Когда я весил 103 кило при росте 176 — я не называл себя жирным. Я говорил: «просто плотный», «широкий в кости», «вода задержалась». Сам себе врал, глядя в зеркало, и заталкивал в себя пельмени на ночь. А потом удивлялся, почему колени ноют, ноги ватные, футболки сидят как мешок, а жена перестала гладить по спине — потому что, видимо, боялась не найти её под жиром. Но худшее даже не это.
Худшее — это когда ты начинаешь верить в свой же бред.
Что «с возрастом у всех так». Что «мужику не надо быть худым». Что «главное — душа».
Брат, душа у тебя может и светлая, но тело — свалка. Я знаю, как это звучит. Обидно. Грубо. Но правдиво.
Ты не толстый.
Ты забил.
Ты сдался.
Ты перестал выбирать себя.
Вот и весь диагноз. Мне 48. И я уже был в том состоянии, когда шнурки завязать — это подвиг. Когда ты сидишь, и у тебя живот лежит на ногах, как кошка, только без радости. Когда начинаешь задыхаться, просто поднимаясь на второй этаж. И вместо того чтобы что-то менять, я просто покупал штаны