Нелегко ассоциировать Дональда Трампа с Отто фон Бисмарком. Однако, как и Железный канцлер, который был известен тем, что придерживался realpolitik «крови и стали» при создании Германской империи, Трамп нашел свою собственную формулу — основанную в основном на технологической подкованности и энергетическом изобилии Америки — чтобы запугивать врагов и контролировать друзей.
Президент США вечером в понедельник объявил, что Израиль и Иран договорились о прекращении огня после 12-дневной войны, хотя вчера утром обвинил и Израиль, и Иран в нарушении перемирия. Поскольку конфликт уже грозит возобновиться, энергетическая политика может оказаться решающим определяющим фактором.
Предположения иранского правительства о том, что оно закроет ключевой Ормузский пролив, явно не остановили Вашингтон. Угрозы прекратить добычу нефти раньше ужаснули бы Америку, которая всего два десятилетия назад была крупнейшим в мире импортером нефти. Теперь картина совсем другая. Во многом благодаря фрекингу Америка является производителем нефти и газа номер один в мире, большая часть которого добывается в дружественных Трампу штатах, таких как Техас. Пермский бассейн, расположенный в засушливых пустынях западных пределов штата Одинокой звезды, теперь является пятым по величине производителем нефти в мире и, как ожидается, вскоре будет отвечать за половину всей добычи в США. Другие регионы, такие как Пенсильвания, с её экспансивной экономикой фрекинга, также, по всей видимости, выиграют.
По ту сторону Атлантики, большая часть снижения влияния Европы проистекает из ее губительного принятия политики Net Zero. Великобритания, некогда энергетическая держава, сократила свое ранее значительное производство ископаемого топлива на две трети с начала века — и все это при том, что потребление упало только на треть. Страна все больше зависит от импорта из-за пределов Европейского Союза, даже несмотря на то, что, по оценкам, 25 миллиардов баррелей остаются неиспользованными в Северном море.
Другие европейские страны, особенно Германия, страдают от той же дилеммы, поскольку высокие цены подорвали некогда мощную промышленную экономику. Большая часть континента просто переключила свою зависимость от российской нефти и газа на производителей Персидского залива, таких как Катар — страну, которая последовательно финансировала исламистский радикализм. Напротив, единственным штатом в Америке, который импортирует большую часть своей сырой нефти из-за рубежа, является гиперлиберальная Калифорния.
В то время как Европа, похоже, смирилась с ближневосточным конфликтом, ещё одно существенное преимущество Трампа заключается в военных технологиях и передовых системах обороны. Это включает в себя всё, от технологий скрытности, как показал успех субботней атаки B-2 на ядерные объекты Ирана, до разработки систем на основе искусственного интеллекта от таких компаний, как Anduril и Palantir.
Наиболее важным в долгосрочной перспективе может стать доминирование в космосе. Даже когда НАСА утратило свою привлекательность, компании нового поколения, включая Space X, удерживают США впереди, когда дело доходит до разработки новых военных платформ. Многоразовые корабли Starship компании SpaceX, по некоторым данным, могут позволить американским войскам развернуться в любой точке Земли в течение часа.
Все это технологическое и ресурсное богатство обеспечивает Трампу такую же мощь, какую флот и империя когда-то давали Великобритании в период её расцвета, или немецкую промышленную и военную мощь, которую Бисмарк использовал, чтобы вывести свою страну на вершину европейского могущества.
Ранние нарушения едва достигнутого прекращения огня говорят о том, что Трамп, возможно, не такой уж блестящий стратег, каким он себя считает. Однако он также правит страной, которая под руководством агрессивного лидера может легко навязать свою волю. Как однажды заметил сам Железный канцлер: «У Бога есть особое провидение для дураков, пьяниц и Соединенных Штатов Америки».