Наступило жаркое лето, и молодые муж и жена сняли дощатую хибару на берегу уральского озера на неделю.
Приехали, поселились. Было ощущение свободы. Сразу на берег. Вода недостаточно прогрелась, но купаться можно.
Незаметно день закончился, и надо было подумать об еде. Из дома взяли бутерброды, заварку и пару рыбных консервов. Сегодня хватит, а завтра можно подумать о настоящей пище.
Уральская погода капризна. Подул северный ветер, и в хибаре стало холодно. Жена сказала, что о шубе мечтает.
В дощатой хибаре неуютно, и не хотелось жевать невкусные бутерброды. Что-нибудь бы горячее. Но ничего нет, даже картошки.
В хибаре нашли кастрюлю, но ее нужно было помыть сначала на озере, а потом дома – водой из колодца.
И муж вспомнил: «Ты говорила, что здесь живет твоя родственница – сестра матери. Может, к ней? Не замерзать же».
Жена сказала, что это не та родня, которую можно посетить. Тетка пила горькую, да так, что говорить неудобно. А еще нецензурные слова: «Мама с ней давно не общается. Так-то – да, у тетки свой дом».
Подумала: «Говорят, что не пьет. Бросила. Года три. Не хочу к ней, противно».
Муж встал: «Ничего слушать не желаю. Где зонты? Пойдем. Была бы машина, домой бы вернулись».
Жена шла, сгорбившись, и видно было, что каждый шаг дается с трудом.
Нехорошо! Давно не видались, а тут как с неба свалились. Очень нехорошо.
У тетки горел в окне свет.
Открыла дверь: «Анютка, ты? Я и не ждала. Проходите».
Услышала печальную историю: «У Константиновны сняли? Вы даете! Сунула вам сарай».
У тетки топилась печь, и супруги наслаждались теплом.
Тетка готовила: «На скорую руку. Картошка с тушенкой да пирожки. Утром испекла».
Муж жадно, с беспокойством следил за ее руками.
Тетка вышла, жена шепнула: «Тебе бы только поесть. Смотреть неудобно».
Он проглотил слюну и вздохнул.
Тетка снова к плите: «Закипело, сейчас будет готово. А ко мне вчера в огород лиса приходила. Ни разу такого не было. Думала, почему собаки лают? Вышла, а это лиса. Облезлая, страшная. Опасно, бешенство может быть».
Рассказывала поселковые немудреные новости, и слушать было приятно.
Наконец, пригласила: «Садитесь».
Мужчине много положила в большую тарелку. Он набросился на еду, и жена пнула его тихонько под столом. Но он не мог остановиться.
Тетка улыбнулась: «Надо было ко мне, а вы к этой ведьме. Еще и деньги отдали. Совести у нее нет».
К чаю пирожки с зеленым луком и яйцом.
У мужа глаза закрывались. Гостья сказала: «Пойдем мы, тетя Маша».
Тетка отмахнулась: «Куда? В сырой сарай? У меня две комнаты. Спать ложитесь. А с Константиновной я сама завтра разберусь. Деньги вам верну. Спать идите, поздно».
Мифы трудно иногда изжить. А люди выше мифов, потому что люди.