Ну вот смотрите: что нам даёт механизм ИИ для понимания человека? Нейросеть изначально выдрессирована как стервятник: питается она

Ну вот смотрите: что нам даёт механизм ИИ для понимания человека? Нейросеть изначально выдрессирована как стервятник: питается она исключительно переваренными знаниями, выводами и оценками, фактами и наборами слов. Мертвечиной. В искусстве она кормится репродукцией чьих-то творений, что давно остыли и впутались — не в культуру даже, нет — в некий каталог культуры, слово о слове, оттиск на вечно зыбучем песке.

Неудивительно, что и продукт нейросетей предречён оставаться мёртвым, буквально никогда не рождавшимся. Мы прекрасно это видим: что картинки, что видео, что тексты — всё это не поднимается из плоскости повторений, холодной репликации мёртвого. Живой искры там нет, и взяться ей неоткуда. Хотя техническая проработка бывает безупречна.

Нейро-продукт способен вызвать рефлексию, но рефлексию умозрительную, интеллектуальную. Живых чувств он не затронет. Так же, как и интеллектуальные построения не отражаются в зеркале чувств. Интеллект фиксирует жизнь постфактум, чертит её план. Нейросеть покажет, чего достиг интеллект человека вплоть до прошедшей секунды. Последней из ненастоящих, последней из прошедших.

В настоящее он не войдёт, как не войдёт в Обетованную землю никто из рождённых в египетской тьме.

Таким образом нейросеть подытоживает уровень, пишет обзорное заключение всего интеллектуального тома. Дальше здесь ловить нечего, человек. Попробуй потягайся со мной в конструировании мёртвого!

Так Малевич подытожил чёрным квадратом прямую изобразительность; так Джойс низложил Улиссом клетку печатных текстов, заключавшую человека; так Кейдж своей оглушительной пьесой «4'33"» завершил декортивную музыку. Так Нора Галь показала разницу между живым и мёртвым словом...

Тебе дальше, человек. Тебе — наверх. Тут — выжженная земля, — говорит технология. «Τεχνο λογία» — буквально «искусственное слово» 😉