Я логопед. Учу говорить неговорящих детей. Сегодня герой дня у меня – Ванечка. В июне прошлого года у него все было хорошо. Мы с ним преодолели ряд проблем: он научился различать неречевые звуки, начал различать речевые. Начал называть предметы по инструкции. Научился читать некоторые слова и запомнил некоторые глаголы, которые активно использовал. Существительных у него в запасе и без меня был целый мешок, так что мы с родителями потирали руки в ожидании. А потом это все остановилось. Более того, пропало. Он перестал просить «пить». Перестал читать. Что появилось?
- Начал тащить в рот руки. Постоянно;
- Ухудшилась зрительно-моторная координация (скоординированная работа системы «мозг, глаза, руки», когда человек глазами видит и контролирует то, что делают его руки). Раньше я показывала его пальцем на слово, и он его читал. Во время отката, я показывала его пальцем на слово, а он смотрел на другое слово на другом конце листа и читал его. Или смотрел в потолок и ничего не читал; То же самое произошло со всеми произвольными движениями – не смотрит, движения свои не контролирует. Очень сложно стало обратить его внимание на то, что он делает;
- Начал прижимать голову к чужим рукам, поверхностям;
- Стал плакать на моём занятии, пытаться уйти. Ничего не делал;
- Задания с дефектологом (другой специалист, не я), где надо было что-то сортировать – делал, смотрел не очень, но хоть не плакал, с ее помощью выполнял задания. Но любая попытка попросить его сказать хоть что-либо проваливалась даже у нее. Просто нет и всё.
- В свободное время старался прыгать на диване, качался на качели бесконечно;
Это всегда очень сложно. Смотреть, как прогресс, выстроенный по крупицам, разваливается на глазах. Когда ребенок, который читал, что-то просил и хорошо занимался, превращается в плачущего малыша, который бьётся в мою руку головой и хочет уйти.
Что же случилось с Ванечкой? Куда опять пропала речь?
Найдите на этой пирамиде кубик, где написано «слухо-речевые навыки». Посмотрите, сколько всего нужно, чтобы появилась возможность поставить этот кубик. Эту пирамиду следует читать снизу-вверх.
Пример: в предыдущем посте (на другом ресурсе) прозвучал вопрос про девочку, которой сложно читать и писать без ошибок. И автору вопроса долго объясняли, что надо больше читать и все наладится. А теперь посмотрите, как много всего должно быть у этой девочки, а навык чтения почти на самом верху. Как она может больше читать, если у нее есть сложности на более ранних этапах? Или ошибки на письме могут быть от того, что есть сложности со зрительно-моторной координацией. Или ребенок пишет, как слышит, а проблемы опять же с различением звуков на слух. Осторожно, сейчас я сделаю вам больно: Небель. Калидор. Салофановый пакет. Коклета.
Думаете, люди, которые так говорят, мало читают? Нет. Они так слышат. Надо развивать фонематический слух.
Если у ребенка проблемы с математикой, ответы тоже надо искать внизу пирамиды.
Итак, посмотрите внимательно на пирамиду, а потом на Ванины проблемы.
Все время прыгает или качается на качелях – пониженная вестибулярная чувствительность. У Вани дефицит подобных ощущений, поэтому заниматься за столом он не может, сразу начинает ощущать дискомфорт.
Начал прижимать голову к руке, совать в рот свои руки – потребность в тактильных ощущениях определенных областей. У некоторых детей бывает наоборот, они не переносят, когда трогают эти области, им невозможно помыть или расчесать голову, почистить зубы. Прикосновение причиняет дискомфорт. У Вани дискомфорт от отсутствия прикосновения. Все мои карточки он прижимает к губам и щекам.
Нарушения проприорецепции: проблемы с выполнением инструкций к физическим упражнением или копированием движений, необходимость увидеть глазами перед тем как изменить положение тела/части тела, неуклюжесть, неумение правильно использовать силу. Грубо говоря – это ручки макаронинки, очень слабые. Но если злится, то силу не контролирует и больно щипает. Если какое-то движение копирует, то плохо, едва наметив движение, сразу останавливается.
Этот пункт у него в принципе был.
Итак вывод: весь низ пирамиды не работает. Естественно, слетело все остальное. Сейчас приведу пример.
Представьте, что вы едете в автобусе. Вас укачивает. Голова тяжелая, и вы постоянно прижимаете к ней руки, чтобы стало полегче. Ноги затекли, все тело ноет, потому что вы устали сидеть. Но встать вы не можете, потому что вас придавило к стеклу толпой людей. Вам хочется выйти, расправить плечи, подвигать ногами, потянуться. Эта ноющая боль в мышцах распространяется по телу волной, усиливая боль головную. Тут к вам поворачивается тётка с переднего сиденья и говорит:
- Как говорит лошадкаааа?
Вы умный человек, вы знаете, как говорит лошадка. А еще вы знаете, куда этой тетке надо пойти, если она не отвяжется. Вы еще сильнее сдавливаете голову и закрываете глаза. Она продолжает:
- А что делает самолетик?
Она пытается вам подсказать, ждет, что вы хотя бы повторите правильный ответ.
Вместо этого вы прижимаете голову к стеклу кладете между ним и своей головой руку для мягкости и начинаете биться в него.
Тетка продолжает бубнить. И тут вам начинает казаться, что враг – это она. Что, если устранить ее, она наконец заткнется? Или автобус остановится, и вы, наконец, выйдете? Кажется, вас устроят оба варианта. Или вы, или она.
Это была короткая история о том, как я ходила покусанная Ваней. Итак, мы видим, что это все не работает. А что делать-то? Надо помочь Ване собрать то, что у него развалилось.
1. Ваня стал посещать логомассаж. Там логопед делала массаж языка, губ, внутренней поверхности щек зондами. Руки в рот тащить перестал.
2. Ваня снова начал посещать занятия по сенсорной интерации, дополнительно заниматься с эрготерапевтом дома. Сенсорная интеграция восполнила дефициты, стало полегче. Эрготерапевт работал над произвольными движениями, над зрительно-моторной координацией. Ваня начал лучше смотреть.
3. Ваня сходил к неврологу, там тоже был ряд назначений, которые семья выполнила, по этическим соображениям писать не буду, это индивидуально у всех.
Что сделала я?
Начала заниматься с Ваней на улице. Мячики, качели, песочница. Никаких занятий за столом. Есть такой метод, когда специалист идет за ребенком и делает все то, что хочет ребенок, периодически включая в игру задания. Бегали, прыгали, качались. Ушел негативизм. Ваня расслабился.
Убрала все, что делали раньше, кардинально поменяла задания. Вы будете удивлены возможно, но я их усложнила. Моя гипотеза была в следующем. Ваня, тот самый Ваня, которого мы знаем и любим, знает, как говорит условная лошадка и что делает гипотетический самолетик. Да, не отвечает. Но знает.
Я ввела задание на называние частей предметов. Хорошее задание. Помогает развивать мышление. Разделять предмет на части, а потом собирать обратно в уме.
У машины есть колесо. У дома есть дверь. У кошки есть хвост.
Смело? Спорно? Для ребенка, который даже пить и есть не просит, за рукой не следит и все время прыгает?
А он отвечает. Если его попросить показать машинку, он хватает корову, кричит корова и игнорирует вопрос. А если спросить, что есть у машинки, он ответит: колесо. И на картинке это колесо покажет. А знаете почему он не может показать машинку? Не потому что он не знает. Не потому что он вредный. А потому что пока он искал глазами машинку, на глаза попалась корова и он отвлекся. А потом обиделся, что корову не приняли. Он же ее правильно назвал!
Почему на картинке с колесом не путает, у меня нет ответа. Там и дверь, и хвост, и еще много всего. Но не путает и все!
Потом я перенесла этот навык на тело. Сначала по картинкам поделали. Потом стала спрашивать, что есть у него. Внезапно он взял и начал показывать и называть. Рот, нос, глаза, руки. Он раньше никогда этого не делал.
Так вот, к чему я. Сегодня был дождь. Сильный. Мы занимались в помещении. У Вани полный простор движения. Он подходил ко мне, делал задание и уходил прыгать/лежать.
Я снова дала сложное. Черно-белые картинки. И глаголы не есть/пить/летать, а собирать.
Он начал называть сам существительные и повторять за мной глагол. Собирать пазл. Собирать конфеты. Собирать палочки. Собирать карандаши.
То есть сказать «пить воду» или «есть шоколад» мы не можем. А «собирать карандаши» - пожалуйста.
Другое сложное задание:
Перед ним лежат картинки, штук восемь. Новые. На них нарисованы предметы: автобус, чашка, ножницы, самолет и т.д. Я даю ему кубик с разноцветными гранями. И говорю: синяя чашка. Он крутит в руке кубик, находит синий цвет, ставит на чашку синей гранью вверх. И так со всеми предметами. Спокойно делает все восемь и идет лежать в мягкий пуф.
Внимание: Это ребенок с сенсорной алалией (отсутствие понимания речи), в анамнезе с неречевой слуховой агнозией (не различал звуки), с нарушением зрительно-моторной координации сделал это задание! Он мне машинку показать не мог при выборе из коровы и машинки! А тут, где надо было слушать два слова и сделать сложное действие - сделал без ошибок!
Какие мы можем сделать из этого выводы?
1. Нужна правильно организованная среда. Среда постоянно должна меняться с учетом потребностей ребенка. Почему мы вообще сидели за этим столом? Потому что было время, когда эта система ему не подходила, за столом ему было гораздо лучше. Он хорошо сидел.
2. Если ребенок не делает, особенно то, что он уже делал раньше, не значит, что он забыл. Возможно есть другие факторы, которые мешают ему выполнить задание. Надо смотреть на физическое состояние ребенка, отслеживать изменения и своевременно реагировать;
3. Важно выстроить работу с разными специалистами вокруг дефицитов ребенка. Даже если в вашем городе нет возможности водить на сенсорную интеграцию, насыщайте детей теми ощущениями, к которым они стремятся. Надо качаться двадцать минут? Качайте. Надо прыгать? Прыгайте. Делайте двигательные перерывы в занятиях.
4. Даже если вам кажется, что все плохо и надежды нет, открою вам секрет. Я с каждым своим учеником через это прохожу. Через откаты. Через поведение. Через слезы. Укусы. Царапины. Надо искать причину и работать с ней. И при правильной, своевременной, стабильной и регулярной организации помощи ребенку, будет эффект. Часто у детей откладывается то, чему их учили, если это было согласно их актуальным навыкам. И даже если ребенок этого не показывает, не значит, что в его голове этого нет. Значит, что возможно он едет в этом ужасном автобусе и не может думать о речи, потому что хочет выйти и размять наконец ноги.
Я чувствую, что будет вопрос: почему у современных детей так много таких проблем? Продолжение в следующем номере, уже второй час ночи, мне завтра на работу.
Я здесь vk.com/logo_svetlana