Офис. Понедельник. Ты проснулся — а это уже подозрительно.
«В гостях у Кафки» — рассказ о тех, кто перестал вставать, но начал понимать.
В кабинет вошёл человек. Вернее — вошёл он человеком,
а устроился на диване уже в форме, так сказать, конечной метафоры.
Хитиновая спинка, усы — всё как положено.
Запах отчаяния и офисного кофе.
🧩 — Я понимаю, что что-то пошло не так.
Но если честно… я просто не могу подняться с постели. Ни в физическом, ни в моральном смысле.
Я — не совсем я. Хотя всё время думаю, что должен встать и работать.
Что все ждут. Что я подвожу...
🧩 — Пугает не то, что я жук.
А то, что никто не пытается говорить со мной как с человеком.
Может, я и не жук тогда?
🧠 — Добрый.
Как вы бы хотели, чтобы я к вам обращался?
🧩 — Добрый…
Он вздохнул, выгнул панцирь и аккуратно уложил усы на стол.
🧩 — Всё началось с одной мысли. Обычной.
Понедельник, утро. Я подумал:
«А если я просто немного поваляюсь…»
Я ведь был обычным менеджером.
Среднего уровня. Средней степени осознанности.
Соблюдал дедлайны, ел правильный йогурт, кивал в Zoom.
Но однажды — не встал.
Не «проспал», а внутри не встал.
Сначала решил: стресс, перегорел. Ща отпущу.
А потом перестал отличать:
сон от совещания, отпуск от увольнения, день от мига между звонками.
И знаете, доктор…
Тело просто сказало правду раньше, чем я.
🧠 — Хорошо устроились, Георг Жукович.
Кто из нас хоть раз не мечтал проснуться под диваном —
и остаться там с чистой совестью?
Но давайте серьёзно.
Вы ведь сами пришли. Подползли, так сказать.
Значит, внутри кто-то ещё хочет жить не под шкафом.
Или хотя бы узнать — откуда там взялся.
🩺 Уточняющий вопрос:
— Георг Жукович, скажите:
сколько раз за это время с вами пытались говорить люди в белых халатах?
(или доставать с монтировкой — что тоже считается)
🧩 — Сейчас… секунду.
Мне бы ручку. Или хотя бы пальцы из-под шкафа вытащить.
Считает по усам.
— Раз: «Георг, выходите, не смешно».
Два: «Это же просто квартальный отчёт».
Три: «Вы не можете всё ещё обдумывать один и тот же вопрос».
Четыре — это уже с монтировкой.
Пять — «пусть пока полежит, главное — не мешает».
Потом долго было тихо.
А потом кто-то шепнул:
«А если ему там… нормально?»
И знаете, доктор…
На этом моменте я сам начал сомневаться.
А что вообще считать за попытку вытащить?
📎 Кстати, я не прятался.
Я искал адекват.
Просто он, видимо, тоже под шкафом.
🧠 — А что вы, друг мой членистоногий,
думаете насчёт яблок?
🧩 — Что, друг мой членистоногий, думаю я насчёт яблок?..
Зависает. Медленно разворачивается. Смотрит в потолок, как в вечность.
— Думаю, всё с них и началось.
Одно кто-то съел — как будто назло.
Другое — упало, сделало из кого-то учёного.
А у меня…
У меня просто начало всё падать.
Настроение.
Уровень дофамина.
Производительность в Jira.
Потом я решил — как в кино.
Куплю яблоко. Надкушу. Сяду у окна. Ждать смысл жизни.
Он не пришёл.
Пришёл начальник.
Спросил:
«Почему ты сидишь у окна с фруктом как идиот?»
С тех пор я к яблокам не прикасаюсь.
Слишком много символа, слишком мало витамина.
🧠 — Бросьте вы, любезный друг, эти фрукты.
От них только прыщи. Хотя вам это не грозит.
У меня есть знакомая муха. У неё сегодня — новый самовар.
Вам непременно туда надо.
🧩 — Но как же я пойду?
У меня и сапог-то нет. Ни на одну лапу.
А без сапог — ну вы понимаете… первый визит.
🧠 — Уж чего-чего, а представиться — я вас за раз успею.
И пошли они.
Не быстро.
Но в одну сторону.
А под диваном осталась только тень.
И та — ненадолго.