Иногда кажется, что спасение — за границей. Что стоит только уехать, сменить фамилию, континент, язык и паспорт — и всё, ты обновлён. Но прошлое упрямо умеет забираться в чемоданы, прятаться в карманах и шептать по ночам. Особенно — если ты Вероника.
Роман Марины Хольмер «Французское счастье Вероники» — книга, на которую легко не обратить внимания. Вроде бы типичная женская проза, банальная обложка, размеренный ритм повествования, героиня в возрасте «тридцать с хвостиком». Но если вы думаете, что это будет привычная история самопознания на фоне французских улочек и багетов — вы ошибаетесь. Перед нами текст, который под видом светлой эмигрантской сказки медленно разворачивается в психологический триллер о разрушенных границах, неявном насилии и подмене реальности.
Вероника — героиня, которую мы как будто знаем лично. Она не борется с драконами, не строит карьеру в космосе, не спасает мир. Она просто живёт. Или точнее — терпит. Свою мать и себя. Работает в рекламе, переводит с французского, носит в себе ту самую девочку, которую мама когда-то не научила говорить «нет».
Первые страницы книги — это будто встреча с собственными тенями. Сценарии, знакомые многим женщинам: деспотичная мать с вечной повесткой «я лучше знаю, как надо», неудавшийся брак, попытка казаться правильной, удобной, полезной всем и каждому. Автор с хирургической точностью описывает, как одна фраза, сказанная в детстве, может потом гнить внутри десятилетиями, определяя наши реакции, страхи, решения.
Когда внезапно мать умирает, Вероника словно остаётся без почвы под ногами. Но мир не любит пустоты, и одна из бывших начальниц неожиданно просит её приютить пожилую француженку, мадам Луизу, приехавшую в Россию в рамках культурной поездки. Так в серые московские будни входит женщина — стильная, интеллигентная, эмоционально тёплая. Между ними двумя завязывается светлая привязанность. Луиза предлагает Веронике приехать в гости в Лион — просто так, от души.
В этом месте роман принимает резкий поворот: перед героиней вдруг распахивается окно в другую реальность. Французскую. Сыр, вино, красивая квартира, мостовые Лиона, новые люди… Звучит как мечта — особенно если всю жизнь тебя держали на коротком поводке. И кажется, всё начинает складываться. Луиза знакомит её со своим сыном, Жан-Пьером. Настойчиво, почти навязчиво подталкивает их друг к другу. В воздухе висит обещание: вот оно, счастье. Вот оно, вознаграждение за годы покорности и терпения. Но очень скоро становится ясно: это не похоже на любовь. И, возможно, это даже не забота.
Хольмер демонстрирует, как тонко и красиво можно эксплуатировать человека под видом заботы. Как легко перекинуть на другого свои ожидания, спрятать личные интересы под «тревогой о будущем». И как в новой культуре старые травмы только меняют маску, но не уходят.
Одна из главных тем книги — это парализующее безволие. Вероника почти не действует. За неё решают. Ей предлагают, она соглашается. От неё чего-то ждут — и она покорно вписывается в эти ожидания, теряя голос, границы, интуицию. Читатель невольно хочет встряхнуть её: ну спроси ты наконец, куда этот Жан-Пьер постоянно уходит и что у него за работа такая! Скажи, что тебе неприятно! Уйди!
С каждой главой атмосфера уплотняется. Внимательный читатель замечает детали, которые сначала кажутся случайными: странные взгляды, резкие фразы, недомолвки, все постоянно что-то скрывают от неё. А потом становится ясно: Вероника попала не в романтическую открытку, а в ловушку. Но она всё ещё делает вид, что не замечает этого.
Когда же в финале повествование неожиданно ускоряется, всплывают острые, неожиданные темы, всё приобретает совсем иную плотность. Роман резко ломает своё жанровое обещание и предлагает довольно нестандартный финал. Книга, начавшаяся как сентиментальная проза, становится почти остросюжетной. Подозрения оправдываются, маски спадают. И остаётся вопрос: как же так?
Конечно, у романа есть спорные стороны. Марина Хольмер пишет просто, без излишней претензии. Она избегает громких эмоций. Иногда автор увлекается морализаторством, в диалогах появляются фразы, звучащие слишком «писательски» — искусственно, как будто вырванные из публицистики. Порой темп замедляется, и герои начинают рассуждать не столько о своей жизни, сколько «вообще о жизни» — и эти монологи немного тормозят сюжет.
«Французское счастье Вероники» — это не лёгкое чтение. Но и не тяжёлое. Это история, в которой можно узнать себя. Особенно если вы когда-то думали: «Вот перееду — и всё наладится». Нет, не наладится. Пока вы хотя бы немного не наладите себя.
Хольмер не оставляет читателю утешения. Вероника не станет героиней в голливудском смысле. Не сорвёт маски с врагов, не сделает громких заявлений, не победит. Но она — выживет. И, возможно, начнёт наконец ценить себя.