Леонид помнил тот день, как сейчас. Маленький, пушистый комочек, дрожащий в его ладони. Нина умилялась: "Смотри, какой Туманчик! Весь в отца пошел, дикий взгляд". Тогда это казалось забавным. Легенда о волке и овчарке, сошедшая со страниц сказки, обрела плоть в этом щенке. В их большом доме, где куры клевали зерно под ногами у коровы, а кошки лениво грелись на солнце, Туман быстро стал своим. Он рос не по дням, а по часам, впитывая в себя запахи двора, звуки села и любовь Нины. Она баловала его, подкладывала лучшие куски, чесала за ухом, рассказывала сказки на ночь. Леонид гордился его умом. Туман понимал каждое слово, каждый жест. С малых лет он следил за порядком, гонял чужих кур со двора, предупреждал лаем о приближении незнакомцев. Особенно Леонид ценил его преданность в те вечера, когда хмель брал верх над разумом. Он помнил, как однажды, очнувшись в кювете, увидел в темноте два светящихся глаза. Туман, молча, без упрека, подтолкнул его носом и повел домой, словно поводырь слепо