(о позднесоветском кино)
Часть 1
Сначала два-три фрагмента из комментируемой здесь статьи «Ржавые скрепы» Галины Иванкиной («Завтра»), чтобы было понятно, о чем идет речь.
«Люди старшего, пожившего поколения с ностальгическим умилением крутят кинокартины 1970-х, браня блудливую да шалопутную современность.
Но чем, к примеру, отличается симпатичная Оля Рыжова из «Служебного романа» от вашей офисной сослуживицы, желающей увести мужа из семьи?
Зрителю доказывалось: Оленька – славная, милая и вся такая минорная. Больше того – ей по сюжету «достался» приличный муж, а ещё – взрослый ребёнок.
Однако же авторы давали понять: желание измены – это естественно, а Рыжова – не наглая хищница, а - бедняжечка.
А кто таков у нас Новосельцев? Отец-одиночка, брошенный и оставленный. Жена – закрутила. Плохо, потому, что двое детей «мальчик и…мальчик» - это сложности и треволнения, но, вместе с тем – дело-то житейское.
Все гуляют, и новосельцевская «половинка» слиняла, свинтила, ускакала.
Нормально, ребята! Продолжаем гулять.
В культовой мелодраме о Москве, слезах и Катюше Тихомировой
явственно показано: главная героиня до встречи с принцем Гошей имела любовника, который и не собирался что-то менять в своей устроенной, упакованной и сытой жизни.
Плюс пикантная связь на стороне, да ещё и с женщиной-боссом.
Впрочем, и сама Катерина – отнюдь не образец женской сдержанности и стыдливости.
Интересно, что крепкая, традиционная семья – только у простоватой Тоси, которая так и не избавилась от своих деревенских обыкновений (как, впрочем, и её хороший, но такой незамысловатый Коля).
Идём дальше?
Персонажи «Осеннего марафона» не просто бегут по жизни, но по ходу своего движения рушат свои и чужие судьбы. Семьи.
Инфантильная, требовательная и, понятное дело, несчастная Алла требует от своего кавалера окончательного разрыва с женой, тогда как мешковатый увалень Бузыкин вечно увиливает.
Ему, разумеется, противно сидеть на двух шатких стульчиках, но он до такой степени погряз во лжи и в своих сиюминутных удобностях, что…всё остаётся на своих местах.
Зритель наматывал на ус: это – не грех и не провал.
Все так бытуют-обитают, вон и в кино – приличные люди, а шастают по любовницам, врут жёнам, изворачиваются, скользят.
Так жить – можно!
Чем утешиться, если даже кристально-безупречная, прямо-таки дистиллированная медсестричка из «Афони» сходу оказывается в постели нетрезвого сантехника?
Где искомые скрепы-то?!»
Или:
«В музыкальной комедии «Карнавал» нам показывают славную и хорошенькую, но очень уж наивную провинциалку Нину Соломатину – понаехавши в столицу, девушка очень быстро заводит необязывающий роман с «мажором» Никитой.
Живёт с ним на съёмной квартире, а потом сильно удивляется, что гулёна-Никита оказывается неверным кавалером.
Впрочем, и сама Нина – дочь залётного интеллигента, который когда-то устроил себе амурное приключение в далёком, затерянном городке.
Дело-то житейское.
Матери-одиночки и девочки-припевочки – вот были героини того «стабильного» времени!
Опять-таки положительная Лида из драмы «Не могу сказать ‘прощай’» тоже сходу-слёту приводит к себе на ночь заводского красавчика Сергея Ватагина. Замечу, это не размалёванная финтифлюшка, а именно – «…хорошая девочка Лида», прямо как из популярного стихотворения.
Но…
Даже хорошие девочки, судя по всему, не особенно берегутся.
Прошли времена Тоси Кислицыной, которая в свои восемнадцать лет не умела целоваться и не знала, что бывает меж мужчиной и женщиной! Что у нас там далее по курсу?
Десятиклассница из молодёжного фильма «Школьный вальс» …беременеет накануне выпускного бала,
а её бой-френд женится на другой – на обеспеченной. Впрочем, и её скоро бросает – это же так современно!»
Пожалуй, довольно.
Вывод:
«То бишь с середины 1960-х годов и вплоть до пресловутой Перестройки, нам регулярно показывали ветреных девушек и «опытных» женщин, спокойно меняющих свои привязанности. Авторы сценария как бы говорили нам: адюльтер – это нормально; измена – возможна; любовь – это не штамп в паспорте». А потому «теперешние сериальчики про офисных милашек и статейки в глянцевой прессе на тему «Как окрутить босса за три дня» - все они родом из «Служебного романа», из позднесоветского вранья. Вранья на всех уровнях – от политического до семейного. Вы всё ещё полагаете, что Маленькая Вера завелась от сырости?»
Что на это сказать?
Права автор заметок, что «Маленькая Вера» завелась в советском кино не от сырости, и что фильмы 70-х отражают неблагополучие в семье.
Но не права в том, что они - вранье.
Именно не вранье, а правда - иначе они не стали бы своего рода классикой.
А враньем они были бы, если бы, вопреки реальности, показывали бы нам «образцовую советскую семью», где все друг друга любят, трудятся и счастливы. Кино должно быть сложным, как сложна человеческая жизнь и переплетение судеб.
Нельзя всех мерить одной примитивной меркой «лишь бы не было разводов».
И симпатичная Оленька Рыжова из «Служебного романа» действительно лучше многих современных офисных сослуживиц, потому что те, как правило, кроме всего прочего весьма падки на деньги, а Оленька любила бескорыстно.
Нет, фильмы эти не лживы.
А вот над причинами этого семейного неблагополучия в поздние советские времена и в самом деле стоило бы глубоко задуматься.
(продолжение следует)
-----------------------------------------------------------------------------------------
Уважаемые читатели!
Свое мнение о прочитанном здесь вы можете высказывать в комментариях.
Если публикации канала вы считаете для себя полезными или просто интересными - можете завизировать это лайком.
А чтобы оперативно узнавать о появлении новых материалов на канале и поддержать автора - подписывайтесь на канал
"Кто мы? Откуда? Куда идем?"