Найти в Дзене
Адилия Моккули

Старуха и война

(По рассказу Марии Борской "Старуха и война") Война тащилась по дороге — одевшись наспех - кое-как. Мальца, босые мёрзли ноги, урчал желудок натощак. Платок сползал на грязный лобик, девчушке этак лет семи. Старуха рядом, в кофте вроде. С платком крест-накрест на груди. *** Застыли разом пред часовней. Осенний воздух, выдох, хрип. А Он с дверей замок сыновний.  — «Сбивает... Ирод!» - слышен всхлип. Клюкой старуха бьёт наотмашь — солдата, штатского и в крик: — Не дам последнее зерно! Оставь для внуков, фронтовик! *** Кричал на всю деревню штатский: — «Ополоумела?! Война! Для фронта, твой паёк бедняцкий... Победе жизнь подчинена!» Старуха плакала, стенала — о сыновьях, что полегли. И к Богу руки простирала, а слёзы щёки, так и жгли. *** Война тащилась по дороге — взвалив на деток адский груз. В грязи босые мёрзли ноги, надвинут на уши картуз. Мальчишка, девочка, старуха — шли обессилив по грязи. Все понимали — есть разруха, и хлеба больше не проси! *** © Copyright: Ади

(По рассказу Марии Борской "Старуха и война")

Война тащилась по дороге —

одевшись наспех - кое-как.

Мальца, босые мёрзли ноги,

урчал желудок натощак.

Платок сползал на грязный лобик,

девчушке этак лет семи.

Старуха рядом, в кофте вроде.

С платком крест-накрест на груди.

***

Застыли разом пред часовней.

Осенний воздух, выдох, хрип.

А Он с дверей замок сыновний. 

— «Сбивает... Ирод!» - слышен всхлип.

Клюкой старуха бьёт наотмашь —

солдата, штатского и в крик:

— Не дам последнее зерно!

Оставь для внуков, фронтовик!

***

Кричал на всю деревню штатский:

— «Ополоумела?! Война!

Для фронта, твой паёк бедняцкий...

Победе жизнь подчинена!»

Старуха плакала, стенала —

о сыновьях, что полегли.

И к Богу руки простирала,

а слёзы щёки, так и жгли.

***

Война тащилась по дороге —

взвалив на деток адский груз.

В грязи босые мёрзли ноги,

надвинут на уши картуз.

Мальчишка, девочка, старуха —

шли обессилив по грязи.

Все понимали — есть разруха,

и хлеба больше не проси!

***

© Copyright: Адилия Моккули, 2015