#есть_ли_театр_в_регионах: Городской драматический театр, Шарыпово (Красноярский край)
Основан в 1993 году. Главный режиссёр – Снежанна Лобастова. Также здесьработали Борис Павлович, Галина Зальцман, Никита Кобелев и другие.
Заметные спектакли:
1. «Парящий тигр»
Режиссёр: Дмитрий Удовиченко
По тексту Кейт ДиКамилло (в адаптации Ксении Никитиной)
Татьяна Тихоновец: «В спектакль введен образ матери (Татьяна Кухтина). Она общается со зрителями, иногда комментируя события, не вмешиваясь в них. Татьяна хорошо поёт, и её роль — это такой своеобразный «хор» в спектакле. <…> Спектакль создан по законам джазовой композиции, где у каждого инструмента своё соло и где всё в финале выливается в своеобразный джем-сейшн».
2. «Потрясённая Татьяна»
Режиссёр: Борис Павлович
По текстам Лермонтова и Лаши Бугадзе
Вера Сердечная: «Скрытая в мини-пьесах Лаши Бугадзе энергия смыслов высвобождается яркой, гротескной игрой, а тексты Лермонтова неожиданно вовлекаются в объяснение того, почему так. Почему мужчина, в этой ментальности, должен погибнуть на войне, а не вернуться. Почему война проникает всюду, и женщины уже неотличимы от мужчин. Печальное и драматическое размышление обрывается полетом над Грузией Демона-вертолета».
3. «Рассекая волны»
Режиссёр: Галина Зальцман
По мотивам фильма Триера
Татьяна Тихоновец: «Поскольку сцена маленькая, зрителей совсем немного — человек 30. Но Галине Зальцман нужно именно такое закрытое пространство, где всё на виду и где поначалу зрители оказываются внутри католического храма. Вместо кресел — высокие твёрдые скамьи. Полутьма, высокое окно, напоминающее витраж. Сценография Екатерины Никитиной очень скупо обозначает места: то это храм в шотландской деревне, то это больница, и в центре светящегося круга одна кровать, на который лежит парализованный Ян, то это тесная улица. Вместе со зрителями на скамьях сидят и артисты, и, когда вдруг рядом с тобой начинают петь церковные псалмы, становится не по себе. Чувствуешь, что ты вроде бы вместе с этими людьми, но с их действиями согласиться не можешь, а вступиться нельзя. И это рождает внутренний дискомфорт, который здесь тоже важен».
4. «Ифигения в Авлиде»
Режиссёр: Никита Кобелев
По пьесе Еврипида (перевод Иннокентия Анненского, адаптация Элины Петровой)
Татьяна Тихоновец: «Хор в спектакле выполняет особую функцию, не совсем такую, как в античной трагедии. Две женщины, молодая (Анастасия Михайлова) и чуть постарше (Татьяна Кухтина), одетые, как телеведущие какой-нибудь торжественной программы, объединены в один персонаж — Голос богов. То есть их голосами с нами будет разговаривать высшая власть. Это как бы пресс-секретари, которые весь спектакль будут объяснять зрителям, как надо относиться к тем или иным событиям или героям, подсказывать правильные реакции, они будут петь в особо пафосные моменты, которые должны настроить публику определенным образом. Композитор Олег Макаров в песнях хора явно использует особенности тоники греков, где ударная гласная отличалась высотой звука и голос модулировал в пределах квинты, быстро переходя с высокого тона на более низкий или наоборот (эта черта отмечена в лекциях Анненского по истории античной драмы). Казалось бы, незначащая деталь, но это пение рождает особый эффект, иногда иронический, а иногда нарочито пафосный».
5. «Метель»
Режиссёр: Снежанна Лобастова
В основе — пьеса Василия Сигарева по повести Пушкина
Татьяна Тихоновец о спектакле: «Все немногочисленные артисты труппы (кроме главных героев) исполняют по несколько ролей. Да ещё и создают необходимый звуковой фон: то завывают, как метельная вьюга, то свистят, как соловьиный сад, то рассыпаются каплями дождя. Романтическая история Маши и поручика Владимира, над которой улыбается Пушкин и иронизирует Сигарев, в театре превратилась в изящную театральную игру. В ней переплелось все. И Пушкин, и Сигарев. И классика, и сегодняшний день. По полу сцены катаются клубки шерсти, которые, как нити судьбы, завязываются в какие-то узлы и всё перепутывают».
