Чудесный дед с соседней улицы, выглядывая из-под дождевика и подмигивая мне, говорит: «Обещали самое жаркое и сухое лето за последний век, если не два. Наврали, как чихнули. А ты, смотрю, время для отпуска выбрала удачное. Ну, наслаждайся... Да не размокни. Я — за ягодками».
Честно говоря, дед Николай — единственный человек из дачников, кто ходит за земляникой. Собирать ее — тяжкий труд: спина начинает болеть, пока дно бидончика еще даже не прикрыто, комары лезут, а уж в дождливую пору страшно подумать, что ждет сборщика в лесу.
— Она же мокрая, подавится вся, — кричу я ему вслед.
— Это кое-кто от зависти подавится, с моими ягодками все будет отлично, — отмахивается он.
...Помню, мы обсуждали с ним в прошлом году: а стоит ли идти за земляникой, если можно купить собранную? Николай уверен: своя — лучше.
— Вы трудностей боитесь, себя бережете. А удовольствие заработать надо! — Вы — философ, — смеялась я.
— А то! Вечером спина-то побаливает, конечно, но руки ягодой пахнут, хоть и мыты не раз, да как пахнут — голова кругом...
...На дальнюю полянку не пойду, сворачиваю в лес и почти сразу у тропинки вижу кустик земляники: ягоды крупные, сочные — еще бы, столько дождей! — но не растерявшие сладости. Лесная земляника разная: есть помельче и покрупнее, с ягодками вытянутыми и округлыми, на высоких цветоносах и низеньких, действительно никнущих к земле. Та, что попалась мне, — шикарная во всех смыслах, вкуснее и не представишь. Собираю горсть самых спелых — м-м-м... И мокрые от дождя и сока ладонь и пальцы пахнут так, что и правда кружится голова...
Говорят, к выходным лить перестанет. Пока в это верится с трудом: «самое жаркое и засушливое лето» — это просто непристойный анекдот от наших «прогнозников». Но соберетесь за город, так загляните на опушку леса. Может, гриб какой встретится, а нет — так попробуете землянику, к выходным она как раз доспеет. Нет ничего вкуснее.
Эксклюзивы "Вечерней Москвы"
«Ласковый убийца»: терапевт Кондрахин объяснил, чем так опасна гипертония
Названы мужские имена, обладатели которых отличаются особой жестокостью