш Эскулап.
Однако он ошибся, первым приехал Эртал. В руках нашего водителя был большой пакет.
– Лепешки привёз от жены и банку молока от соседки. Деньги соседке можно мне отдать, а я ей передам, – мы быстро провели его в столовую и стали готовить завтрак. Эртал какое-то время смотрел, как мы суетимся, потом тихо спросил Куратора. – Как у вас ночь прошла? Ничего плохого не произошло? Слышал, что к вам эта… Эта женщина приходила.
Куратор спокойно ответил:
– Мы-то с преподавателями легли пораньше, а ребята долго не спали, определяли отловленных насекомых и делали отчеты. Эдя, что за гости у вас были вечером?
Эдя лучезарно улыбнулась.
– Были две местные жительницы. Однако мы ничего не поняли, что они хотели! Одна из них представилась учительницей и заявила, что местные должны всё знать. Мы попросили провести экскурсию, но она отказалась, а потом… – Эдя захохотала.
Эртал озадаченно нахмурился.
– Ругалась?
– Нет! Вы не поверите! Дора по вечерам делает физические упражнения для «растяжки», так эта очень немолодая дама решила продемонстрировать свои физические данные.
– Как это? – растерялся Эртал.
– Она начала кувыркаться! Умора! Забавно это выглядело. Она же была в платье и в босоножках на каблучках.
– Надо же! Что за негодяйка?! Не может без того, чтобы не навредить кому-то! – Эртал нахмурился – Надо уехать пораньше! Зная её мерзкую натуру, можно ожидать, что она уже мечется по властям и рассказывает гнусные истории про вас.
– А что можно рассказать? Мы же на виду, – спокойно отмахнулась Дора и стала расставлять столовые приборы. – Ребята, идём завтракать! Надо поскорее уехать на экскурсию.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: