На первый взгляд, второй сезон «Монолога фармацевта» продолжил сюжетную линию, которая уже была знакома зрителям. Маомао продолжала распутывать сложные случаи отравлений и разбираться в хитросплетениях дворцовых интриг, а Женьши продолжала флиртовать из-за занавески, создавая романтическую атмосферу.
Однако к двадцатой серии стало ясно, что сюжет пошёл по новому пути. История приобрела драматичный поворот, связанный с дворцовой политикой, а один момент расставил всё по своим местам.
Речь идёт о сцене, в которой к Женьши обращаются представители клана Ла. Они делают это не с упрёками, а на коленях. На глазах у изумлённого Женьши его тайный статус Лунного принца перестаёт быть секретом. Впервые за два сезона он принимает себя таким, какой он есть — с властью, долгом и правом спасти Маомао.
Этот эпизод прекрасно выстроен — напряжение нарастало постепенно, но именно здесь оно достигает своего пика. В оригинале манги клан просит о помощи более сдержанно, но в аниме создатели делают акцент на драме: все члены клана склоняются перед Женьши, словно перед императором. И это работает.
Женьши — один из самых тонко прописанных героев сезона. Его переход от блестящего, но осторожного чиновника к человеку, готовому не скрываться, а действовать, показан не словами, а поступками. И за всем этим — влияние Маомао.
Она не только решает загадки, но невольно толкает окружающих к переменам. Женьши, который раньше прятался за статусом евнуха, теперь выходит из тени. Их союз — не набившая оскомину лавстори, а партнёрство умов, вкоторогом каждый движет другого вперёд.
Именно поэтому «Монолог фармацевта» перестал быть просто «аниме про яды» — это уже крепкая историко-дворцовая драма, в которой личное неразрывно связано с политическим.