Алина резко проснулась от пронзительного детского крика.
Она моментально вскочила с кровати, хотя тело отказывалось слушаться — всего неделя прошла с момента выписки после сложнейших родов. Каждая мышца болела, но плач малыша поднял бы её даже из могилы.
— Тише, солнышко... Всё хорошо... — включив настольную лампу, она подняла крошку на руки и почувствовала жар исходящий от крохотного тельца. Супруг отдыхал в гостиной, но одной Алине было не справиться — требовались срочные меры.
— Максим! — позвала она громко. — Максим, просыпайся скорее! Соня температурит!
Тишина. Только детский плач эхом отдавался по квартире.
— Максим! Немедленно вставай! — Алина пыталась сохранять самообладание. Отправилась в соседнюю комнату и увидела пустой раскладной диван. В помещении царили тишина и пустота. — Максим? Может, на кухне? В ванной? — Алина начинала паниковать. Она готова была подумать о чём угодно... но Максима нигде не оказалось. Как и его личных вещей.
На кухонном столе, возле немытой кружки от кофе, лежал белый листок. Она развернула его дрожащими руками.
«Я покидаю семью. Извини. Не смог стать отцом».
— Как покидаешь? Куда? — перечитывая послание, Алина ощутила панику.
Малышка заплакала ещё громче, и Алина поняла — нужно срочно связываться с мамой. Мысли путались. Только холодный ужас заползал под рёбра. Она думала, что самое тяжёлое — это роды. Но оказалось, что хуже, когда новорождённый заболевает. Когда ожидаешь поддержки, а рядом никого нет.
Мама не взяла трубку. Видимо, крепко спала.
«Неотложка», — осенило её через мгновение. Алина быстро набрала номер и вызвала медиков. Дальше всё происходило как в тумане: врач, расспросы, осмотр и заключение:
«Собирайтесь, необходима госпитализация. Мать едет с нами».
Алина каким-то образом устояла на ногах, собрала необходимое и последовала за доктором.
Мама отзвонилась с утра. Никто не представлял, какой кошмар пережила этой ночью Алина.
— А я же тебя предупреждала! Твердила, что этот твой... Максим! Не подготовлен к семейной жизни! — вместо поддержки мать принялась читать мораль.
— Послушай, мам... Я не сомкнула глаз всю ночь, у меня всё ноет, я еле держусь...
— Нужно было мозгами шевелить!
Алина посмотрела на экран и завершила разговор. Она решила, что нотации ей сейчас ни к чему. Именно в тот момент она осознала — полагаться можно только на себя.
А ведь всё начиналось как идиллия...
Три года назад
— Какая же ты счастливица, Алина! За такого принца замуж вышла! — завидовали приятельницы, рассматривая свадебные снимки.
— Красавчика заполучила, умница!
— Детишки будут просто ангелочки... — мечтательно произнесла одна из знакомых. Она вышла замуж по залёту и сильно завидовала Алине, поскольку её муж не обладал такой привлекательностью и перспективами.
— Какие дети? Что вы говорите? Я планирую лет пять пожить для себя. Выстроить карьеру, подготовиться к роли матери. — отмахнулась Алина. Она не предполагала, что уже во время медового месяца Максим начнёт её «обрабатывать» и настаивать на том, что безумно мечтает о ребёнке.
— Давай прекратишь принимать контрацептивы? Мы законные супруги, зачем откладывать?
— Максим, я пока не созрела.
— А тебе и не нужно созревать. Просто родишь, а я обо всём позабочусь. Мама станет помогать, я скоро буду получать больше — наймём няню. К тому же я обожаю малышей. Буду возиться с крохой.
Его доводы звучали очень убедительно. Но Алина сопротивлялась целый год. И всё-таки она поддалась, когда к ним в гости заглянула та самая приятельница с пятилетним сыном. И Максим показал себя с лучшей стороны:
— Девчонки, отправляйтесь в СПА-салон. А я с мальчишкой поиграю, позанимаюсь, — заявил Максим. Более того, он выделил деньги на салон красоты жене и её подруге, поскольку у той были финансовые проблемы.
Получая массаж, приятельница сказала Алине:
— И ты до сих пор колеблешься? Рожай от него! Если от таких, как твой Максим не рожать, то от кого вообще?
И Алина поняла — подруга абсолютно права. Вернувшись домой, они обнаружили довольного ребёнка и Максима, который смотрел с ним мультфильмы.
Тогда Алина убедилась, что супруг действительно готов. Дом в порядке, ребёнок цел и невредим, а муж спокоен и не рвёт на себе волосы, не названивает ей, пока она на процедурах, и не требует немедленного возвращения.
В тот же вечер Максим вновь поднял тему ребёнка, и Алина дала согласие. Она не подумала, что нельзя сравнивать новорождённого младенца и пятилетнего ребёнка. Они абсолютно разные. И путь в пять лет выдерживают далеко не все родители. Максима хватило на четыре ночи и три выходных, когда крошка непрерывно плакала и не давала молодым родителям ни секунды передышки. Как выяснилось позднее — из роддома принесли инфекцию, и у девочки поднялась температура.
Ну а потом... записка, больница, разговор с матерью и молитвы к Небесам, чтобы всё обошлось.
На четвёртые сутки, когда жар начал спадать, Алине написала подруга.
«Слушай, у вас всё в порядке? Твоего видела в ночном клубе. С какими-то дамочками. Улыбался мне, не узнал, похоже, пытался познакомиться... пришёл без обручального кольца. Вот видеозапись».
Алина нажала на изображение, но даже несмотря на то, что в заведении было приглушённое освещение, она смогла разглядеть достаточно.
Алина выключила телефон. Ей было невыносимо больно. Максим оказался обычным трусом, слабаком и лжецом. Она не желала иметь с ним ничего общего и просто заблокировала его контакт.
Через две недели мать с малышкой выписали домой. Отец так и не появился.
***
Дочка была беспокойной: капризничала, но это были пустяки по сравнению с тем ужасным вечером. Алина не звонила матери, да и та, видимо, обиделась на прерванный разговор. Приехала только через три дня. Привезла кое-какие вещи, снова начала поучать.
От усталости не хотелось ни питаться, ни разговаривать. Хотелось исчезнуть на несколько часов — просто раствориться в воздухе, чтобы не было ничего вокруг. Тишина и покой.
Так с мигренями и бессонными ночами начались будни Алины в статусе «матери».
Кормление, звонки педиатрам, смеси, поиски детских принадлежностей и косметики, попытки навести порядок, и как финальный штрих... прогулка. Не сумев спустить коляску с шестого этажа без лифта, Алина решила, что будет «гулять» с дочкой на лоджии.
Она не жаловалась. Просто существовала так, как получалось.
Спустя несколько недель приехала свекровь.
Оказалось, она не в курсе ситуации с Максимом.
— Ну и мерзавец! И ведь ни слова мне не сообщил! Живёт, видимо, на съёмной квартире, развлекается! Мне не звонит! — возмутилась мать мужа. — Ну ничего, я переговорю с ним. Разыщу и вправлю мозги.
— Знаете... Не стоит. Он уже проявил себя, мне не хочется переживать новый стресс, если он придёт, продержится несколько дней и снова исчезнет ночью.
Свекровь пообещала поддержку и ушла. Она всё-таки дозвонилась до сына и провела воспитательную беседу.
Первые «лайки» и комментарии от Максима Алина заметила через месяц после визита свекрови. Фото дочки с соской — лайк. С её ручкой — лайк. Под одним из постов Алины написал: «Моя доченька». Потом ещё один комментарий: «Моя малышка. Скучаю по ней».
Алина читала это с недоумением. Хотелось ответить, и она написала ему: «Скучаешь?! А где ты был, когда мы лежали в больнице? В клубе с девицами. Прекрасный отец!»
Максим ничего не ответил, но продолжал ставить лайки на посты и следить за публикациями Алины. А ещё через несколько дней в гости снова пришла свекровь.
— Алина... не отказывайся сразу, прошу тебя. Может, дашь ему возможность? Я знаю, он повёл себя как никчёмный мужичишка. Но он всё осознал. Всё-таки он — отец.
— Отец только биологически и на словах.
— Максим испугался. Потом снова струсил. Пытался забыться, потому что от самого себя было отвратительно... А потом понял, что от себя не сбежать. Я с ним говорила. Он сказал, что хочет общаться, видеть дочь.
— Мне нужно подумать.
— Я знала, что ты разумная девочка.
Алина согласилась. Она понимала, что в её положении не до ультиматумов. Хотелось банально передохнуть, а никто кроме свекрови, появляющейся изредка, да пары подружек, забегавших на полчасика, не помогал. Поэтому Алина всё же разрешила мужу брать Соню на прогулки.
— Пусть приезжает после работы, забирает коляску и ходит в парк на два часа, — сказала она свекрови.
— Хорошо. Спасибо, что выслушала меня. Я буду рядом. Не переживай.
Первую неделю Алина волновалась, была как на иголках. Но привыкнув к «роскоши» в виде двух часов на сон или на себя, она немного расслабилась. Максим не просился к ней, не делал попыток поговорить, что удивляло Алину, но в то же время она была рада, что он не добавляет в их странные отношения лишней драмы. Она уже приняла решение подать на развод, просто выжидала момент, чтобы дочь немного подросла и их без проблем развели.
Об этом она и сообщила свекрови на вопрос, когда Алина примет Максима обратно.
— У нас всё закончено. Пусть гуляет с малышкой и платит алименты. Большего мне не требуется.
Шли дни, Соня росла, и Алина стала привыкать к своему быту. Она ждала вечера, чтобы раз в неделю сходить с подружкой в кафе, пока Максим или свекровь гуляют в парке. В один из таких вечеров и произошло то, из-за чего Алина пришла в ярость.
— Дорогая, знаешь, я зарегистрировалась на новом сайте знакомств и... представь, кто там? — Кто?
— Твой муж, — глупо хихикая, подруга протянула телефон Алине.
«Одинокий отец. Ищу женщину, которая полюбит мою дочку, как родную», — писал в описании Максим. И там были шокирующие фотографии. Одинокий отец с коляской, с ребёнком на руках... И даже фото их дочери отдельно из ее альбома в соцсети. Без разрешения, без предупреждения! Просто скопированная!
Алина пришла в бешенство.
— Ты куда? — удивилась подруга.
— Поеду к одинокому папочке! Объясню, что фото моей дочери — это не то, что следует размещать на сайте поиска подружек!
Максим вернулся ровно в 9. Она встретила его в дверях и задала вопрос напрямую:
— Что ты вытворяешь?
— В каком смысле?
— Ты размещаешь фото моей дочери на сайте знакомств. Без согласия. Используешь её лицо как доказательство, что ты ответственный, одинокий папа?!
Он замялся.
— Да я... хотел показать, что с ребёнком. Что у меня правильные ценности...
— Ага. Те же самые, которые ты выбросил, когда я проснулась в ту ночь с температурой у ребёнка и нашла твою записку?!
Максим молчал.
— Ты выставил её лицо как рекламу! Строишь из себя героя! И используешь малышку как приманку на наивных глупеньких девочек, которые не понимают, что в грязных подгузниках и коликах нет ничего романтичного! Это всё остается маме, пока папа строит личную жизнь!
Максим открыл рот, будто хотел что-то сказать, но Алина уже забрала коляску и вытолкнула его за порог.
— Всё. Я не даю согласие на фотографии дочери.
— Тогда и ты убери их из соцсетей.
— Без проблем! Жди уведомление о разводе.
— Отлично. Я буду требовать встреч с ребёнком.
— Теперь только при мне.
Она закрыла дверь и поняла, что больше не даст ему ни единого шанса.
На некоторое время Максим снова пропал. Их развели, суд назначил приличные алименты, которых хватало, чтобы пару раз в неделю нанимать няню. И даже свекровь стала помогать с внучкой, несмотря на неприятную ситуацию. Несмотря на развод, жизнь Алины налаживалась. Впрочем, как и у Максима.
Как Алина узнала позже, Максим познакомился с девушкой и влюбился в неё.
— Сын-то у меня совсем голову потерял, — рассказала свекровь, приехав повидаться с внучкой. — Не прошло и полгода с развода, а он уже с этой Дашей заявление в ЗАГС подал.
— Вы серьёзно?! — Алина подняла брови.
— Нет, говорю же! Он по уши влюбился.
— Понятно... — у Алины защемило в груди. Наверное, потому, что ей было обидно, что в жизни её бывшего мужа с рождением дочери ничего не изменилось. Точнее, только улучшилось (со слов свекрови).
Алина решила не думать об этом. Бог ему судья... И возможно, всё и правда было бы замечательно: новая жена, очередной медовый месяц, уговоры подарить ему ребёнка, но на этот раз он «уж точно станет хорошим папой, ведь он всё осознал»... Но у его невесты был один «пунктик», который она хотела закрыть до свадьбы. И Максиму пришлось звонить бывшей жене.
— Алин, дело такое... Я понимаю, что виноват и так далее... Но мне очень нужно, чтобы ты оказала мне услугу. Я женюсь. — Да? И что же я могу сделать? — Алина не скрывала сарказма, когда бывший муж пришёл к ней и начал просить о странном одолжении. — Прийти на твою свадьбу в качестве подружки невесты? Или другом жениха притвориться? — Брось. Это не шутки. На этот раз всё серьёзно. Я очень люблю Дашу.
— Так значит, твоя мать не пошутила? Эту «счастливицу» правда зовут Даша? — Алина даже забыла, что злилась — начала смеяться.
— Ну да... Обычное имя. Красивое.
— Очень! Дашенька. Такая же простая, как звучит?
— Перестань, Алин! Короче, она настроена серьёзно. И требует, чтобы я познакомил её с дочкой. Ну это и понятно, она же будет мачехой. Когда малышка подрастёт, мы будем брать её на выходные к себе... Когда у нас появятся свои дети...
— Хватит, Максим. — Прервала Алина. — Если это и есть твоя просьба, то я не против. Приходите. Но только ко мне домой, под контролем.
— Если других вариантов нет... То ладно, — вздохнул он.
В субботу вечером Максим привёл к бывшей жене ту самую Дашу.
Девушке было лет двадцать два на вид. Ногти длинные, наращённые, губы пухлые, увеличенные. Пришла она в коротком платье и на высоких каблуках. На пороге неловко протянула пакет с какими-то детскими игрушками и сказала:
— Я вот... решила взять что-то для вашего мальчика. Надеюсь, подойдёт.
— У нас дочь.
— Ой, точно. Извините. Перепутала.
Алина взяла пакет и пропустила «гостей» в квартиру. Дочка, Соня, в этот момент как раз сидела в манеже. Алина подошла, взяла малышку на руки и протянула Максиму. Тот взял ребёнка, состроив наиболее беззаботное лицо, словно он полжизни был воспитателем в детском саду.
— Соня сегодня не в настроении. Ночью зуб прорезывался, почти не спали. Но вы хотели познакомиться — пожалуйста.
Даша попыталась улыбнуться, но взгляд её стал напряжённым.
— Такая милая девочка... Сколько ей? — Десять месяцев. Столько же, сколько Максим отсутствовал.
Он покраснел. Даша взглянула на него.
— Да, — сказала Алина, — он ушёл, когда дочке было несколько дней от роду. Сказал, что не готов к отцовству. Пошёл искать другую жизнь по клубам, новых женщин. Ни одного подгузника не сменил, ни разу не вставал к ней ночью. Зато теперь всё осознал. Жениться собрался. Видимо, повзрослел. Вот, кстати. Тут подгузники, тут сцеженное молоко, тут вот если сопли будут, специальный прибор, чтобы их вытянуть из носика. Идём, покажу, — Алина специально выбирала самые неприятные процедуры. — Идите, ближе. Ну что вы, это всего лишь сопли!
Даша сделала шаг назад, её улыбка потускнела.
— Я... не... Не могу. Вы сами лучше. Или он, — она кивнула на побледневшего отца.
— Максим ничего не умеет. Вы, наверное, думали, что он герой — один растит дочь. Ну, он и правда выкладывал фото с ней. Только для сайтов знакомств. С подписью: «Ищу маму для своей крошки». И вот она, — Алина кивнула на дочку, — крошка. Только вот крошка — не кукла. Она также пачкает штанишки и может испортить ваше платье. Кстати, о платье. Мне пора. — Алина глянула на часы и выскользнула из комнаты.
— Алин, а ты куда? Ты что нас оставишь?! — испугался Максим. Дочь на его руках начала хныкать, а успокоить её он не сумел. Обычно, когда он гулял с дочкой, рядом была его мать...
— Я пойду в клуб. Не всё же тебе отдыхать по барам! — крикнула она. — У меня свидание сегодня.
Максим попытался что-то вставить, но Алина не дала:
— И раз уж вы, Даша, рассматриваете это всё серьёзно... Учтите: ребёнок это огромная ответственность. Плач, температура, зубы, колики. И нет, рассчитывать на помощь Максима не надо: он и тогда не справился. Просто сбежал, оставив меня среди ночи с запиской.
Даша слушала молча, поджав губы.
— Ну всё, я пошла. Хорошего вечера, голубки. — Дочь уже в голос ревела, приводя в ужас папу и его новую пассию. Алине очень хотелось забрать у них малышку, запереть дверь и забыть об этом дне навсегда. Но она уверенно направилась к выходу.
— Алин, она, кажется... испачкала подгузник! Тут запах такой... Ой... Алина, подожди! — крикнул Максим, не скрывая отвращения.
Его невеста смотрела на «отца» своих будущих детей и делала выводы. Этот вечер всё расставил на свои места. Она поняла, что Максим — лжец и болтун.
— На, ты же женщина, сделай что-нибудь, чтобы не орала, — Максим сунул Даше дочь.
Но Даша не собиралась заниматься сменой подгузников. Она вернула ему ребёнка и заявила:
— Знаешь... Я, пожалуй, пойду. Нам не нужно жениться.
Не дожидаясь ответа, она развернулась и быстро вышла из квартиры. Максим остался один, с орущим ребёнком и ненавистью к бывшей жене, которая стояла на лестничной площадке и считала до ста. На 80 секунде из квартиры выбежала Даша.
Максим остался в дверях. Жалкий, потерянный и злой. Алина побоялась, что он просто бросит ребёнка и побежит за своей возлюбленной, поэтому поторопилась выйти из-за угла.
— Не думал, что ты такая стерва! — процедил он.
— Да мне, собственно, всё равно. И да. Так будет со всеми, кого ты приведёшь «на знакомство» с моей дочкой.
Максим ушёл не попрощавшись. А Алине совершенно не нужно было его «прощание». Ей вообще ничего от него не требовалось. Только алименты и, чтобы больше он не тревожил их маленький, уютный мир.
Свадьба с Дашей сорвалась. Больше Максим к бывшей жене своих девушек не водил, да и жениться не спешил. А может, не смог найти наивную простушку, невесту, которая бы поверила в его легенду про одинокого несчастного отца с бывшей женой — мегерой.
✅Ставьте лайк👍 Подписывайтесь на канал✍️ Благодарю!🤗❤️