Наталия стояла на кухне, нарезая овощи для борща, когда услышала знакомый стук каблуков в коридоре. Сердце екнуло — Лидия Алексеевна приехала без предупреждения, а это всегда означало неприятности.
— Наталия, моего сына ты околдовала какими-то чарами! — обвиняла свекровь, едва переступив порог кухни. — Но я всё равно вас разведу!
Нож замер в руках Наталии. Она медленно обернулась, встретившись взглядом с разгневанной женщиной. Лидия Алексеевна стояла в дверном проёме, вся в чёрном, словно пришла на похороны, а не в гости к сыну.
— Здравствуйте, Лидия Алексеевна, — тихо произнесла Наталия, откладывая нож в сторону. — Проходите, садитесь. Чай будете?
— Не нужен мне твой чай! — отрезала свекровь, но всё же прошла в кухню и села на стул у окна. — Где мой Андрей?
— На работе. Придёт к семи, как обычно.
— Как обычно... — повторила Лидия Алексеевна с горечью. — А раньше он каждый день мне звонил, каждые выходные приезжал. А теперь? Месяцами не появляется!
Наталия вздохнула и села напротив свекрови. Этот разговор повторялся уже не в первый раз, и каждый раз становилось всё тяжелее.
— Лидия Алексеевна, Андрей взрослый мужчина. У него семья, работа, обязанности...
— Обязанности! — фыркнула пожилая женщина. — Первая обязанность — перед матерью! Я его родила, вырастила одна, без мужа. Отдала ему всю свою жизнь, а он теперь обо мне забыл из-за тебя!
— Никто не забывал. Андрей очень вас любит и уважает.
— Любит? — голос Лидии Алексеевны задрожал. — Тогда почему он не приехал на мой день рождения? Почему не взял трубку, когда мне плохо было? Я лежала с температурой под сорок, а он даже не знал!
Наталия почувствовала укол совести. В тот день у них была годовщина свадьбы, они ездили за город, и телефон Андрея разрядился. Конечно, они не знали, что Лидия Алексеевна болеет.
— Мы не знали... Вы бы позвонили мне, я бы сразу приехала.
— Тебе? — свекровь смотрела на неё с недоверием. — Зачем мне звонить чужому человеку?
Слова больно ударили. Чужой человек. После пяти лет брака, после того, как Наталия искренне старалась наладить отношения, помогала по хозяйству, возила свекровь по врачам.
— Лидия Алексеевна, я не чужая. Я жена вашего сына, мать ваших внуков.
— Внуков у меня нет, — отрезала пожилая женщина. — А были бы, если бы Андрей женился на нормальной женщине, а не на тебе.
Наталия побледнела. Тема детей была болезненной. Они с Андреем уже три года пытались завести ребёнка, обследовались, лечились, но пока безрезультатно.
— Это не обсуждается, — тихо сказала она.
— Ещё как обсуждается! — Лидия Алексеевна встала и начала ходить по кухне. — Моему сыну тридцать два года! Пора бы уже продолжить род. А ты что даёшь ему? Пустые хлопоты, лишние траты. На что он тебя содержит?
— Я работаю, Лидия Алексеевна. В школе, учителем.
— Учителем! — презрительно фыркнула свекровь. — Копейки получаешь. Андрей мог бы жениться на враче, на юристе, на предпринимательше. А выбрал тебя — деревенскую учительницу без роду, без племени.
Наталия сжала кулаки под столом. Да, она выросла в небольшом городке, да, родители её были простыми людьми — отец работал на заводе, мать в больнице санитаркой. Но разве это делало её хуже других?
— Андрей выбрал меня не за деньги и не за связи, — сказала она, стараясь сохранить спокойствие.
— А за что? За красоту? — Лидия Алексеевна остановилась и внимательно посмотрела на невестку. — Ничего особенного. Обычная. Таких на каждом углу.
В этот момент в замке повернулся ключ, и в прихожей послышались знакомые шаги.
— Я дома! — крикнул Андрей, и Наталия услышала, как он снимает ботинки.
— Андрюша! — Лидия Алексеевна преобразилась, лицо её просветлело, в голосе появились тёплые нотки. — Сынок мой!
Андрей вошёл в кухню, удивлённо посмотрел на мать, потом на жену.
— Мам? Ты как здесь? Что-то случилось?
— Случилось, сынок, случилось, — Лидия Алексеевна подошла к нему и обняла. — Я соскучилась. Ты совсем перестал приезжать.
Андрей неловко похлопал мать по спине и посмотрел на Наталию поверх её головы. Та пожала плечами — мол, не знаю, что сказать.
— Мам, я же работаю много сейчас. Проект большой, времени совсем нет.
— Времени нет на родную мать, — протянула Лидия Алексеевна, отстраняясь. — А на жену время есть?
— Мам, не начинай, пожалуйста.
— Я не начинаю, я заканчиваю! — голос пожилой женщины стал резким. — Андрей, посмотри на себя! Ты изменился. Похудел, осунулся. Она тебя изводит!
— Кто изводит? — Андрей непонимающе посмотрел на мать.
— Твоя жена! Она высасывает из тебя все соки. Ты работаешь как проклятый, а она дома сидит, в интернете копается.
— Мама, я не сижу дома, — вмешалась Наталия. — Я работаю в школе, у меня две смены, классное руководство...
— Молчи! — рявкнула на неё Лидия Алексеевна. — Андрей, скажи честно — ты счастлив?
Сын растерянно посмотрел то на мать, то на жену.
— Мам, конечно, счастлив. У меня всё хорошо.
— Хорошо? А дети где? Внуки мои где? Тебе уже тридцать два, а семьи настоящей до сих пор нет!
Наталия вздрогнула, словно от удара. Андрей побледнел.
— Мама, хватит. Это не твоё дело.
— Как не моё? — Лидия Алексеевна выпрямилась во весь рост. — Я твоя мать! Я имею право знать, почему мой единственный сын бездетный!
— Потому что так получилось, — тихо сказал Андрей. — Мы хотим детей, мы стараемся...
— Стараетесь! — презрительно бросила свекровь. — Пять лет стараетесь! Нормальная женщина уже троих родила бы. А эта... — она кивнула в сторону Наталии, — видимо, больная.
— Мама!
— Что мама? Правду говорю! Андрей, опомнись! Ты молодой, здоровый мужчина. Найди себе нормальную жену, которая детей родит, семьи тебе даст настоящую!
Наталия встала из-за стола. Руки дрожали, слёзы подступали к горлу.
— Извини, я пойду в спальню, — прошептала она и быстро вышла из кухни.
В спальне она села на кровать и закрыла лицо руками. Слова свекрови жгли, как кислота. Больная. Неполноценная. Не может дать мужу детей.
Из кухни доносились приглушённые голоса. Андрей что-то объяснял матери, та отвечала, но разобрать слова Наталия не могла. Через несколько минут в спальню зашёл муж.
— Наташ, — он сел рядом с ней на кровать. — Не слушай её. Она расстроена, поэтому и говорит глупости.
— Глупости? — Наталия подняла заплаканные глаза. — Андрей, а может, она права? Может, тебе действительно нужна другая жена?
— О чём ты говоришь? — он обнял её за плечи. — Наташ, я люблю тебя. Только тебя. И дети у нас будут, обязательно будут.
— А если не будут?
— Будут, — твёрдо сказал он. — А если даже нет, то мы и вдвоём счастливы. Правда ведь?
Наталия прижалась к его плечу. Да, они были счастливы. До тех пор, пока Лидия Алексеевна не появлялась в их жизни со своими претензиями и обвинениями.
— Она уехала? — спросила она.
— Нет, осталась ужинать. Говорит, что давно не ела твоего борща.
— Но ведь час назад она отказывалась от моего чая, — горько усмехнулась Наталия.
— Мама такая. Вспыльчивая. Но она добрая в душе, просто переживает за меня.
— Переживает или ревнует?
Андрей промолчал. Этот вопрос он задавал себе не раз, но отвечать на него было слишком болезненно.
За ужином Лидия Алексеевна была подчёркнуто вежлива с невесткой. Хвалила борщ, расспрашивала о работе, даже поинтересовалась здоровьем. Но Наталия чувствовала фальшь в каждом слове. Свекровь играла роль заботливой родственницы, но глаза её оставались холодными.
— Наталочка, — сказала Лидия Алексеевна, допивая чай, — а ты случайно не думала сменить работу? В школе ведь нервотрёпка сплошная, дети нынче трудные.
— Мне нравится работать с детьми, — ответила Наталия.
— Нравится... А Андрею нравится, что жена его целыми днями не дома? Мужчине нужна поддержка, уют, забота. А ты в школе пропадаешь.
— Мам, — предупреждающе сказал Андрей.
— Что мам? Я же не ругаю, я советую! — Лидия Алексеевна повернулась к сыну. — Андрюша, ты подумай — жена дома, обед готов, дом убран, настроение у всех хорошее. Красота ведь!
— У нас и так всё хорошо, — устало сказал Андрей.
— Хорошо... — протянула мать. — А я вот думаю, может, Наташе декретный отпуск пора? Дома побыть, здоровье подправить, к материнству подготовиться?
Наталия почувствовала, как краска заливает щёки.
— Лидия Алексеевна, для декретного отпуска нужно сначала забеременеть.
— Ну так забеременей! — воскликнула свекровь, словно это было так просто, как выпить стакан воды. — Чего тянешь-то?
— Мама, достаточно, — твёрдо сказал Андрей. — Это наше личное дело.
— Личное... — Лидия Алексеевна встала из-за стола. — Хорошо, не буду больше лезть в ваши личные дела. Но помни, сынок — я всегда буду рядом. Что бы ни случилось, мама всегда поймёт и поможет.
Она ушла поздно вечером, но атмосфера в доме ещё долго оставалась напряжённой. Андрей пытался делать вид, что всё в порядке, но Наталия видела — слова матери задели и его.
Следующие дни прошли в странной тишине. Андрей стал чаще задерживаться на работе, а когда приходил домой, был рассеянным и молчаливым. Наталия не решалась заговорить с ним о визите свекрови, боясь снова услышать болезненные вопросы.
В субботу утром зазвонил телефон. Звонила Лидия Алексеевна.
— Наташенька, — голос её звучал необычно мягко, — не могла бы ты ко мне заехать? Хочу с тобой поговорить. По душам.
Наталия насторожилась. Свекровь никогда не звала её по душам.
— А Андрей?
— Андрей пусть дома остаётся. Мне с тобой нужно поговорить. Одной.
Через час Наталия стояла на пороге квартиры свекрови. Лидия Алексеевна встретила её приветливо, проводила в гостиную, усадила в кресло.
— Чаю?
— Спасибо.
Пожилая женщина суетилась на кухне, а Наталия оглядывала знакомую комнату. На стенах висели фотографии Андрея — от младенчества до свадьбы. На всех снимках он был один, без отца, который ушёл из семьи, когда мальчику было десять лет. Только на последнем фото — свадебном — рядом с ним стояла Наталия. Но это фото висело в самом тёмном углу, почти незаметно.
— Наташенька, — Лидия Алексеевна вернулась с подносом, — я хочу с тобой честно поговорить. Женщина с женщиной.
— Слушаю.
— Ты умная девочка, хорошая. Я это всегда понимала. И Андрей тебя любит, не спорю. Но...
— Но?
— Но любовь — это ещё не всё. Мужчине нужна семья. Настоящая семья — с детьми, с продолжением рода. А у вас что получается? Пять лет живёте, а толку никакого.
Наталия сжала чашку в руках.
— Лидия Алексеевна, мы обследовались. У врачей были. Сказали, что всё в порядке, просто нужно время.
— Время... Сколько можно ждать? Андрей молодой сейчас, здоровый. А пройдёт ещё пять лет, и что? Он так и останется без детей?
— А вы предлагаете?
Свекровь помолчала, потом наклонилась вперёд.
— Наташа, я понимаю, тебе больно это слышать. Но подумай сама — если ты действительно любишь Андрея, разве ты не хочешь, чтобы он был счастлив?
— Хочу.
— Тогда отпусти его. Дай ему шанс найти женщину, которая родит ему детей. Не губи его жизнь из-за своего эгоизма.
Слова ударили, как пощёчина. Наталия поставила чашку на стол дрожащими руками.
— Вы... вы хотите, чтобы я ушла от Андрея?
— Я хочу, чтобы мой сын был счастлив. А счастье мужчины — это семья. Дети. Продолжение рода. Ты можешь ему это дать?
— Не знаю, — честно ответила Наталия. — Может быть, дам. Может быть, завтра забеременею.
— А может быть, нет. И Андрей будет ждать ещё пять лет, потом ещё пять. А потом поймёт, что жизнь прошла мимо. И возненавидит тебя за это.
— Он меня любит.
— Сейчас любит. А когда поймёт, что остался без детей из-за тебя? Наташа, поверь старой женщине — мужчины не прощают бездетности. Рано или поздно он найдёт другую. Только тогда тебе будет ещё больнее.
Наталия встала.
— Лидия Алексеевна, я не могу так жить. В постоянном страхе, что муж меня разлюбит. Если он действительно меня не ценит...
— Ценит, но этого мало! — перебила свекровь. — Наташенька, я тебе добра желаю. Серьёзно. Ты молодая, красивая, умная. Найдёшь себе другого мужчину, родишь детей. А Андрея отпусти. Пока не поздно.
Наталия молча взяла сумку и пошла к двери.
— Подумай над моими словами! — крикнула вслед Лидия Алексеевна. — Подумай!
Дома Андрей спросил, как прошла встреча. Наталия соврала, что всё было нормально, просто свекровь хотела узнать, как дела на работе. Но всю неделю слова Лидии Алексеевны не выходили у неё из головы.
А в пятницу случилось то, чего Наталия так боялась. Андрей пришёл с работы задумчивый и сел рядом с ней на диван.
— Наташ, нам нужно поговорить.
Сердце екнуло.
— О чём?
— О нас. О нашей семье. О будущем.
— Андрей, если ты хочешь со мной развестись, то так и скажи прямо.
Он удивлённо посмотрел на неё.
— Развестись? Ты о чём? Наташ, я хочу, чтобы мы усыновили ребёнка.
— Что?
— Если у нас самих не получается, давай возьмём малыша из детского дома. Я уже навёл справки, нам нужно собрать документы...
Наталия смотрела на мужа и не верила своим ушам. Усыновить ребёнка. Он предлагает усыновить ребёнка.
— Ты... ты серьёзно?
— Абсолютно серьёзно. Наташ, я хочу быть отцом. А ты хочешь быть матерью. Какая разница, родной ребёнок или приёмный? Главное — любить его.
Слёзы потекли по щекам Наталии. Она обняла мужа и прижалась к нему всем телом.
— Конечно, хочу. Конечно, давай усыновим малыша.
— А что скажет твоя мама? — спросила она через несколько минут.
Андрей помрачнел.
— Мама... Ей будет трудно это принять. Но это наша жизнь, Наташ. Наша семья. И мы сами решаем, как её строить.
В эту ночь они не спали до утра, строя планы, выбирая имена, мечтая о ребёнке, который скоро появится в их доме. А через полгода в их квартире зазвучал детский смех — они удочерили трёхлетнюю Машеньку, которая сразу стала называть их мамой и папой.
Лидия Алексеевна долго не принимала внучку. Говорила, что это не настоящая семья, что чужой ребёнок никогда не заменит родного. Но когда маленькая Маша первый раз назвала её бабушкой и крепко обняла, сердце пожилой женщины дрогнуло.
— Может, я была не права, — тихо сказала она Наталии однажды, глядя, как Андрей играет с дочкой в саду. — Может, семья — это не только кровь, а что-то большее.
— Гораздо большее, — согласилась Наталия, и впервые за все годы знакомства они улыбнулись друг другу искренне и тепло.