Май 1987 года Камрань (СРВ-Социалистическая республика Вьетнам), авианосный пирс. Наш ракетный крейсер «Владивосток» стоит кормой к пирсу на швартовах с отдачей двух якорей. Почему пирс называется авианосный? Всё просто. Этот пирс построили американцы в промежутке между 1965-68 годах. Он представляет из себя специальную платформу примерно 20 на 40 метров с целым набором механизмов внутри. Пирс способен подниматься и опускаться в зависимости от водоизмещения и осадки корабля (судна), швартующихся к нему, с учётом приливов и отливов. Когда америкосы держали базу в своих руках во время Вьетнамской войны, то для себя, любимых, постарались. Именно, к этому пирсу периодически, швартовались американские крупные корабли, включая авианосцы.
Сама бухта Камрань, как будто создана природой для базирования кораблей. Саму бухту прикрывает цепь мелких островов с рифами с юга и севера с узким «горлом» входа. Глубины до 32 метров. Общая площадь бухты до 100 квадратных километров, позволяет считать Камрань одну из лучших глубоководных бухт не только в Тихоокеанском регионе, но и во всём Мире. Прекрасный климат круглый год. Зимой ночью +22 считается жутким холодом. Кто из наших моряков имел счастье там побывать, подтвердят мои слова.
В августе 1886 года корвет «Витязь» Русского Императорского Флота под командованием капитана 1 ранга Макарова С. О. (будущего нашего Великого русского адмирала), совершая кругосветное плавание, посетил Камрань (тогда она называлась Панг-Ранг). Наши моряки сразу оценили достоинства бухты и в последующие годы не раз корабли русского флота бросали здесь якоря.
Строительство ВМБ (военно-морской базы) в Камране начали французы, ещё в 30 годы прошлого 20 века, считая Вьетнам, своей колонией. А что бы нет? Тут кто-то против? Это крайне мало волнующий факт! Французов выгнали японцы. Которых прогнали обидевшиеся французы. После французов появились разносчики «дерьмократии», тьфу демократии по всему Миру, американцы. После 20-летней жесточайшей войны, 26 апреля 1975 года Камрань была освобождена от американских захватчиков. Вьетнам обрел свою свободу и независимость. К моменту, когда наш «Владивосток» прибыл в Камрань, она уже 18 лет была нашей ПМТО (пункт материально-технического обеспечения).
Командование предоставило возможность экипажу нашего крейсера немного отдохнуть. Корабль у пирса и экипаж имел возможность немного расслабится. Кто был в тропиках и около экватора, очень хорошо помнит, как в там начинается утро. Только настроишься насладиться восходом. Вот чуть небо развиднелось, только сумерки начали исчезать… Внезапно! Золотой шар Солнца, как футбольный мяч, выскакивает из-за горизонта. Какая красота восхода? Пока ты пытаешься рассмотреть красоту восхода, Солнышко уже весит в зените и задорно с энтузиазмом жарить своими лучами всю округу.
Ещё пара минут и твоя офицерская кремовая рубашка-безрукавка уже начинает мокреть от пота на спине и груди под мышками. Ещё, минут 10 и палуба корабля нагревается так, что тропические тапочки не спасают твои ступни от жары, а походка становится на диво нелепой. Тебе начинает казаться, что Солнце сверху, а раскалённая палуба снизу, в тандеме решили запечь тебя живьём. Из-за жары, которая с 6:30 утра начинает палякать во всю Камраневскую, подъём флага переноситься с 8:00 на 7:00, а рабочий сокращается до 17:00. Плюс, адмиральский час-время отдыха экипажа после обеда, продлён до 14:00.
В обеденный перерыв, с разрешения командира корабля, командиры подразделений ведут своих подчинённых искупаться на пляж. Пляж в Камрани - это сказка из твоих детских грёз о морях, плаваньях и покорении морских просторов. Белый песок на солнце кажется сплошной белой пеленой сверкающего снега, в который кто-то понатыкал кокосовых пальм. Морская волна, тихо накатывается на песок и неспешно отбегает, давая другим сестрицам-волнам вплетая свою ноту в эту нежные симфонию волн, от одного только звучания которой по спине пробегает приятный холодок. Вода, сверкая серебряными блёстками, своей изумительной красотой переливов различных оттенков синего цвета, притягивает к себе, маня белой пеной. Э-эх… Кто бы отказался? Вот и мы не могли…
В осенне-зимний период действует строгий приказ командующего 17 ОПЭСК (оперативная эскадра), базирующейся в Камрани: «Личному составу при температуре воды ниже +25 градусов купаться строго запрещено». Суровый приказ для моряков-тихоокеанцев, для которых вода +14 градусов -это уже супер-пупер отличная температура воды для купания. Жаль, что этот приказ не дошёл в коллекцию Михаила Николаевича Задорного для его юмористических реприз.
Май и июнь в Камрани самые жаркие месяцы в году. Не взирая на Южно-Китайское море, омывающие берега Вьетнама, температура воздуха смело и решительно поднимается к отметкам +38-40 градусов и даже выше. Учитывая высокую влажность - всё это в комплексе оставляет в памяти неизгладимое впечатление (экзотической душистой парилки в которой тебе надо еще и работать). Особенно, когда на солнце плавится асфальт, а наши моряки идут по нему строевым шагом, печатая шаг своими подошвами дымящихся «тропичек».
2.
Был обычный майский солнечный день. После обеда мы с моим соседом по каюте командиром ДД (Дивизиона движения) Алексеем Школа залегли в каюте по койкам отдохнуть. В каюте стояла жара, от которой бедный вентилятор кряхтел во всю мощь своих не великих сил, чтобы хоть как-то нас охладить. Если бы вентилятор был живым существом и мог говорить, он бы на нас орал благим матом: «Я выдохся! Дайте перекур на пару суток и литра три пивка». Но этой радости бытия вентилятор был обделён и поэтому ревел во всю мощь своих лопастей. Ребята! Кто был на БСках от Камрани до Дахлака, Средиземки и Кубы, все вы прекрасно помните, как ложишься на чистую простыню и через 5 минут, если встать с койки, то можно лицезреть на простыне трафарет своего тела от своего же пота.
- Серёга! Жарко. Сейчас бы квасу. Холодненького.
- Лёша! Не трави душу. Нам до конца боевой ещё трубить и трубить. Стоп! Леха! Давай, сделаем квас сами?
- Давай! А ты умеешь?
- Лёша! Мы с тобой офицеры или зачем? Давай попробуем сделать квасок сами?
- Что предлагаешь?
- Да всё просто. У меня есть лишний алюминиевый бидон на 40 литров. Держал для шила. Ничего на доброе дело пойдёт. Не жалко. С тебя пресная вода. Сахар не проблема. Немного, но есть. Дрожжи, сухари и ещё килограмм 5 сахара возьму у ПКСа (помощник командира корабля по снабжению).
Сказано-сделано. Через 20 минут бидон с водой, сахаром, дрожжами и сухарями заправленный больше, чем на две-трети стоял у нас в каюте. Как говориться, процесс брожения пошёл сразу. Оно и понятно. На такой густой жаре брожение должно идти с повышенной скоростью.
Наступил вечер. Солнце, не заморачиваясь на закат, прямо из положения «зенит» нырнуло за горизонт. В свои права вступила Луна, озаряя своим блеском весь небесный свод. Звёзды, как преданная свита своей королевы Луны, светили ярко, переливаясь в темноте алмазным блеском, как бриллианты и драгоценные камни на аукционе Сотбис. В это великолепие вечерней субэкваториальной идиллии из нашей каюты стал проникать аромат браги. Этот неповторимый запах нельзя сравнить ни с каким иным запахом. Брагу по долгу службы нам приходилось изымать у нашего любимого личного состава, чтобы предупредить нездоровые поползновения своих подчинённых под тлетворное влияние Бахуса. Почувствовав неладное, Лёша предложил:
- Серёга! Давай, откроем крышку. Попробуем, что у нас вышло?
- Лёша! ты думаешь уже пора? Вроде рановато. Квас должен бродить суток двое-трое.
- Ничего. Давай, попробуем. Тем более, сам запах смущает меня.
- Хорошо. Давай, рискнем! - сказал я.
Мы открыли крышку бидона. В нос шибанул стойкий запах БРАГИ. Этот запах, как цунами накрыл нас обоих и всю каюту и пошёл дальше «девятым валом» по каютам и коридорам нашего корабля, вводя в смятение святые души членов экипажа нашего корабля, ещё не отошедших ко сну. Нас с Лёшей этот пустяк остановить не мог. Мы же моряки. Поэтому, смело и решительно мы зачерпнули из бидона по половине стакана кваса, тихо чокнулись и не спеша выпили. Вкус у нашего кваса оказался действительно неплохой, бодрящий. Так и положено быть молодому квасу. смущал один недостаток нашего произведения, скажем так, кулинарного искусства. Стойкий запах браги. Мы пропустили ещё по стаканчику. Эффект был отличный. Наш квас действовал прекрасно. Охлаждал нас, приятно холодя всё тело и душу.
- Ладно, Лёша! Закрываем. Завтра к вечеру он, думаю, будет готов. - сказал я.
- Хорошо! Согласен. Серёга! Давай, накроем бидон одеялом, чтобы запах браги не просачивался наружу? Может, завтра этот запах пропадёт? -предложил Лёша.
- Точно! Давай! Может, этот запашок, как побочный продукт производства нашего кваса исчезнет сам по себе.
Дорогой мой читатель! Зачем моряку одеяло в климатическом поясе таком же, как сказал Задорнов, где курицы несут свои яйца вкрутую? Зачем нам одеяла, если среди ночи встаёшь от жары, чтобы ополоснуться морской водой? Правильно. Одеяло нам в жару ночью нужно также, как вьетнамцу летом нужна дублёнка с шапкой-ушанкой на босу ногу под «вьетнамки». Двумя одеялами, мы плотно укутали на бидончик с кваском и глубоким чувством от выполненного дела, легли на грунт своих коек, уйдя в объятия Морфея.
Утро прошло в штатном режиме. Каждый из нас крутился у себя на заведованиях. Если офицер занимается службой, ему всегда есть чем, заняться. В каюте мы встретились с Лешей Школа только после обеда. От жары нам стало невтерпёж, и мы решили немного охладить себя нашим лёгким прохладительным напитком. Быстро размотав одеяла, накрывавшие бидон, мы смело и решительно пропустили по стаканчику кваса. Это было нечто! Сказка! Амброзия прохладительных напитков. Вкус обалденный, как у настоящего кваса, нашего родного Советского кваса, который продаётся по 3 копейки за стакан. Конечно, был и нюанс - наш продукт был тёплым. Но это пустяки. То, что от него исходил запах браги - мелочи жизни. Главную задачу он выполнял - охлаждал наши организмы, перегретые вьетнамской жарой.
Чтобы остановить дальнейший процесс брожения и сбить запах браги, я пошёл на радикальный, экспериментальный шаг. Влил в бидон 3 литра спирта. Настоящего питьевого спирта, закупленного мною по случаю, перед боевой службой в обожаемом мною Владике.
- Серёга! Ты уверен, что это будет всё-таки квас? - с большим сомнением во взгляде на меня спросил Лёша.
- Лёша! Конечно, будет квас. Только у нашего квасика градус будет чуть повыше, чем у обычного. По моим прикидкам, будет градусов 5-6. Почти, как у пива. Только послаще и поприятней на вкус.
- Ну и ладно. Всё равно, вечером всё выпьем и раздадим соседям, - сказал Лёша и закурил.
- А то! Конечно, поделимся. Как-никак, кругом свои, друзья!
Мы снова накрыли бидон одеялами и легли покемарить. Адмиральский час - это для моряка святое! Завтра - суббота. ПХД (парко-хозяйственный день), купание в море и вечером кино.
Вечерком мы решили пропустить по стаканчику кваса. В самый ответственный момент разлива вошёл ПКС.
- Ребята! налейте на пробу и мне.
- Не вопрос. Бери стакан и пробуй, - сказал Лёха.
ПКС залпом влупил стакан нашего кваса. По лицу у него прокатилась волна блаженства.
- Отличный квас! Жаль с запашком браги. Ладно. Сойдёт.
С этими словами ПКС рванул из нашей каюты со скоростью ракеты. Через 30 сек он был у нас в каюте уже с двумя пивными кружками. Спокойно, без слов, мы налили ему его две кружки. ПКС не стал докучать нам своим присутствием и с лицом Александра Македонского после триумфа победы у Гавгамелы, торжественным шагом убыл в свою каюту, неся впереди себя ,как заслуженный трофей, кружки с квасом.
Через минуту к нам зашёл наш сосед из рядом стоящей каюты и наш друг командир РТД (радиотехнического дивизиона) Саня Шаповалов.
- Ребята! – начал он, открыв дверь и переступая комингс нашей каюты.
- Саня! Квас! Чуть не догулял. С лёгким запашком. Взял стакан. Бери и пей, - перебил я Саню.
Саня вернулся к себе в каюту и через 10 сек с двумя стаканами был уже снова у нас, как и не уходил. Нахваливая наш квасок, он убыл к себе в каюту.
Минут через 5 к нам забрёл старший группы летунов-вертолётчиков. Вчера утром мы с ПКСом выдали им «шило» для проведения регламентных работ на вверенном им вертолёте. Ребята лётчики со всем энтузиазмом и задором начали работать на вверенной технике, осваивая весь запас «шила». Выдали им не помню точно сколько, но литров 30 точно. Учитывая специфику их регламентных работ и ту тяжесть ответственности, которая ложится на их суровый офицерские плечи при использовании «шила» по назначению, командир группы лётчиков(назовём его Саша К), сразу попросил меня взять себе 5 литров спирта из их 30-ки.
- Сергей! Один литр твой. Остальное, оставь нам на будущее. Вдруг кому поплохеет, будет чем похмелить.
- Хорошо! Саня! Не вопрос, - сказал я и отлил спирт в две «трёхлитровки».
- Серёга! Добивай обе «трёхлитровки» до 6 литров. Так, будет проще. -дал «добро» мне Саня К.
- Хорошо. - сказал я и долил «шило» в две трёхлитровки по поясок у горлышка.
Глядя на лицо Саши К., зашедшего к нам в каюту, я понял - наступил момент истины. По измятому, не выспавшемуся лицу капитана авиации Сани К., было ясно - наши лётчики трудились на матчасти без сна и отдыха, не покладая рук (в смысле - не пропуская стаканов). Дэвид Коперфильд – известный на весь Мир, американский иллюзионист, на фоне наших лётчиков - это ничто. Проводить регламентные работы на матчасти, протирая её нежно и ласково тонким слоем «шила», не выходя из своей каюты, вот- это настоящее мастерство иллюзиониста! А освоить за сутки более 20 литров спирта на 5 лиц - это уже суперкласс от настоящих покорителей воздушного океана.
- Здорово! Ребята! Сергей! Лёша! Пресная вода есть? Сушняк. Если есть - дайте. Мы все без воды, пить охота.
- Не вопрос! Бери нашу «трёхлитровку» воды. Всё понимаем! Свои люди, не звери. - сказал Лёша.
Взгляд Сани К невнятно упал на наш бидон и резко преобразился.
- Это что?
- Квас! Попробуй!
Леша протянул Сани К. стакан с нашим квасом. Саня схватил его и всосал его в себя, со скоростью топливо-перекачивающего насоса. Выпив стакан кваса, Саня К. хрипло произнёс:
- Ребята! Ещё стакан. Трубы плавятся.
Мы с Лёшей не сговариваясь, одновременно, дали Сане К., сразу дали по стакану кваса. Квас был выпит двухракетным залпом. Смело! Решительно! Как положено настоящему офицеру.
- Ребята! Налейте мне, пожалуйста, литра 3 вашего кваса. Готов к обмену. Три литра кваса на литр моего «шила», - произнёс Саня,К., очарованный нашим кваском.
- Саня! Бери так. Сейчас не до кинема. Поправься сам и поправь своих ребят. Пото , разберёмся. - сказал я.
- Чего обсуждаем? Давай бери и иди поправь своих летунов, - подытожил мою мысль Лёша Школа.
- Ребята! Спасибо! Не забуду, - с этими словами Саня К. убыл в свою каюту, расположенную напротив нашей каюты в 8 метрах.
3.
Вечер протекал в тихой обстановке. Лёгкий бриз заскакивал к нам через люмик (иллюминатор), своим лёгким дуновением холодя грудь. Мы с Лёшей сидели и потягивали наш квасок. Завтра была суббота и можно было себе немного расслабится. Периодически, к нам заходили соседи по блоку наших кают. Мы с ними щедро делились наши кваском. «Экипаж - одна семья» - это не только слова из песни, это образ нашей повседневной жизни. Тем более, представить, как путнику, обожжённому жаром пустыни, измождённому от обезвоживания, не дать стаканчик прохладительного напитка? Народ не поймёт. Вести о нашем чудодейственном квасе, способным взбодрить любого страждущего, разнеслось по кораблю со скоростью звука. Поэтому всю нашу идиллию разброда мыслей и шатаний от кваса нарушил комбриг.
- Что за запах у вас в каюте? – спросил комбриг.
- Сделали пробный квас, товарищ адмирал! Жарко. Чтобы освежиться! - хором в унисон, громко и чётко сказали мы Лёшей, вскочив и встав по стойке «Смирно» при входе комбрига в нашу каюту.
- Молодцы! Дайте мне снять пробу.
Мы подали комбригу стакан кваса, ещё не задействованный в нашем вечернем каютном рандеву с посиделками. Взяв стакан в правую руку, комбриг медленно выпил наш квас. Не меняя выражения лица, он обвёл нас взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.
- Хороший квас! Так! Этот бидон оба отнесли ко мне в каюту. После, через 5 минут, в тропической форме жду у себя в каюте.
- Есть! - коротко ответили мы с Лёшей и начали выполнять приказание комбрига. На вскидку, в бидоне оставалось не менее 20 литров кваса.
Через 5 минут мы были в каюте комбрига. Комбриг, встав из-за стола, произнёс пламенную и зажигательную речь. В жалком литературном переводе на наш могучий русский язык, речь комбрига звучала примерно, так:
- Вы! Два му… (чудака на букву «му») Товарищи офицеры! Вы, совсем оху…, ох…, ох…, как потеряли ориентиры! Млять! Из боевого корабля сделать кабак у меня под носом. Кабак, где наливают любой «ляди» в погонах, кому не лень сунуть своё лицо в этот ваш вертеп. Я вам, обоим «лядям», за это «лядство», глаз натяну на заднепроходное отверстие и моргать оттуда будете. Туда же воткну ваши кортики и скажу всем, так и было. Сами сделаете себе хером кири, хреном кирдык! …
Речь комбрига была полна изобилий флотских идиоматических выражений с чётко выраженной комплектаций склонений на все лады здорового русского мата. Из неё мы с Лёше узнали о себе много нового и интересного. Заняла она всего минут 5. Это был короткий спич, по патетике, более напоминавший речь, одного из вождей острова Кеалакекуа Гавайского архипелага перед прожариванием на костре английского мореплавателя Джеймса Кука.
- Вы всё поняли!
- Так точно! Товарищи адмирал!
- Идите с глаз долой!
- Есть! - чётко сказали мы и убыли к себе в каюту.
Получив заряд бодрости с фитилем скорости от комбрига, мы с Лёшей сели у себя в каюте в размышлениях о глубине своего нравственного падения с диким желанием нажраться.
Комбриг ночью собрал Малый Хурал. На него были собраны все «флажки» (флагманские специалисты нашей бригады) и наш кэп (командир нашего корабля капитан 2 ранга Иванов М.Н.) Учитывая, что каюта комбрига была под нами, уже через полчаса начала совещания было ясно - обсуждаются очень серьёзные вопросы, не терпящие отлагательства.
- Серёга! Может и нам провести совещание?
- Почему бы и нет! Комбриг нас уже оттрахал со всей пролетарской откровенностью во все дыхательные и пихательные. Можно и выпить. Заодно, продезинфицируем наши нравственные раны души. - ответил я.
- Да уж! Поимели нас, так поимели. Надо снять стресс. Что будем пить? -спросил Лёша!
- Есть Лёха, два варианта. Французский и английский.
- Серёга! Поясни! Это как?
- Каком кверху! Лёха! Да всё просто. Французский вариант - коньяк «Камю», солёные оливки, и лимончик с сахаром. Учитывая наше положение. Замена -вместо «Камю», бутылка армянского коньяка – «5 звёзд». Вместо оливок - солёные огурцы. Ну как?
- Заедать коньяк солёными огурцами как-то не солидно. А каков будет второй вариант?
- Английский будет проще. Вискарь, солёные оливки и мясо с кровью. Но, замена. Вместо вискаря - «шило». Вместо оливок - солёные огурцы. Вместо жаренного мяса с кровью - две банки тушняка (тушенки).
- Вот! Это - самое то! - сказал Лёша.
- Чего тянуть? Давай. Накрываем полянку-сказал я.
Через 10 минут мы пили «шило», закусывая солёными огурцами с тушёнкой и чёрным хлебом. Раздавив на двоих бутылочку «шила» 0.5 литра, мы убрали следы «преступления» и пошли укладываться спать на верхнюю палубу, где у нас были свои забитые места.
4.
Ночное небо сияло переливами звёзд. Лёгкий ветерок обдувал нас. Мадагаскарские тараканы величиной сантиметров 5-7 с тихим жужжанием летали над нами. Мы поболтали с Лёшей о всяких пустяках и заснули.
Утром Солнышко за 10 минут организовало субботний день. Комбриг, «флажки» и наш кэп почивали после ночного совещания, которое, по рассказам местных аборигенов, затянулось до утра. Служба - есть Служба!
Мы с Лёшей приняли душ с морской водой и пошли заниматься каждый своими делами.
Комбриг к теме кваса больше не возвращался.
Вывод. Мы с Лешей Школой сварганили отличный флотский квас, который надо квасить. Претензий к нам быть не может!!!
После боевой, через 4 года, на Высших Офицерских Классах ВМФ (в простонародье просто - «классы»), мы встретились с Михаилом Николаевичем Ивановым - моим первым командиром корабля. Он преподавал на «Классах». Посидели у него в маленькой квартирке при «классах». Он мне объяснил причину, почему нас с Лёшей Школой комбриг не наказал. Комбриг и наш Кэп были на нашем крейсере ещё в своё время «Бычками» (командирами боевых частей) и дружили между собой.
Утром после всех событий, когда Михаил Николаевич решил вызвать нас с Лёшей Школа к себе на раздачу фителей и «пряников», комбриг его остановил. Он ему напомнил, как они, будучи молодыми командирами БЧ расслаблялись на БСках. В общем, что сказать. Жизнь течёт своей чередой, а флот не меняется! Наш флот! Без которого нам не жить!
Ну что еще добавить? Пейте только проверенный квас.
И да здравствует передача опыта от старших товарищей младшим!!! (И не всегда в форме «звездюлей»).
30.01.2024
Дед Боровик и Боровичок