А вот зачем то мы забрели на небольшое кладбище, я не сразу понял. Пока мужчина не показав рукой на одну из могил, не произнес:
- Марк Шагал.
Мне было знакомо это имя. Как-то давно я бродил в одиночестве по своему городу, пока меня не застал дождь. Дождь я не люблю так же, как и поливальную машину. Решив куда-то спрятаться, я прошмыгнул в двери какого-то здания. Это оказался музей Шагала. Устроившись в углу за портьерой, я даже прослушал часть лекции, которую экскурсовод монотонным голосом бубнил туристам.
Оказывается, Шагал всю жизнь любил одну и ту же женщину. Бэллу. Когда ее не стало, у Марка по очереди были еще Вирджиния и Валентина, а может быть и еще кто-то, но он после смерти Бэллы продолжал любить только ее. Он всегда говорил о Бэлле, как о живой. Наверное, жить воспоминаниями об ушедшем любимом человеке, не самое плохое, что может сопровождать человека, когда он остается один. Конечно, физическое одиночество можно разбавить многочисленными знакомствами и общением с другими людьми, но нет ничего хуже одиночества души. Когда взор направлен в пустоту. А все краски мира кажутся тусклыми и выцветшими. И самое страшное в этой палитре - преобладание черного цвета.
Но я не берусь об этом судить. Я всего лишь кот, который когда-то что-то узнал о человеке с именем Марк Шагал.
Мне тогда в том музее одна картина очень понравилась. С кошками.
Потом мы долго стояли на крепостной стене городка и смотрели вниз, на долину, которая раскинулась у подножия холма. Мужчина с девушкой говорили о какой-то Каппадокии. Об отелях в скалах и о воздушных шарах, на которых они хотели бы подняться в небо.
Из их разговора я даже понял, на чем построен принцип поднятия шара в небо. Теплый воздух, поднимает их вверх.
Как это правильно. Отдавая свое тепло кому-то другому, на самом деле, не теряешь его. Наоборот. Самому становится еще теплее. Вот такая вот тайна полета с помощью силы тепла. И не обязательно для этого нужен воздушный шар. Полностью отдаться чувственности полета можно не отрываясь от земли. Или все же отрываясь? Потеряв объективный контроль над ощущениями? И уже не совсем важно, что у нас над головой. Воздушный шар. Парус. Или обычный зонтик, который укрывает от дождя.
Я бы тоже хотел так полетать. На большом разноцветном воздушном шаре. Вместе с Кошкой. Чтобы с высоты весь огромный мир умещался бы на блюдце для молока. И отражался в зеленых Кошкиных глазах. А внизу Итальянец и другие коты из нашего квартала, задрав головы, глядели бы в небо.
- Посмотрите, они летят, - сказал бы Итальянец, - летят вдвоем. Жан и Кошка.
Продолжение следует...