Эротическая фантазия 18 ;)
***
***
Всё шло настолько чудесно, что я часто спрашивала себя, разве так бывает? На работе, на удивление, не сыпались проблемы, как это случалось раньше, или же я просто перестала замечать их, стала по другому к ним относиться. Коллеги быстро привыкли, что в выходные у меня есть личная жизнь. Конечно, это было удивительно, потому что раньше постоянно казалось, что без меня там никакой вопрос относительно моих больных решиться не может. И уходить с работы я теперь научилась вовремя, а не к восьми-девяти часам вечера. Кирилл приезжал за мной даже к воротам больницы в пятницу перед днями наших свиданий, чтобы не дать мне засидеться над историями болезней с бесконечными анализами и обследованиями. И потому, что его уже всё отделение знало в лицо, вопросов ни у кого не возникало, с кем я провожу свободное время.
Наши же встречи были настолько разнообразны, что трудно даже было представить себе большего затейника и выдумщика, чем мой молодой человек. Театр, карусели в парке отдыха, цирк, зоопарк, филармония, все выставки, которые шли в городе, выезды на природу, поездки на море на 2-3 дня, музеи, кинотеатры, кафешки и рестораны - всё это было нашим. Но особенно мне нравились дни, когда мы оставались дома, у меня или у него, набирали готовой еды или стряпали сами, что надумаем, открывали бутылку вина, ели, смотрели кино, валялись на диване или на полу, куда Кирилл притащил огромную медвежью шкуру - вот это составляло особую радость для меня. Потому что в такие дни он был только моим.
Эти задорные кудри, которые мне так нравилось гладить и перебирать пальцами, когда его голова лежала у меня на коленях; этот высокий лоб, который якобы свидетельствует :) о большом уме его обладателя; эти золотисто-зеленые глаза, так нежно смотревшие на меня; черные брови вразлет; этот почти греческий, но ничуть не портивший его нос; губы, которые дарили высшее наслаждение, даже слегка прикасаясь к моей коже; его голос, от которого по спине бежали мурашки, особенно если он вкрадчиво что-то шептал. И всё это уже при одном взгляде вызывало у меня постоянное желание.
Особенно мне нравилось, когда он пытался зарыться в меня лицом, словно выкапывая им на мне ямку. Он мог сделать это в любом доступном на мне в данный момент месте: на затылке, на спине, даже в мое худое плечо он умудрялся уткнуться носом, словно преданный щенок; но интимнее всего это получалось, когда я сидела, а он клал свою мордочку на мои сомкнутые бедра. Опустившись на колени передо мной, он внизу обнимал мои ноги, словно для того, чтобы не дать мне убежать, и прижимался лицом выше колен. Это и возбуждало, и утихомиривало одновременно, настолько беззащитным и доверившимся он казался в это время. Появлялось ощущение, что он хочет спрятаться и раствориться во мне.
Он любил неожиданно обнять меня сзади, причем еще и захватив в плен мои руки. Он часто целовал меня в затылок, выдыхая туда потом теплый воздух, будто согревая меня. Он называл это "Поцелуй и теплое дыхание". :) И что за любовь такая - всё обозначить, всему дать названия? И от этой теплоты во мне начиналась тихая буря: какое-то покалывание, возникавшее в затылке, словно лилось вниз вдоль позвоночника, поджигая этим фитильком всё на своем пути, охватывая мое тело настоятельной потребностью принадлежать ему не только духовно, сливаться с ним не только в поцелуе ...
Одно расстраивало меня: встречались мы только по выходным. Во все остальные же дни мы даже не созванивались. Лишь иногда мои сообщения ему в мессенджере проскакивали в разное время, словно он появлялся в зоне доступа. И тогда от него прилетали вереницей ответы на полученное от меня и вопросы, первым и последним из которых всегда было, всё ли у меня хорошо и как я себя чувствую. Меня это не удивляло и не напрягало, потому что он мог спросить что угодно, вплоть до того, какие я купила помидоры и что надевала вчера на работу. Я просто отвечала, и всё.
Сначала я пыталась выяснить, почему мы так редко видимся, почему мы не встречаемся среди недели, но он каждый раз просил дать ему время разобраться с работой. Ведь именно она, по его словам, не позволяла нам чаще проводить время вместе. Я верила, но очень скучала за ним, мне просто было его мало. Мне не хватало его вида, его взгляда, его голоса, его слов, всего, что было с ним связано. И потому спала я в такие дни с его рубашкой, с самой моей любимой его рубашкой в черно-белую клетку. Спала, обнимая ее, как мягкого мишку.
Наверное, он тоже очень скучал. Потому что часто я слышала от него одну и туже фразу: "Я хотел бы упиться тобой ..."
... Так прошел почти год.
Я вросла в Кирилла, не представляя себе жизни без него. Совершенно мрачными были те выходные, когда он не мог приехать, но, слава Богу, это бывало раз в месяц-полтора. Хотя в такие дни мне не хотелось даже вставать с постели, а уж не то, что веселиться или куда-то пойти. Но от этого никто не страдал, потому что друзей-подруг у меня и раньше из-за моего пристрастия к работе особо не было. Знаете, когда встречаешь того, кто способен заменить тебе собой весь мир, жизнь делится на две части: ту, что была до него и ту, что теперь есть с ним. Но вот в этой новой второй части может наступить день, когда покажется, что рухнул весь мир. Такой день наступил и у меня. Это ведь не зависит от вашего желания. Потому что в отношениях всегда участвуют двое, и вы далеко не всегда можете понять или предугадать, что на уме у другой стороны ...
Однажды Кирилл решил рассказать, почему не может быть со мной в рабочие дни. Я, словно предчувствуя что-то недоброе, несколько раз спросила, обязательно ли нам об этом говорить вообще и именно сегодня в частности. Был чудесный летний день, да, снова было лето, самое начало июня, мы сидели в новом загородном кафе, потом должны были поехать к нему. Он начал издалека, взял с меня твердое обещание, что никогда и никому здесь я не расскажу об этом разговоре; спросил, помню ли я про его работу, представляю ли, чем он занимается. Ну, конечно, я помню: что-то, связанное со временем. И что? А вот что: их Департамент контроля использования возможностей перемещения во времени обязан как раз контролировать соблюдение правил при этих самых перемещениях. И чтобы проверить, было ли нарушение, посылают контролеров. Он - начальник отдела контроля, то есть начальник этих самых контролеров, которые проверяют и либо устанавливают и/или подтверждают факт нарушения, либо опровергают его. Трехлетний стаж работы, который у него будет в этом сентябре, позволяет ему претендовать на должность выше начальника отдела или на должность начальника другого отдела, который то ли круче, то ли перспективнее теперешнего.
И поскольку только на выходных плановых перемещений нет, то он совершенно свободен, поскольку на это время его обязанности исполняют все сотрудники его отдела по очереди. Ну, это не очередь в прямом смысле, а специально составленный график. То, что прозвучало дальше, я не просто не поняла, я уже не слушала. Мне казалось, что я попала или на съемочную площадку какого-то фантастического фильма, или в психбольницу. Точку в моем восприятии суровой альтернативной действительности поставила фраза моего возлюбленного, что он не стал бы затевать всё это объяснение сегодня, если бы его родители не пригласили меня, то есть Дарью Владимировну, в гости для знакомства на следующих выходных. В будущее! Меня пригласили в гости в будущее! Нормально, да?! А для этого надо пройти предварительный медосмотр по составленному у них плану, чтобы получить разрешение их департамента на то самое перемещение.
Жизнь раскололась надвое ...
Услышанное мной было ужасно. Но надо было видеть, КАК он всё это говорил ...
Всё поплыло-поехало, в ушах застучали сотни или даже тысячи маленьких металлических молоточков, в голове постепенно нарастал какой-то протяжный звон, и я, как потом выяснилось, упала в обморок ...
Продолжение, если кому интересно, будет послезавтра :)